Читать книгу Три дня бессмертия - - Страница 2

Слабый солнечный свет, брезживший в конце длинного тоннеля, постепенно приближался. Василиса не отрывала от него глаз, в нетерпении сжимала и разжимала пальцы, переминалась с ноги на ногу. Некоторое время сумерки упирались, сжимались, пытаясь отстоять своё право на существование, но силы были неравны. Наконец, свет затопил собой всё окружающее пространство, и люди вокруг словно очнулись от спячки, задвигались, зашагали. Девушка тоже двинулась вперёд, стремясь поскорее вырваться из этого человеческого водоворота, почти побежала по ступеням, сплющивающимся на глазах, и первой вынырнула из бездонной глотки Московского метро.

Некоторое время она стояла, закрыв глаза, игнорируя бесцеремонные толчки прохожих, и думала о том, что никогда не привыкнет к жизни в шумной столице, к грохочущему и лязгающему метро, к этим огромным расстояниям. Всей душой она стремилась домой. Василиса задыхалась в Москве, как задыхается человек, родившийся среди хвойных лесов с запрятанными в чаще озёрами, о которых сотни лет ходят легенды и сказания, среди бескрайних полей, где каждое лето главным развлечением была ловля юрких ящериц с сухой, прохладной кожей и блестящими чёрными глазками.

Неужели она едет домой? Мысль об этом заставила девушку широко улыбнуться и помчаться дальше, быстрее, быстрее – на вокзал. Рыжая коса, словно лисий хвост, бодро прыгала за спиной хозяйки.

«Я столицу оставлю другим – мне не спится средь камня и стали», – проникновенно звучало в наушниках. Видимо, сердце исполнительницы тоже рвалось в родные места, где вместо асфальтовых магистралей петляли в траве стройные, гибкие тропинки, а над головой вместо фабричного смога голубело небо и изгибались в неспешном танце ветви деревьев.

Светофор загорелся зелёным. Василиса быстро двинулась через дорогу, лавируя между устало плетущимися людьми, и стремясь поскорее добраться до здания Киевского вокзала – именно там они с Ваней и договорились встретиться. Однако девушка приехала слишком рано – молодого человека ещё не было. Чтобы не мёрзнуть, Василиса решила подождать внутри, поправила рюкзак и двинулась ко входу.

Тем временем плейлист с любимыми композициями подошёл к концу, и плеер наугад запустил какую-то главу из старой аудиокниги, закачанной в память младшей сестрой – прежней хозяйкой девайса.

«Всего три шага отделяли её от заветной цели», – вещал диктор. – «Первый дался настолько тяжело, что показался растянутым в вечности…»

Заслушавшись, Василиса едва не наступила в большую лужу, но в последний момент успела сделать широкий шаг и успешно миновала препятствие.

«И зачем все улицы солью посыпать? – мысленно вопросила девушка. – Лучше уж снег, чем этот потоп посреди Москвы.»

«Второй показался лёгким, словно полёт птицы», – продолжал романтизировать чтец.

«Ну что за пошлые сравнения», – с неудовольствием подумала Василиса, перепрыгивая следующую лужу. Внутренний редактор, пусть ещё и не дипломированный, не дремал.

«С третьим она словно вновь обрела под ногами почву», – диктор почти перешёл на шёпот.

Девушка, наконец, пересекла дорогу и ступила на тротуар, относительно чистый по сравнению с проезжей частью. Невольно прислушалась – громкость в стареньких наушниках уже была повышена до максимума.

«Таинственная дверь оказалась прямо перед ней», – шептал чтец. – «Она уверенно распахнула её и с головой нырнула в омут неизвестности».

«Н-да, к сожалению, моя дверь максимально прозаична», – уныло подумала Василиса, с усилием толкая тяжёлую створку и шагнула внутрь, ожидая увидеть залитый электрическим светом холл. Но прежде, чем девушка успела что-либо осознать, она оказалась в абсолютной темноте. Из ниоткуда налетел ледяной ветер, острые снежинки закололи лицо. Василиса невольно подняла руку, защищаясь, и попятилась в стремлении вернуться на улицу. Однако вход, через который девушка попала в это странное место, исчез, словно его и не было.

Тем временем ветер крепчал. Удержаться на ногах становилось всё труднее, и Василиса с ужасом ощутила, что её ботинки отрываются от пола. Наконец, особо сильный порыв подхватил девушку, и она почувствовала, что со страшной скоростью летит куда-то в темноту. В ушах свистело, жестокая вьюга не давала разомкнуть глаз, но вскоре Василиса поняла, что вокруг становится светлее, и в тот же миг ветер, словно по команде, начал утихать. Спустя несколько секунд она уже могла приоткрыть глаза настолько, чтобы различить проносящиеся мимо заснеженные деревья. Наконец, ураган окончательно сошёл на нет, и Василиса упала в большой сугроб.

Некоторое время девушка лежала, свыкаясь с новой реальностью, а затем осторожно села, поправила съехавшую на глаза красную шапку. Взгляд уцепился за рукав любимого пальто, и девушка не сдержала удивлённого возгласа. Вместо него на ней было нечто вроде тулупчика, впрочем, сохранившего присущий её верхней одежде канареечный цвет. Шапка тоже ощущалась как-то иначе. Василиса поспешно стянула головной убор и с изумлением убедилась, что он превратился в искусно расшитый красный платок. Довольно симпатичные валенки, в которые превратились её новые ботинки, довершали оригинальный образ. Хорошо хоть дорогущие брюки не обернулись расписным сарафаном.

Незадачливая путешественница огляделась. Со всех сторон её обступали ели и сосны. Лес что-то негромко шептал, плавно перебирая ветвями, мелодично посвистывал ветром в кронах, и этому свисту отзывался откуда-то издалека ритмичный перестук – местный дятел явно знал толк в музыке. Девушка поднялась, отряхиваясь от снега, и вновь осмотрелась по сторонам. Никаких опознавательных знаков поблизости не наблюдалось. Виднелась только небольшая тропинка, петляющая между ёлками. Рассудив, что вопрос «что происходит?» вполне может немного подождать, Василиса принялась за решение более насущного – «как мне отсюда выбраться?». Она выудила из кармана алые варежки, натянула их на озябшие руки – в лесу было явно холоднее, чем в центре Москвы – и со всей возможной уверенностью зашагала по вытоптанной в снегу дорожке.