Читать книгу Ctrl+alt+love: история одной семьи - - Страница 8

Это началось случайно, как и большинство хороших вещей в их отношениях.

Они сидели в кафе – том же самом кафе, где Дмитрий пролил кофе на себя во время первой встречи – на второй месяц их отношений. Лилия заказала капучино, Дмитрий заказал американо, и они делили между собой круассан, который был слишком большим для одного человека, но идеальным для двоих.

Лилия рассказывала ему историю о своей ученице, восьмилетней девочке по имени Варя, которая постоянно путала английские слова «beach» и «bitch», что создавало комичные ситуации.

«И она говорит мне: "My family went to the bitch last summer", – рассказывала Лилия, смеясь так сильно, что еле могла продолжить. – Я пыталась объяснить ей разницу, но её мама тоже была на уроке и услышала это, и у неё было такое лицо».

Дмитрий смеялся, наблюдая за ней. За тем, как её глаза сверкали, когда она рассказывала истории. За тем, как её руки жестикулировали быстро, энергично, как будто слова сами по себе были недостаточны, чтобы передать эмоции. За тем, как её волосы подпрыгивали, когда она качала головой.

«Ты такая быстрая, – сказал он, когда она закончила историю. – Ты всегда такая быстрая. Ты говоришь быстро, ты двигаешься быстро, ты думаешь быстро. Как белочка».

«Белочка?» – переспросила Лилия, поднимая бровь.

«Да, белочка, – подтвердил Дмитрий, улыбаясь. – Маленькая, энергичная, всегда в движении. Ты прыгаешь от одной мысли к другой, как белочка прыгает с дерева на дерево. И ты такая же милая, как белочка».

Лилия прищурилась, притворяясь обиженной. «Ты только что сравнил меня с грызуном?».

«Белочки – это не грызуны! – защищался Дмитрий. – Ну, технически они грызуны, но они милые грызуны. Самые милые из грызунов. Это комплимент!».

«Хм-м, – протянула Лилия, делая вид, что размышляет. – Хорошо, я приму это как комплимент. Но если я белочка, то ты».

Она посмотрела на него, изучая. Дмитрий сидел расслабленно, откинувшись на спинку стула, одна рука лежала на столе, другая держала чашку кофе. Его движения были медленными, размеренными. Когда он говорил, он делал паузы, обдумывая слова. Когда он ел, он ел методично, не спеша.

«Ты кот, – объявила она. – Большой ленивый кот. Ты двигаешься медленно, ты любишь спать, ты любишь лежать на диване и ничего не делать».

«Я не ленивый! – возразил Дмитрий. – Я просто спокойный. Вдумчивый».

«Ленивый кот, – повторила Лилия с улыбкой. – Мой ленивый кот».

«Моя быстрая белочка, – ответил Дмитрий».

Так это и началось.

В первую неделю они использовали прозвища изредка, как шутку. «Привет, белочка», – писал Дмитрий в сообщениях. «Доброе утро, ленивый кот», – отвечала Лилия.

Во вторую неделю прозвища стали постоянными. Они больше не называли друг друга по именам. Это было всегда «белочка» и «кот».

«Белочка, ты хочешь пойти в кино сегодня?».

«Кот, ты забыл купить молоко, как я просила».

К третьей неделе прозвища эволюционировали. Появились вариации: «моя маленькая белка», «пушистая белочка», «ленивец-котяра», «мой сонный котик».

Друзья начали замечать.

«Почему ты называешь её белочкой?» – спросил Сергей, когда они были на работе, и Дмитрий отправлял Лилии сообщение: «Белочка, я скучаю по тебе».

«Потому что она быстрая и энергичная, как белочка, – объяснил Дмитрий, как будто это было совершенно логично».

«А она называет тебя котом?».

«Да. Ленивым котом».

Сергей покачал головой. «Вы оба странные. Вы знаете это, правда?».

«Мы не странные, – сказал Дмитрий с достоинством. – Мы уникальные».

Маша имела похожий разговор с Лилией.

«Лили, ты только что назвала его котом при мне, – сказала Маша по телефону. – "Мой кот забыл ключи". Я думала, ты говоришь про Ласку».

«Нет, я говорила про Дмитрия, – сказала Лилия. – Он мой большой ленивый человек-кот».

«Это мило? Я думаю? Но также немного странно».

«Всё самое лучшее в жизни немного странное», – философски заметила Лилия.

К четвёртой неделе случилось неизбежное: они начали использовать звуки животных.

Это произошло, когда Дмитрий пришёл к Лилии домой после работы. Он был уставший, измученный долгим днём отладки кода, который никак не хотел работать правильно. Он вошёл в квартиру, снял обувь, прошёл в спальню и буквально упал на кровать рядом с Лаской, который дремал на подушке.

«Мр-р-р, – сказал Дмитрий, протяжно, подражая кошачьему мурлыканью».

Лилия, которая была на кухне, услышала это и засмеялась. Она пришла в спальню и увидела Дмитрия, лежащего на кровати в той же позе, что и Ласка.

«Вы двое идентичны, – сказала она. – Два ленивых кота».

«Мр-р-р, – повторил Дмитрий, закрывая глаза».

«О нет, – сказала Лилия. – Мы не начинаем это. Мы не начинаем говорить звуками животных».

«Чик-чик-чик, – сказал Дмитрий, открывая один глаз и подражая звуку, который, по его мнению, издавали белки».

«Белки не говорят "чик-чик-чик"! – возразила Лилия. – Они говорят ну, я не знаю, что они говорят, но точно не "чик-чик-чик"!».

«Тогда покажи мне, как говорят белки, – вызвал её Дмитрий».

Лилия встала на кровать, сложила руки перед грудью, как лапки, и попыталась издать звук белки. Получилось что-то между писком и щебетом.

Дмитрий взорвался смехом. «Это было ужасно! Это было самое ужасное подражание белке, которое я когда-либо слышал!».

«А твоё мурлыканье было лучше? – защищалась Лилия, но она тоже смеялась».

Ласка, разбуженный всем этим шумом, посмотрел на них обоих с выражением глубокого презрения и ушёл из комнаты, как будто говоря: «Эти люди потеряли последний разум».

С того дня звуки животных стали частью их общения. Когда Дмитрий был уставший, он мурлыкал. Когда Лилия была взволнована, она издавала свой странный беличий писк. Это было глупо, абсурдно, но это было их.

Однажды они были в супермаркете, выбирая продукты для ужина. Дмитрий толкал тележку, Лилия бегала между полками, хватая товары.

«Белочка, нам нужно молоко, – сказал Дмитрий».

«Уже взяла, кот, – ответила Лилия, показывая пакет молока».

Пожилая женщина в проходе услышала это и повернулась к ним с удивлённым выражением.

«Извините, – сказала она. – Вы только что назвали друг друга животными?».

Дмитрий и Лилия обменялись взглядами.

«Да, – сказал Дмитрий. – Это наши прозвища».

«Это мило, – сказала женщина, хотя её лицо говорило, что она думает, что это странно. – Молодёжь сейчас такая креативная».

Когда женщина ушла, Дмитрий и Лилия едва сдержали смех.

«Мы официально стали "той странной парой", – сказала Лилия».

«Я горжусь этим, – ответил Дмитрий».

Прозвища распространились на всё. Дмитрий начал подписывать свои сообщения смайликами кота. Лилия отвечала смайликами белки. Когда они покупали друг другу подарки, это были вещи с изображениями кошек и белок: чашки, футболки, магниты на холодильник.

На день рождения Лилии, который был на третий месяц их отношений, Дмитрий подарил ей плюшевую белку размером почти в половину метра.

«Это ты, – сказал он. – Только в плюше».

Лилия обняла белку и засмеялась. «Она идеальна. Я назову её Дмитрий-младший».

«Но это белка, а не кот, – возразил Дмитрий».

«Да, но она от тебя, значит, она часть тебя, – объяснила Лилия своей безупречной логикой».

Ласка, настоящий кот в их жизни, относился ко всему этому с философским спокойствием. Иногда казалось, что он понимал, что его сравнивают с Дмитрием, и он принимал это как комплимент. В конце концов, кошки – это благородные существа, и быть сравнённым с котом было честью.

Однажды вечером, когда они лежали на диване вместе, смотря фильм (точнее, делая вид, что смотрят фильм, но на самом деле разговаривая), Лилия спросила:

«Ты думаешь, мы всегда будем называть друг друга так? Даже когда состаримся?».

«Я надеюсь, – сказал Дмитрий. – Я надеюсь, что когда мне будет восемьдесят, я всё ещё буду называть тебя белочкой. Может быть, "моя старая белочка"».

«А ты будешь "мой древний кот", – засмеялась Лилия».

«Точно. И мы будем сидеть на крыльце нашего дома, и я буду мурлыкать, а ты будешь пищать, и наши внуки будут думать, что мы сумасшедшие».

«Наши внуки будут правы, – сказала Лилия. – Мы немного сумасшедшие».

«Лучший вид сумасшествия, – согласился Дмитрий».

Они замолчали, слушая диалоги из фильма, который ни один из них не смотрел. Потом Лилия повернулась к нему и сказала тихо:

«Чик-чик-чик».

«Мр-р-р», – ответил Дмитрий.

И они оба засмеялись, потому что это было глупо, потому что это было абсурдно, но потому что это было их, и ничто другое не имело значения.

Ласка, лежащий на спинке дивана над их головами, издал настоящее кошачье «мяу», как будто говоря: «Любители. Вы оба любители в искусстве быть котом».