Читать книгу Велесовы Внуки: Шёпот Теней - - Страница 4

Идея «уроков» в Алатырь-Слободе оказалась столь же двойственной, как и всё в этом месте. Не было расписания, звонков или общих классов. Были Стези – четыре пути развития дара, возглавляемые деканами. И каждый новичок, а точнее, каждый, кого деканы сочтут готовым, должен был пройти через все четыре, чтобы «почувствовать вкус каждой силы», как объяснил Лесничий.

«Нельзя понять Путь, не ступив на тропу», – говорили в Слободе.

Для Матвея и его новых друзей это означало не возможность выбора, а череду испытаний, где они, «смутокровные», должны были постоянно доказывать своё право учиться наравне со «Старородными».

Первым для Матвея стал Путь «СТРАЖА АЛАТЫРЯ».

Занятия проходили на главной площадке у Древа-Камня. Всеволод Игоревич, похожий на высеченную из гранита глыбу, обходил строй учеников. Его серые глаза, холодные, как речная галька, выискивали малейшую слабину.

– Сила – не в мышцах, а в стержне! – его голос гремел под сводами пещеры, заставляя вибрировать листья на Древе. – Воля – вот ваш меч и щит! Бес вселится в слабого духом, а дух крепок яростью, что холодна, как сталь!

Он заставил их не махать посохами, а часами стоять в стойке, удерживая перед собой сгусток собственной энергии – шарик бледного света, что дрожал и пытался погаснуть от малейшей потери концентрации.

Станислав и его друзья стояли, как изваяния, их светильники горели ровно и ярко. Матвей же изнывал. Его собственный шарик пульсировал, переливаясь от белого к серому, и поддерживать его стабильность было мучительно трудно. Он чувствовал, как из тёмных уголков его сознания выползает усталость, раздражение, и они пытались поглотить хрупкий свет.

– Велесов, сосредоточься! – рявкнул Всеволод, проходя мимо. – Твоя сила пляшет, как пьяная мавка! Собери волю в кулак! Или ты хочешь, чтобы любая Навь могла тебя сломать?

Рядом с Матвеем Ярина пыхтела. Её светильник не гас, а, наоборот, периодически вспыхивал ослепительно, угрожая взорваться. Её сила рвалась на волю, и сдерживать её было для неё такой же пыткой.

– Ярилина! Убавь жар! Ты не в кузнице! – кричал на неё Всеволод.

Светозар же подходил к задаче с инженерной точностью. Он бормотал себе под нос, анализируя «энергетический поток» и «точки стабилизации», и его светильник горел ровно, но тускло – он тратил все силы на контроль, не оставляя ничего для мощности.

Любавы на занятии не было. Искусство Лады не требовало такой грубой силы.

В конце урока Всеволод заставил их попытаться оттолкнуть энергетическим импульсом подвешенный маятник – тяжелый камень, висящий на цепи. Станислав, сжав кулаки, послал импульс, и камень уверенно качнулся. Его друг сделал то же самое. Когда очередь дошла до Матвея, он сосредоточился, чувствуя, как внутри него копится странная, двойственная энергия. Он толкнул её.

Импульс был не прямым и резким, а вязким, волнообразным. Камень не качнулся, а завибрировал на месте, заставив цепь издавать странный, дребезжащий звук. Раздался смех.

– Что это было? – презрительно ухмыльнулся Станислав. – Ты решил его убаюкать, Велесов?

Всеволод Игоревич хмуро наблюдал. – Нестандартно. Но в бою с тварью у тебя не будет времени на такие вибрации, парень. Учись бить напрямую.

Матвей почувствовал жгучую обиду. Он старался изо всех сил, но его сила была «нестандартной» – словно ругательство.

Следующей была «ЛАДОВЫ УЗОРЫ».

Занятия проходили в тихой рощице у подземного озера, где воздух был напоен ароматом целебных трав. Матрёна Васильевна, с её бесконечно добрыми, но теперь печальными глазами, учила их не силе, а чувствованию.

– Сила – это река, – говорила она своим мелодичным голосом. – Можно построить плотину и пытаться управлять ею грубой силой. А можно стать лодкой и плыть по течению, направляя её ладонью. Ваш дар – часть вас. Не боритесь с ним. Услышьте его.

Она раздала им «сердечные свечи» – тонкие восковые цилиндры, реагирующие на внутреннее состояние. Нужно было, держа свечу в руках, успокоить ум, и тогда свеча начинала светиться ровным тёплым светом.

Любава, сидевшая рядом с Матвеем, добилась этого за несколько мгновений. Её свеча загорелась мягким, золотистым пламенем, наполняющим пространство умиротворением. Свечи других учеников тоже потихоньку загорались.

У Матвея же свеча дымилась, трескалась и никак не хотела гореть ровно. Внутри него бушевала буря. Стыд с урока Стражи, гнев на Станислава, страх перед собственным даром, тень, что шевелилась в глубине… Как можно было успокоиться с этим?

– Деточка, не пытайся задавить свои чувства, – тихо сказала Матрёна Васильевна, подсаживаясь к нему. – Страх, гнев… они тоже часть тебя. Признай их. Позволь им быть, но не позволяй им управлять тобой. Ты – не твой страх. Ты – тот, кто на него смотрит.