Читать книгу Маяк заблудших - - Страница 5

Еще даже не коснувшись границы города, я слышу ее. Голоса надрываются, движения беспечны и нескончаемы, споры без результата, потные спины и лбы, налитые страхом глаза, открытая дрожь.

Тучку охватила паника. Мне даже не пришлось звонить в колокол, способности старушки не подвели.

Паника быстро прилипает. Всегда сравниваю ее с клещами или пиявками. Лучше не придумать: она высасывает кровь, незаметно липнет, и оторвать сразу нельзя – рискуешь подхватить болезни. У меня есть опыт работы с ней и точно знаю метод, как безопасно удалить ее.

Завидев меня, одноликие бросились ко мне. Разрывать очередью вопросов. Хотя ответ также прост, как и вопрос.

Размахивая руками и пожирая взглядом помощи, они спрашивают:

– Что нам делать, Джеки?

– Что надо делать, Джеки?

– Что теперь делать, Джеки?

– Что будет, Джеки?

– Куда нам идти Джеки?

Я ждал, когда силы толпы иссякнут, как ждут, когда клещ раздуется и сам уйдет. Я же ждал, когда будет возможность сказать хоть слово, когда движения иссякнут до последней капли, паника сильно будоражит и заставляет бездумно двигаться.

Увидев, что они начинают друг друга затыкать, я понял, что это мой шанс.

– Всем успокоиться. Вы как будто в первый раз слышите об урагане. Собрать припасы, родных и направляться к старому ущелью. Как обычно там ждет всех спасение.

– Там сыро! – кричали из толпы. – И тесно.

– Ну, тогда приглашаю к себе.

Все резко поняли, что ущелье – куда лучше, чем риск, которому подвергается каждый переходящий мост. Неприятно смотреть вниз и наблюдать, как мощные волны неистово уничтожают друг – друга.

– А что насчет наших домов? – спросил кто-то.

– Прощайтесь с ними. Их либо снесет ветер, либо смоет, может и то и другое.

Во мне царит равнодушие к их жизням. Моя ответственность кончилась прямо сейчас: я предупредил, дал план действий, осталось вернуться в маяк и светить заблудшим.

Толпа медленно расходилась, бросая в меня злобный взгляд. Отбросы считают, что я никогда не приношу хороших новостей, всегда озвучиваю лишь плохое, они слепо уверены, что мое молчание – не хорошая новость.

Пришли новые порывы со стороны океана, они принесли предупреждение, шептали скребущим голосом:

«Он близко…»

Они опрокинули рыбацкие снасти, раскачали судна, сорвали хилые доски с домов и повалили на землю тех, кто плохо стоит на ногах.

Я же выстоял. Вцепился в землю, как Горделивый и не поддался сметающей силе. Ветер становился сильнее, усиливая поток в одном направлении. Он пытается снести меня, я глубоко задел его.

От горизонта уже ничего не осталось – одна сплошная черная линия. Тучи собирались в кучи, начиная плясать. Я завороженно смотрел на танец урагана, рассматривая грацию природы, сокрытое могущество, с которым она несется ко мне.

Резко в поле зрения возник Дмитрий на своей шхуне.

– Джеки! Это оно? – указывал он на воронку.

– Да!

– Я валю отсюда! К черту вас! – улыбнулся он. – Может со мной? Не думаю, что Горделивый выстоит.

– Не оскорбляйте моего отца. – это задело меня.

– Прости, Сынок, но такую стихию не выдержать даже с божьей помощью! Я беру свои слова назад.

Я посмотрел в небо. Охваченное чернотой.

– Он никогда и не помогал. – ответил я.

Мы переглянулись.

– Берегите себя, Дмитрий, уезжайте.

Он схватился за штурвал.

– Чтоб к моему возвращению был жив, здоров, ясно?

Мне нечего было ответить. Я отвернулся. Также поступил и он.

Судно зарычало и неспешно двинулась в путь, постепенно разгоняясь. Она перестала загораживать вид на ураган и я вернулся к любованию. Стихия соблазнительно приближалась, далеко слышен рев, внушает покорность, заставляет чувствовать себя маленьким и беспомощным.

Ощутив все это давление, я растворился в нем, усаживаясь на берег. Глаза закрылись сами собой.

Все вокруг прекрасно: Ветер задувает в лицо, воздух больше не пахнет рыбой и неудачами, он насыщен чистотой и солью. На щеки осторожно капает дождь, в ушах играет симфония, написанная нежными пальцами жестокой природы. Волны достают до ног, окатывая стопы ледяной водой, становится холодно и наружу рвется эйфория. От нее становится жарко в груди, сердце бьется, кровь кипит в жилах, чувствуется жизнь.

Странно, но я представил, что рядом кто-то сидит, такой же, кто бы наслаждался этой песней разрушения. Мне показалось, что мои пальцы сжимает маленькая и нежная рука. Она еле обхватывает их. Горячая. Греет кончики, немного покалывает с непривычки. Хочется держать ее вечно.