Читать книгу Отвергнутая невеста дракона - - Страница 2

Киваю и понятия не имею, чего от него ожидать. Рассердится? Спасёт? Пристыдит тех, кто так подло обошёлся с чужими чувствами? Именно так бы и поступил тот четырнадцатилетний мальчик. Уже тогда Рэй был на голову выше других. А теперь он и вовсе взрослый мужчина.

Но то, что я сейчас вижу в его взгляде, скорее пугает, чем вселяет надежду.

Почему он выглядит таким грозным?

– Концерт окончен, расходитесь, – велит Рэй толпе, жаждущей шоу.

Адепты когтями готовы вцепиться в землю, лишь бы посмотреть, но с ним спорить не смеют. Его уважают, его почитают даже те, кто лично незнаком.

– Тебя это тоже касается, Роза. – Рэй обращается к блондинке, что отступает всего лишь на два шага, надеясь остаться.

Красавица дует губки и плетётся следом за свитой, а Рэй делает шаг ко мне.

Всего лишь один шаг, а внутри всё застывает. Всё, кроме сердца, которое грохочет сейчас как бешеное.

Не знаю, куда себя деть, и вот-вот икать начну от нервов.

– Я тебя помню, – выдаёт парень, вновь окидывая меня взглядом. – Та маленькая девочка. Не ожидал от тебя такого.

Не ожидал чего?! Боги, он что, в самом деле, всё прочитал?

– То, что ты написала в дневнике, – правда?

Рэй впивается в меня таким взглядом, что дышать почти невозможно.

Хочу ответить, но от страха слова не идут. Робко киваю, и Рэй буквально вспыхивает от злости. Накидывает полог тишины. Зачем?

– Кто бы мог подумать, что ты настолько чокнутая! – произносит Рэй.

Его зрачки от гнева обращаются из кругов в вертикальные линии, а голубая радужка будто бы искрится. Но вздрагиваю я не от этого зрелища, а от жестоких слов, которые ржавыми иглами впиваются в моё сердце. Губы дрожат от обиды, а горле застревает колючий ком.

Что он там такого вычитал, чтобы назвать меня чокнутой?

– Кем ты себя вообще возомнила? На что ты рассчитывала, интересно?

Режет льдом взгляд Рэя, а я сжимаю дрожащие пальцы в кулачки и втягиваю носом воздух, потому что глаза начинает щипать.

За что он так со мной?

Я не навязывалась. Я не хотела никого обременять. Я всего лишь любила. Тихо, скромно, робко. Даже признаться никогда бы не осмелилась. Я бы унесла всё это с собой в могилу, если бы не Стейша!

И он это знает, если читал.

– Я… Я не хотела ничего плохого.

– Я знаю, что ты хотела. Уж пришлось прочитать. Неужели ты действительно думаешь, что я женюсь на такой, как ты?

Парень окидывает меня таким взглядом, что мне хочется умереть на месте. Нет, я даже не думала, но…

– И не мечтай об этом!

Боль сковывает горло стальной рукой. Не могу сделать вздох, а слеза предательски катится по щеке. Рэй ловит её взглядом, и вдобавок к боли мне становится ещё и стыдно быть такой жалкой и слабой в этот момент.

Я должна возразить, должна что-то ответить, а я не могу, будто язык отказал.

– Давить слезами на жалость не надо. На этот раз я сделаю вид, что не видел того бреда, что ты написала. А ты выкинь все эти глупости из головы и не смей больше попадаться мне на глаза. Всё поняла? – Он выдаёт с презрением, щёлкает пальцами, снимая полог тишины, и уходит как ни в чём не бывало.

А меня трясёт от боли и обиды.

Все смотрят. До сих пор. Не знаю, куда спрятаться от этих скользких взглядов. Обнимаю руками дрожащие плечи и бегу прочь.

Слёзы топят лицо. Душа горит в драконьем пламени. Как же больно! Невыносимо больно!

Бью себя в грудь, надеясь заглушить это разъедающее чувство, но ничего не помогает. Колокол звонит, сообщая о начале занятий, а я не могу успокоиться. Не могу ступить и шага, зная, что меня там ждёт. Насмешки, издёвки.

Серая мышь, посмевшая полюбить первого красавца академии. Ничего же смешнее быть не может, да? А то, как разбивается на осколки сейчас это самое сердце серой мыши, никого не волнует.

Я с трудом доживаю до конца этот день с одной лишь мыслью – спрятаться от чужих глаз. А лучше и вовсе исчезнуть. Раствориться, забыться, больше не чувствовать этот стыд, эту обиду, эту боль.

Тихо жду в каморке под лестницей, когда коридоры опустеют. Не хочу никого видеть. Тем более Его!

Боги, как я была глупа, считая его не таким, как все. Считая его особенным, мудрым, зрелым. А он хуже их всех вместе взятых!

Как он мог так меня растоптать? Как мог так меня унизить? Даже если моя любовь ему поперёк горла, разве это повод так поступать? Нет!

Как мне теперь быть? Как дальше жить?

Отчаяние так сосёт душу, что даже не замечаю, как добираюсь до дома. Иду в густом тумане своих мыслей, даже не кивая слугам у ворот. Нет сил.

У меня ни на что нет сил. Я просто хочу спрятаться в своей комнате и плакать, уткнувшись в подушку, как маленькая девочка. Плакать навзрыд, пока сердце не перестанет болеть.

Но у мачехи, как всегда, на меня свои планы, не учитывающие мои желания и чувства.

– Где ты была? – отчитывает меня с порога строгая леди с высокой прической. – Я ведь сказала тебе прийти сегодня пораньше!

– Простите, – только и выдавливаю я из себя, опуская взгляд с ее недовольного лица на темно-зеленое строгое платье мачехи. Делаю небольшой поклон и хочу уйти, но миссис Румаш не даёт.

– Живо переодевайся! Мы опаздываем из-за тебя! – рявкает она.

– Куда? – тяну я, словно сквозь сон, и только сейчас понимаю, что всё семейство не просто в сборе, а при параде.

Даже отец здесь, хотя в это время он обычно проверяет шахты.

– Менять твою жизнь, дурёха!