Читать книгу Муза на двоих - - Страница 4

Дэн

Я наблюдал, как белые, тонкие, с аккуратным маникюром пальцы Вики обвивают ножку бокала. После того, как она инициировала эксперимент с честностью, её тонкие плечи в черном шёлковом платье выглядели невероятно эротичными.

Алекс сидел напротив, его поза выражала идеально выверенное спокойствие. Но я-то знал его лучше. Он накручивал макароны на вилку с неестественной концентрацией, будто пытался казаться играть итальянца. Каждый раз, когда его вилка касалась фарфора, раздавался звенящий щелчок.

– Паста великолепна, – сказала Вика, поднося бокал к губам.

Я кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Я хочу встать так резко, чтобы мой стул с грохотом упал на пол, схватить её за талию и посадить на этот дурацкий стол, прямо между тарелками с недоеденной пастой.

Я хочу раздвинуть её ноги и встать между ними, прижавшись так близко, чтобы она чувствовала мой пульсирующий член через брюки.

Я хочу слышать треск платья, когда мои руки грубо задирают платье. Я оголяю бёдра, и Алекс видит, как краснеет её кожа под моими пальцами.

Я хочу слышать, как бьётся посуда, сдвигаемая её телом под натиском моих толчков. И пусть Алекс смотрит. Пусть видит, как её пальцы впиваются в мои плечи, притягивают меня ближе…

– Твоя фантазия, – произнесла Вика, и её слова вернули меня в реальность. – Там есть момент. Когда ты закатываешь ей платье. Опиши, как именно это происходит.

Алекс замер с вилкой на полпути ко рту. Его пальцы сжали серебряную ручку.

– Это не имеет отношения к работе, – ответил он ледяным тоном.

– Напротив, – парировала Вика. – Это имеет прямое отношение. В твоей сцене герой делает это одной рукой. Другой он прижимает ее бедро. Но я пытаюсь представить механику. Ткань сопротивляется. Нужно приложить усилие. Или ты имел в виду определённую ткань? Какую-то тонкую?

Я наблюдал, как Алекс сглотнул. Его адамово яблоко резко дернулось. Эта женщина играла с огнем, и мне нравилось смотреть на это пламя.

– Может, хватит? – пробормотал я, но в голосе не было убедительности.

Вика проигнорировала меня, не отрывая взгляда от Алекса.

– Ты не ответил на мой вопрос. Как именно ты это делаешь? Медленно? Или резко, одним движением? Это важно для текста.

Алекс медленно опустил вилку.

– Если тебе так интересна механика, – сказал он, – возможно, стоит провести практический эксперимент.

Вика улыбнулась, но не той легкой улыбкой, что была раньше, а медленной, осознанной улыбкой женщины, которая получила именно то, чего хотела.

– Отличная идея, – сказала она. – Давайте проверим ваши тексты на практике. Все эти сцены соблазнения… – ее взгляд скользнул по мне, затем вернулся к Алексу, – которые вы написали.

Я вскочил. Сердце колотилось где-то в горле.

– Ты предлагаешь… – я не мог закончить фразу.

– Ролевую игру, – закончила за меня Вика. Она тоже поднялась. – Мы возьмем сцену из пятой главы. Ту, где герой прижимает героиню к стене. И проверим, работает ли она.

Алекс медленно поднялся. Его движения были сдержанными, контролируемыми, но я видел блеск в его глазах. Охотничий блеск.

– Хорошо, – сказал он. – Но по моим правилам. Я режиссер. Вы – актеры.

Я не мог в это поверить.

Мы переместились в гостиную. Алекс распахнул французские окна, и в комнату ворвался прохладный ночной воздух. Он погасил верхний свет, оставив только торшер в углу. Тёплый лучики лампы сливались с холодным лунным светом, льющимся с террасы.

– Начинаем, – сказал Алекс, занимая позицию у камина. – Дэн, твоя реплика: «Я не могу больше сопротивляться». Подойди к Вике. Возьми ее за запястье.

Я сделал шаг вперед. Вика стояла у стены, ее поза была расслабленной, но в глазах читался вызов. Я взял ее за запястье. Её кожа была прохладной.

– Сильнее, – скомандовал Алекс. – В тексте сказано: «Схватил, сжал так, что Бритни охнула».

Я усилил хватку. Вика, не моргнув, издала сдавленный звук.

– Теперь притяни её лицо к своему, – продолжал Алекс. – Фраза: «Ты не представляешь, что со мной происходит».

Я выполнил приказ. Я отпустил её руку, провел ладонью по её лицу и за подбородок притянул к себе. Она дышала ровно, спокойно. Произнёс фразу.

– Неверно, – холодно сказал Алекс. – Ты выглядишь жалко, будто просишь прощения.

Я глубже вдохнул, пытаясь вжиться в роль. Повторил слова, глядя ей прямо в глаза.

– Лучше, – кивнул Алекс. – Вика, твой ответ: «Оставь меня». Но твое тело должно говорить обратное.

Она произнесла слова, но её бедра слегка подались вперед. Роскошная грудь с вздымающимися сосками почти касалась моей.

– Хорошо, – одобрил Алекс. – Дэн, следующее действие: прижми её к стене. Всем телом.

Я снова выполнил приказ. Наши тела соприкоснулись. Я чувствовал каждый изгиб притягательной женской фигуры через тонкую ткань платья.

– Теперь поцелуй её в шею, – распорядился Алекс. – Медленно.

Я наклонился и коснулся губами кожи над ключицей. Вика вздрогнула.

– Не останавливайся, – сказал Алекс. – Руку на бедро. Подними платье.

Моя рука скользнула по шелковистой ткани вниз, нашла подол и подняла его. Я чувствовал мурашки на коже Вики.

– Выше, – прошептал Алекс.

Я подчинился. Показался край тонкого черного кружева.

С новой командой, я должен был поцеловать Вику. Я наклонился, чувствуя её дыхание на своих губах. В сантиметре от цели.

Вика резко отвернулась.

– Стоп, – сказала она, обращаясь к Алексу. – Здесь ошибка.

Алекс нахмурился.

– Какая?

– Поза неверная, – объяснила Вика. – Если он прижимает меня к стене вот так… – она взяла мою руку и переместила выше, – то у него есть свободная рука. А в тексте этого нет.

Она была права. С новой позой у меня действительно оставалась свободная рука.

– И что ты предлагаешь? – спросил Алекс, его голос звучал напряженно.

Вика улыбнулась.

– Я предлагаю тебе показать, как это должно быть. Подойди сюда.

Алекс замер, его лицо выражало бурю эмоций.

Он делал выбор: подчиниться её правилам или навязать свои. Он сделал шаг вперед. Потом еще один. И наконец подошел вплотную. Его плечо слегка отстранило меня, но взгляд был прикован к Вике.

– Нет, – тихо, но твёрдо сказал Алекс. – Это я покажу тебе, как должно быть.

Он одной рукой взял её за запястья, поднял руки и зафиксировал над головой. Но не так, как это делал я. Его хватка была не актёрской, а реальной.

Пальцы свободной руки впились в бедро.

– Вот так, – прошептал он ей в ухо, и в его голосе не было и тени игры. – Забудь про свободную руку.

– Подол закатывается вот так, – он продемонстрировал, медленно обнажая ее ногу. – Медленно. Чтобы ты чувствовала каждое движение ткани.

Вика затаила дыхание, глаза были прикованы к его лицу.

– А теперь губы, – продолжил Алекс. – Не к шее. Сначала к углу губ. Вот так.

Его губы легко, едва заметно коснулись её лица.

– Потом по линии челюсти… – губы скользнули ниже.

Я наблюдал, как завороженный. Это уже не было похоже на эксперимент

– И только потом… – Алекс наклонился, его губы оказались в сантиметре от ее губ, – шея.

Его рот нашел ту самую точку над ключицей, где я был секунду назад. Но его прикосновение было другим – более настойчивым, требовательным.

Вика издала тихий звук, нечто среднее между вздохом и стоном.

– И вот теперь, – Алекс поднял голову, его глаза блестели в полумраке, – когда она уже готова… только теперь можно целовать.

Он не просто поцеловал. Он ворвался своим языком в её рот. Жестко, без разрешения. Сильная рука продолжала удерживать запястья девушки, а другая скользила по обнаженному бедру, цепляясь за резинку трусиков.

Вика ответила на поцелуй с такой же яростью. Тело её выгнулось и прижалось к нему.

Я стоял в двух шагах и чувствовал себя одновременно лишним и самым вовлеченным зрителем в мире.

Вдруг Вика оттолкнула Алекса. Её дыхание было прерывистым, губы распухшими.

– Эксперимент окончен, – выдохнула она. – Текст… работает.

Она поправила платье, не глядя ни на одного из нас, и быстро вышла из гостиной.

Я остался с Алексом в полумраке. Он стоял, опершись о стену, его грудь вздымалась.

– Ну что, – проговорил я наконец. – Режиссер доволен?

Он медленно повернулся ко мне.

– Молчи, Дэн, – сказал он тихо. – Просто молчи.

Он прошел мимо меня и поднялся наверх. А я остался в гостиной, с телом, полным нереализованного напряжения, и с пониманием, что всё только начинается.