Читать книгу Молчание звезд - - Страница 3

Утро в Центре космических угроз началось для Алексея с оглушительной сирены. Он подскочил на кровати, дезориентированный и растерянный, пытаясь понять, что происходит. Красные аварийные огни мигали под потолком, из динамиков доносился механический голос: «Всему персоналу занять места согласно протоколу чрезвычайной ситуации. Повторяю, всему персоналу…»

Наспех натянув одежду, Алексей выскочил в коридор, где царила организованная суета. Люди в белых халатах и военной форме быстро, но без паники двигались в разных направлениях.

– Что случилось? – схватил он за рукав пробегавшего мимо сотрудника.

– Объект резко изменил траекторию, – ответил тот, не останавливаясь. – Движется прямо к нам, прибытие через 36 часов!

Тридцать шесть часов вместо семидесяти двух – ситуация становилась критической. Алексей поспешил в лабораторию Левина, где, как он и ожидал, уже собрались все ключевые участники проекта.

– А, вот и наш первооткрыватель! – воскликнул генерал Громов, заметив вошедшего Соколова. – Надеюсь, вы хорошо выспались, доктор, потому что теперь спать придётся разве что урывками.

– Что произошло? – спросил Алексей, подходя к главному экрану, где отображалась обновлённая траектория объекта.

– Объект не просто ускорился, – пояснил Левин. – Он полностью изменил манеру движения. Смотри. – Профессор вывел на экран график. – Раньше он двигался с периодическими корректировками курса. Теперь же – прямолинейное движение с постоянным ускорением, словно… словно решил больше не скрываться.

– Или обнаружил, что мы его заметили, – мрачно добавил Громов.

Алексей внимательно изучил данные. Действительно, поведение объекта кардинально изменилось, будто он перешёл в новую фазу своей миссии.

– А остальные объекты? – спросил он.

– Тоже ускоряются, но по-прежнему следуют прежним курсом, – ответила Елена Васильева, которая стояла у второго монитора. – Они прибудут примерно через 50 часов.

– Итак, – Громов подошёл к центру комнаты, – ситуация развивается быстрее, чем мы ожидали. Доктор Чен, что с расшифровкой сигнала?

Дэвид Чен, выглядевший невыспавшимся, но возбуждённым, активировал свой планшет.

– У нас есть прогресс, – он вывел на общий экран серию диаграмм. – Мы определённо имеем дело с кодированным сообщением. Структура напоминает математический язык, основанный на простых числах и константах. Мы сумели декодировать часть, которая, по всей видимости, представляет собой предупреждение.

– Предупреждение? – заинтересовался Алексей. – О чём?

– Вот здесь становится сложнее, – признал Чен. – Сигнал содержит последовательность, которую можно интерпретировать как описание процесса, физического явления. Возможно, именно того, что вызывает «волну молчания». Но нам нужно больше времени для полного декодирования.

– Времени как раз у нас и нет, – отрезал Громов. – Что насчёт вашего предложения установить контакт с объектом, доктор Соколов?

Алексей встретился взглядом с Левиным, который едва заметно кивнул.

– Мы подготовили проект, – сказал он. – Предлагаем использовать планетарную сеть радиотелескопов для отправки сигнала на частоте 1420 мегагерц – той самой, что наблюдается перед «выключением» цивилизаций. Сигнал будет содержать простую математическую последовательность, универсальный язык, который должен быть понятен любой технологически развитой цивилизации.

– И когда вы сможете начать передачу? – спросил генерал.

– Технически – через несколько часов. Но для этого нам нужен доступ ко всем крупным радиотелескопам мира.

Громов задумчиво постучал пальцами по столу.

– Международная координация усложнит дело. Ведущие державы знают о ситуации, но не все разделяют наш подход. Китайцы предпочитают наблюдать, европейцы настаивают на дипломатическом решении, что бы это ни значило в данном контексте, а американцы… – он усмехнулся, – у них свой проект перехвата объекта.

– Но речь идёт о судьбе всей планеты! – возмутился Алексей. – Мы не можем позволить политическим играм мешать…

– К сожалению, доктор, – прервала его Елена, – даже перед лицом глобальной угрозы политика не исчезает. Скорее наоборот.

В этот момент в лабораторию вошёл молодой офицер связи и передал Громову запечатанный пакет. Генерал быстро просмотрел содержимое и поднял взгляд на собравшихся.

– Что ж, похоже, вопрос решился сам собой. Через два часа начинается экстренное заседание Совета Безопасности ООН. Нас вызывают для доклада о ситуации. Профессор Левин, доктор Соколов, доктор Чен – вы летите со мной в Нью-Йорк.

– В Нью-Йорк? – переспросил Алексей. – Но у нас всего 36 часов до прибытия объекта!

– Именно поэтому нам нужна международная координация, – ответил Громов. – Если мы хотим использовать все радиотелескопы мира, придётся убедить мировое сообщество в серьёзности угрозы. Собирайте необходимые материалы, вылет через 40 минут. Майор Васильева, вы остаётесь координировать работу Центра в наше отсутствие.

Специальный самолёт правительственного авиаотряда нёс их над Атлантикой. Алексей, никогда прежде не летавший в такой роскоши, тем не менее не мог оценить комфорт – он был полностью поглощён подготовкой презентации для Совета Безопасности. Рядом с ним работали Левин и Чен, а через проход – генерал Громов, периодически отвечавший на зашифрованные звонки.

– Думаешь, нам поверят? – тихо спросил Алексей у Левина, когда они на минуту остались одни.

Профессор оторвался от своих расчётов и снял очки.

– Всё зависит от того, как мы представим информацию. Данные у нас неопровержимые, но их интерпретация может вызвать споры. Многие захотят отрицать очевидное просто потому, что альтернатива слишком пугающа.

– Как и в науке, – горько усмехнулся Алексей. – Помню, как меня высмеяли после той злополучной статьи об экзопланете.

– Сейчас ситуация иная, – Левин положил руку ему на плечо. – Теперь у нас есть конкретная, наблюдаемая угроза, и свидетельства того, что другие цивилизации уже столкнулись с ней.

Их разговор прервал Чен, который подошёл с планшетом в руках.

– Коллеги, мне кажется, я сделал прорыв в расшифровке! – в его голосе звучало волнение. – Смотрите.

Он показал им серию диаграмм и уравнений.

– Сигнал содержит не просто предупреждение, а инструкцию. Она описывает процесс создания какого-то устройства, способного… – он запнулся, подбирая слова, – способного отразить или нейтрализовать волну.

– Ты уверен? – Левин выпрямился, его глаза загорелись. – Это могло бы объяснить природу объектов, направляющихся к Земле. Возможно, они и есть такие устройства!

– Или они несут компоненты для их создания, – предположил Алексей. – Что если волна уже уничтожила множество цивилизаций, а выжившие пытаются предупредить другие?

Чен покачал головой.

– Пока сложно сказать наверняка. Декодированная часть инструкции неполная. Но я продолжу работу во время полёта.

– Сообщите об этом генералу, – сказал Левин. – Это может изменить тон нашей презентации для Совбеза.

Здание ООН в Нью-Йорке встретило их усиленными мерами безопасности. Весь комплекс находился в режиме полной изоляции – никаких журналистов, минимум персонала. Их провели через несколько контрольных пунктов и наконец ввели в знаменитый зал Совета Безопасности, где за полукруглым столом уже собрались представители постоянных членов и приглашённые эксперты.

Алексей почувствовал, как его охватывает нервная дрожь. Одно дело – выступать на научной конференции перед коллегами, и совсем другое – докладывать мировым лидерам о надвигающемся апокалипсисе.

Генерал Громов, очевидно, чувствовал себя как рыба в воде. Он кивнул российской делегации, обменялся рукопожатиями с несколькими военными и занял своё место за трибуной.

– Дамы и господа, – начал он без долгих предисловий, – я представляю вам трёх ведущих специалистов, которые обнаружили и исследуют феномен, известный как «волна молчания», и связанные с ним объекты, приближающиеся к Земле. Профессор Михаил Левин, доктор Алексей Соколов и доктор Дэвид Чен расскажут вам о ситуации, после чего мы обсудим возможные меры реагирования.

Левин первым подошёл к трибуне. Спокойным, размеренным тоном опытного лектора он изложил основные факты о «волне молчания», показывая на огромном экране диаграммы и графики. Затем выступил Чен, рассказавший о попытках расшифровки сигналов и предварительных результатах.

Наконец, наступила очередь Алексея. Он глубоко вдохнул, собираясь с мыслями, и начал говорить о своём открытии, о странных объектах, движущихся к Земле, и о возможной связи между двумя феноменами.

– Таким образом, – подытожил он, – мы имеем дело с беспрецедентной ситуацией: приближением потенциально враждебного искусственного объекта одновременно с волной, способной нейтрализовать наши технологии. Однако, – он сделал паузу, – не исключено, что объекты направляются к нам не с целью атаки, а чтобы предоставить средство защиты от «волны молчания».

В зале воцарилась тишина, которую нарушил представитель Великобритании, пожилой мужчина с аккуратно подстриженной бородкой.

– Позвольте мне прояснить, – сказал он, подавшись вперёд. – Вы утверждаете, что некая внеземная технология приближается к нашей планете, и произойдёт это… когда именно?

– По последним расчётам, основной объект достигнет околоземной орбиты примерно через 32 часа, – ответил Алексей. – Остальные – в течение 50 часов.

– И вы предлагаете установить контакт с этими объектами? – вступил в разговор представитель Франции. – Не слишком ли рискованно?

– Риск есть в любом случае, – возразил Левин. – Бездействие может оказаться ещё опаснее.

– А если эти объекты несут оружие, способное уничтожить нас? – резко спросил представитель Китая. – Своей попыткой коммуникации мы можем спровоцировать атаку!

– Но если они хотели атаковать, зачем приближаться столь открыто? – ответил Алексей. – У них было бы преимущество внезапности. Вместо этого мы наблюдаем явно демонстративное приближение.

Дискуссия становилась всё более напряжённой. Представители разных стран высказывали противоположные мнения: от немедленной попытки уничтожить объекты до полного невмешательства. Алексей с растущим беспокойством наблюдал, как политические разногласия берут верх над здравым смыслом.

Наконец, представитель США, до этого молча слушавший прения, поднял руку, привлекая внимание.

– Коллеги, – сказал он, – мы не можем позволить себе роскошь длительных дебатов. Предлагаю поставить на голосование предложение наших российских коллег об установлении контакта, с одной поправкой – сигнал будет отправлен не сразу с Земли, а с международной космической станции. Это даст нам возможность оценить реакцию объекта, не подвергая планету непосредственному риску.

Идея была неожиданной, но разумной. После краткого обсуждения технических деталей Совет Безопасности приступил к голосованию. Вопреки опасениям Алексея, резолюция была принята единогласно – установить контакт с приближающимся объектом с борта МКС, используя частоту 1420 мегагерц и математический код, разработанный командой учёных.

– Не ожидал, что всё пройдёт так… гладко, – признался Алексей Левину, когда они покидали зал.

– Не обольщайся, – тихо ответил профессор. – Единогласие в такой ситуации часто означает, что у каждой стороны есть свой запасной план. Готов поспорить, что и американцы, и китайцы, и мы сами держим наготове оружейные системы, нацеленные на эти объекты.

Алексей нахмурился. Политические игры вокруг события планетарного масштаба казались ему кощунственными.

– Когда начнётся передача? – спросил он генерала Громова, который присоединился к ним в коридоре.

– Через шесть часов, – ответил тот. – Сейчас на МКС идёт подготовка оборудования. А нам нужно вернуться в Центр – я предпочитаю встретить прибытие объекта на своей территории.

Обратный перелёт прошёл в напряжённой тишине. Каждый из них был погружён в свои мысли и расчёты. Алексей пытался предсказать, как отреагирует объект на их сигнал, просчитывая различные варианты. Левин работал над анализом последних данных о «волне молчания». Чен продолжал расшифровку, периодически издавая возбуждённые восклицания, когда находил новые паттерны в сигнале.

В Центре космических угроз их встретила Елена Васильева. Её обычно невозмутимое лицо выглядело встревоженным.

– Что-то случилось? – сразу спросил Громов.

– Объект снова изменил поведение, – ответила она. – Он замедлился и вышел на орбиту вокруг Луны. Словно… ждёт чего-то.

– Или кого-то, – пробормотал Алексей. – Остальные объекты?

– Продолжают приближаться с прежней скоростью.

Они поспешили в операционный зал, где на главном экране транслировалось изображение с космического телескопа. Объект, теперь видимый как металлический диск с характерными выступами, медленно двигался по окололунной орбите, периодически меняя ориентацию, словно осматривая окружающее пространство.

– Похоже на разведку, – заметил один из военных аналитиков. – Он изучает нас перед основной фазой.

– Или просто изучает, – возразил Левин. – Не всё, что непонятно, обязательно враждебно.

– Сколько времени до начала передачи с МКС? – спросил Алексей.

– Два часа, – ответил Громов. – Экипаж завершает настройку оборудования.

Эти два часа показались Алексею вечностью. Он не мог усидеть на месте и постоянно переходил от одной рабочей станции к другой, проверяя данные, уточняя расчёты, словно пытаясь найти какую-то упущенную деталь, которая могла бы прояснить ситуацию.

Наконец, на главном экране появилось изображение космонавтов на МКС, готовящихся к передаче.

– Центр, мы готовы начать трансляцию, – сообщил командир станции. – Подтвердите параметры сигнала.

Чен быстро проверил последовательность, которую они подготовили – простое математическое сообщение, основанное на универсальных константах, за которым следовали базовые сведения о Земле и человечестве, представленные в графической форме.

– Параметры подтверждены, – ответил он. – Начинайте передачу.

Космонавт кивнул и активировал оборудование. На мониторах отобразились диаграммы исходящего сигнала – мощный импульс на частоте 1420 мегагерц, направленный прямо на лунную орбиту, где находился объект.

В операционном зале воцарилась абсолютная тишина. Все взгляды были прикованы к экранам, отображающим объект. Секунды тянулись как часы.

– Передача завершена, – наконец сообщил космонавт. – Сигнал отправлен в полном объёме.

Ещё несколько мучительных минут тишины.

– Никакой реакции, – разочарованно произнёс Алексей. – Может быть, сигнал слишком слабый? Или…

Он не договорил. На экране объект внезапно изменил ориентацию, развернувшись к Земле. Затем его поверхность начала трансформироваться – шипообразные выступы удлинились и развернулись, формируя нечто, напоминающее антенну.

– Он отвечает! – воскликнул оператор радиосистем. – Мы фиксируем входящий сигнал на той же частоте!

Все мониторы мгновенно переключились на анализ принимаемого сигнала. Чен буквально прилип к экрану, изучая поступающие данные.

– Это… невероятно, – пробормотал он. – Сигнал содержит не просто ответ, а огромный массив информации. И формат… он адаптирован под нашу систему восприятия, словно объект понял, как мы обрабатываем данные!

– Что там? – нетерпеливо спросил Громов.

– Нужно время для расшифровки, но первичный анализ показывает, что это действительно инструкция, – ответил Чен. – Детальное описание процесса создания какого-то устройства, которое… – он замолчал, вчитываясь в данные, – которое должно защитить нас от «волны молчания».

– Значит, наша теория верна? – спросил Алексей. – Объект пришёл, чтобы помочь?

– Пока рано делать выводы, – осторожно ответил Левин. – Нам нужно полностью расшифровать сообщение и понять, что именно оно предлагает.

– На это уйдёт время, – сказал Чен. – Объём данных огромен.

– А времени у нас мало, – напомнил Громов. – Объект на лунной орбите, ещё четыре приближаются, «волна молчания» уже затронула ближайшие к нам звёздные системы. Мы должны принять решение, и скоро.

– Доктор Чен, – обратился Левин к лингвисту, – можете ли вы расшифровать хотя бы базовую часть инструкции? Нам нужно понять принцип работы этого защитного устройства, прежде чем решать, стоит ли его создавать.

– Я попробую, – кивнул Чен. – Но мне понадобится вся вычислительная мощь Центра и несколько часов.

– Действуйте, – разрешил Громов. – А мы пока подготовим доклад для руководства. Соколов, Левин – вы со мной.

Они вышли из операционного зала в небольшой конференц-зал, где генерал включил защищённую линию связи. На экране появилось изображение нескольких высокопоставленных чиновников, включая министра обороны.

– Докладывайте, генерал, – без предисловий сказал министр.

– Объект ответил на наш сигнал, – сообщил Громов. – Передал большой объём информации, предварительно идентифицированной как инструкция по созданию защитного устройства против «волны молчания». В настоящий момент идёт расшифровка. Объект занял позицию на лунной орбите, агрессивных действий не предпринимает.

– Ваша оценка ситуации?

– Пока неоднозначная. Поведение объекта можно интерпретировать как мирное, но мы не исключаем возможность обмана или скрытой угрозы.

– А ваше мнение, профессор Левин? – обратился министр к учёному.

– Я склоняюсь к тому, что объект действительно прибыл с миссией помощи, – ответил Левин. – Его поведение логично для автоматизированной системы, запрограммированной на доставку критически важной информации цивилизациям, находящимся под угрозой. Но, конечно, без полной расшифровки сообщения говорить с уверенностью рано.

– Доктор Соколов?

Алексей собрался с мыслями.

– Я согласен с профессором Левиным. Всё указывает на то, что объект – часть системы раннего предупреждения, созданной теми, кто уже столкнулся с «волной молчания». Возможно, одной из цивилизаций, которые мы считали «выключенными», удалось разработать защиту, и теперь они пытаются спасти другие разумные виды.

Министр задумался, затем посмотрел куда-то в сторону, видимо, на другой экран.

– Мы получили информацию, что китайцы готовят противоспутниковую ракету для нейтрализации объекта. Американцы перевели свои стратегические силы в состояние повышенной готовности. Ситуация накаляется.

– Это безумие! – воскликнул Алексей. – Нападение на объект может спровоцировать ответную реакцию или, что ещё хуже, лишить нас шанса на спасение от «волны молчания»!

– К сожалению, не все разделяют вашу точку зрения, доктор, – сухо ответил министр. – В условиях неопределённости многие предпочитают перестраховаться. Генерал Громов, у вас восемь часов на расшифровку сообщения и представление конкретных выводов. В противном случае… будут приняты другие меры.

Связь прервалась, оставив их в тягостном молчании.

– «Другие меры», – мрачно повторил Левин. – Интересно, что именно он имел в виду?

– У нас есть собственные средства поражения космических объектов, – ответил Громов. – И, в отличие от китайцев, мы умеем держать их в секрете до момента применения.

– Вы же не собираетесь…? – начал Алексей.

– Я собираюсь следовать приказам, доктор Соколов, – отрезал генерал. – И надеюсь, что за оставшееся время вы и ваши коллеги убедительно докажете мирный характер объекта. А сейчас вернёмся в операционный зал – нужно ускорить процесс расшифровки.

Следующие часы превратились в непрерывный марафон по анализу данных. Чен, Алексей и Левин, поддерживаемые командой аналитиков и программистов, погрузились в расшифровку огромного массива информации, переданного объектом. Кофе, энергетические батончики и короткие перерывы на санитарные нужды – вот всё, что они могли себе позволить.

Постепенно картина начала проясняться. Инструкция описывала создание сети специальных устройств, генерирующих поле, способное нейтрализовать воздействие «волны молчания» на электронные системы.

– Смотрите, – показал Алексей коллегам на схему, – это похоже на резонансный контур, настроенный на частоту волны. Система должна создать интерференционную картину, которая погасит разрушительные эффекты.

– А вот здесь, – добавил Левин, указывая на другую часть схемы, – описание материалов, необходимых для создания устройств. И большинство из них… вполне доступны на Земле!

– Кроме вот этого, – заметил Чен, выделяя на экране странную формулу. – Это какой-то специфический сплав, содержащий элементы, которые я даже не могу идентифицировать.

– Может быть, именно его и доставляют объекты? – предположил Алексей. – Возможно, главный объект содержит инструкцию, а остальные – материалы, необходимые для создания защитной системы.

Эта гипотеза казалась всё более вероятной по мере расшифровки. Объект передал не только техническую документацию, но и детальное объяснение природы «волны молчания». Согласно этой информации, волна была результатом катастрофического события – коллапса нейтронной звезды в системе HD 7924, вызвавшего выброс особого типа излучения, разрушительного для определённых типов технологий.

– Если верить этим данным, «волна молчания» – не преднамеренная атака, а природная катастрофа космического масштаба, – резюмировал Левин. – И объекты – автоматические системы спасения, запрограммированные древней цивилизацией, которая предвидела подобную угрозу.

– Но как они узнали, что волна движется к нам? – спросил один из аналитиков. – И почему прибыли именно сейчас?

– Вероятно, они мониторят галактику, отслеживая распространение волны, – предположил Алексей. – И как только фиксируют, что какая-то обитаемая система находится под угрозой, отправляют спасательную экспедицию.

– А вот и ответ, почему они прибыли именно сейчас, – указал Чен на новый расшифрованный фрагмент. – По их расчётам, «волна молчания» достигнет Земли через… – он замолчал, перепроверяя данные, – через 72 часа.

В зале повисла тягостная тишина.

– Три дня, – пробормотал Левин. – У нас всего три дня, чтобы создать защитную систему.

– И убедить все ядерные державы не стрелять по объектам, которые пытаются нам помочь, – мрачно добавил Алексей. – Генерал, нам нужно срочно представить эти выводы руководству.

Громов, который молча наблюдал за их работой, кивнул.

– Подготовьте полный отчёт за 30 минут. Я созову экстренное совещание с министром. А пока, – он обратился к техническим специалистам, – начните моделирование защитной системы. Мы должны понять, сможем ли создать её в такие сжатые сроки и какие ресурсы для этого понадобятся.

Когда генерал вышел, Алексей обернулся к Левину.

– Вы верите в эту историю? О том, что объекты присланы древней цивилизацией?

Профессор задумчиво потёр подбородок.

– Всё выглядит логично, но… есть что-то странное. Почему инструкция настолько точно адаптирована под наш уровень технологий? Словно её подготовили специально для нас, а не написали тысячи лет назад.

– Может быть, система достаточно интеллектуальна, чтобы анализировать уровень развития цивилизации и адаптировать свои сообщения? – предположил Чен.

– Возможно, – кивнул Левин. – В любом случае, мы не можем игнорировать эту информацию. Даже если есть доля риска, альтернатива – почти гарантированная катастрофа.

Алексей взглянул на экран, где отображался объект на лунной орбите. Тысячи лет назад кто-то создал эту систему спасения, предвидев опасность для других разумных существ, которых даже не знал. Это вселяло надежду – возможно, во Вселенной действительно есть место не только конкуренции и конфликтам, но и сотрудничеству, даже между видами, разделёнными бездной пространства и времени.

Но для того, чтобы это доказать, им предстояло убедить политиков и военных не уничтожать единственный шанс человечества на спасение. И сделать это нужно было в ближайшие часы, пока ракеты, нацеленные на лунную орбиту, ещё оставались в шахтах.