Читать книгу Муза на двоих - - Страница 5

Вика

Я захлопнула дверь своей комнаты и, прислонившись к ней спиной, пыталась перевести дыхание. Тело горело, губы распухли от поцелуя Алекса, а внизу живота стоял тот самый влажный, ноющий ком желания. Чёрт возьми, этот эксперимент зашел слишком далеко.

Я не могла уснуть. Воспоминания о том, как Алекс прижимал меня к стене, как его губы обжигали кожу, как Дэн смотрел на нас с таким вожделением, заставляли кровь бешено пульсировать в висках. И не только.

С проклятием я встала, подошла к своей дорожной сумке и достала из потайного кармашка маленький черный вибратор с розовым бантиком. Он был моим спасением последние полгода, с тех пор как я ушла от Максима. С тех пор, как его «правильные» и «техничные» ласки стали вызывать у меня тошноту.

Быстрыми движениями я сбросила с себя платье, провела ладонью от горла к груди, задержалась на сосках, уже напряженных от возбуждения. Я включила пингвинчика. Тихий гул наполнил комнату. Я откинулась на подушки, зажмурилась и приложила вибратор к клитору. Резкая, электрическая волна удовольствия заставила меня выгнуться. Но этого было мало. Слишком поверхностно. Слишком одиноко.

Я кончила быстро, с тихим стоном, но напряжение не ушло. Оно стало глубже, осело тяжёлым, ненасытным грузом в низу живота. Я снова потянулась к сумке и достала фаллоимитатор из приятного бархатного силикона.

«Вот так, Макс?» – яростно подумала я, выдавливая смазку на любимую секс-игрушку. – «Ты никогда не смог бы довести меня до оргазма, как этот дружок».

Я вошла в себя резко, без прелюдий, стремясь заполнить ту пустоту, что разверзлась внутри после сегодняшней игры. Это было не ласковое самоудовлетворение, а почти наказание. Я представляла их. То Алекса – его властные руки, его серые глаза, полные огня. То Дэна – его страстный, почти отчаянный взгляд, и мускулы. Я двигала игрушкой всё быстрее, представляя, что это не я контролирую ритм, а кто-то из них. Что мои руки связаны. Что я не могу пошевелиться.

Второй оргазм накатил более мощно, из меня вырвался сдавленный крик. Я лежала, раскинув ноги и руки, вся мокрая, с дрожащими бедрами, но чёртово желание все еще тлело под кожей, как не потушенный уголек. Игрушки не помогли. Они лишь подчеркнули моё одиночество в эпицентре этой сексуальной бури.

Горло пересохло, захотелось пить.

Я накинула поверх голого тела шёлковую ночную рубашку на пуговицах. Длинные рукава свисали почти до моих колен, а разрез сбоку открывал бедро при каждом шаге. Мне было лень застегивать её полностью, я не ожидала никого встретить на кухне.

В доме стояла гробовая тишина. Только скрипели половицы под моими босыми ногами. Я спустилась на кухню, направилась к холодильнику и достала пакет молока. Прямо из пакета, большими жадными глотками, я стала пить. Молоко тонкой струйкой полилось с подбородка на грудь.

– Молоко? Серьёзно? После такого дня?

Я вздрогнула, обернулась, пакет выскользнул у меня из рук и упал на пол на пол. В дверном проеме стоял Дэн в одних низко сидящих спортивных штанах, с голым торсом. Его волосы были взъерошены, в руке он держал пустой бокал. Я вытерла рукой капли с подбородка.

– Черт, Дэн, ты меня напугал!

– Прости, – он ухмыльнулся, его голубые глаза блестели в полумраке. – Не ожидал встретить тут кого-то ещё. Не спится?

– Что-то вроде того, – я потянулась за бумажным полотенцем, чтобы вытереть лужу на полу, и ощутила его взгляд, скользящий по моим ногам.

– Дурная примета – пить молоко в одиночестве ночью, – пошутил он, подходя к стойке и доставая из шкафа почти полную бутылку красного. – Предлагаю замену.

Он налил вина в два бокала, протянул один мне. Между нами пробежала искра.

– За… интересные методы редактуры, – он поднял бокал.

Я чокнулась, сделала глоток. Вино было тёплым и терпким. Оно разлилось по телу жаром, сливаясь с тем, что уже было внутри.

– Ты сегодня была… невероятной, – сказал он тихо, облокотившись о барную стойку. Его взгляд был пристальным, изучающим. – Когда ты остановила Алекса… когда заставила его подойти… это…

– Это моя работа, – попыталась парировать я, но голос дрогнул.

– Не ври, – он покачал головой и сделал шаг ко мне. – Это было не про работу. Это было про власть. И тебе понравилось.

Он был так близко, что я чувствовала исходящее от его голого тела тепло. Я видела линию его ключицы, изгиб мускулов плеч, каждую черточку на его лице. И возбудилась ещё больше.

– А тебе? – прошептала я. – Понравилось смотреть?

– До чертиков, – выдохнул он, и его рука поднялась, чтобы убрать прядь волос с моего лица. Пальцы коснулись кожи у виска, и по моей спине пробежали мурашки. – Я до сих пор не могу прийти в себя.

Его пальцы скользнули с виска на шею, потом под подбородок, мягко приподнимая мое лицо.

– Я все думал, какова ты на вкус, – прошептал он, и его губы коснулись моих.

Первый поцелуй был нежным. Легкое прикосновение, пробующий, мягкий нажим. Пахло вином, ночью и им. Я ответила, позволив губам разомкнуться. Это был не поцелуй Алекса – властный, завоевывающий. Это был поцелуй-соблазн.

Через пару секунд он стал глубже, настойчивее. Его язык коснулся моего, и я почувствовала, как подкашиваются ноги. Я ухватилась за его плечи, чтобы не упасть, ощущая под пальцами упругие мышцы. Его руки скользнули под рубашку, на мою обнаженную спину, и прижали меня к нему. Я ощутила жесткость его груди и отчетливый рельеф его эрегированного члена, что упирался в моё бедро.

– Вика, – простонал он, прерывая поцелуй и целуя мою шею, мочку уха. – Я хочу тебя.

Его руки скользнули ниже, на мои ягодицы, сжимая их, прижимая меня ещё ближе к себе. Он повернул нас и прижал меня спиной к барной стойке. Холод гранита остужал оголенную кожу ягодиц, а мужское тело спереди обжигало грудь. Я запрокинула голову, позволяя его губам исследовать шею, чувствуя, как рубашка сползает с моего плеча.

– Дэн… – это было все, что я смогла сказать.

– Скажи "стоп", и я остановлюсь, – прошептал он в основание моей шеи, его одна рука сжала ягодицу,а вторая исследовала влажную киску.

Я не сказала «стоп».

– Кажется, я пропустил самое интересное.

Мы резко отпрянули друг от друга, как пойманные подростки.

На лестнице в застегнутом под самое горло халате стоял Алекс. Он смотрел на меня, на мою распахнутую рубашку, на запыхавшегося Дэна, и в его взгляде было столько осуждения, что кровь в моих жилах застыла.

– Алекс, – Дэн попытался что-то сказать, отступив ещё на шаг. – Мы просто…

– Я вижу, что вы "просто", – Алекс перебил его, не сводя с меня глаз. – Вика. Твоя комната находится наверху. И, насколько я помню, ты приехала сюда работать.

Стыд. Острый и обжигающий, стыд охватил меня. Я судорожно застегнула рубашку, пытаясь прикрыть свою наготу.

– Я… мне нужно… – я не закончила, отшатнулась от стойки и, не глядя больше ни на одного из них, бросилась к лестнице.

Я бежала наверх, как за мной гнались призраки. Сердце колотилось, как бешеное. Я ворвалась в свою комнату, захлопнула дверь и прильнула к ней щеком.

Внизу послышались приглушенные голоса. Сначала тихие, потом все громче. Алекс и Дэн. Они спорили. Из-за меня.

Я медленно сползла по двери на пол, обхватив колени. Запах Дэна все еще был на моей коже. А вкус его поцелуя… я будто всё ещё чувствовала его.

Я сорвала с себя рубашку и швырнула ее в угол. Потом расхохоталась, почти истерически. Всего за несколько часов я чуть не переспала с одним из них, пока другой смотрел, а теперь едва не занялась сексом с другим на кухне, и снова был поймана первым.

Это был полный, абсолютный хаос. И самое ужасное было в том, что, когда я терзала пальцами возбуждёный клитор прямо на полу, у двери, я поймала себя на мысли, что хочу, чтобы в этот момент в комнату вошел Алекс. Чтобы он увидел, к чему привела его холодность. Чтобы он понял, что остановить это уже невозможно. Я сдавила грудь второй рукой, представляя, что это чужие пальцы – то твердые и властные, как у Алекса, то стремительные и страстные, как у Дэна. И я поняла, что этот ад возбуждения – единственное, что заставляет меня чувствовать себя живой, и я готова сгореть в его пламени.