Читать книгу Про чудеса, мечты и любовь - - Страница 5

Очередная волна опять накрыла его с головой и снова потянула на дно. И снова Игорь рванулся вверх, пробивая границу между двумя мирами и судорожно глотая воздух. Сколько прошло времени? Где берег? Сколько это ещё будет продолжаться? Он не знал и даже не задавался этими вопросами, все его мысли сосредоточились на следующем взмахе рук, ещё одном вздохе.

Игорь не помнил, когда он решил, что пойдет служить в спецназ. Как будто родился с этой мыслью. И готовился он со всей серьёзностью. С увлечением грыз гранит науки, не ограничивая себя школьной программой. Занимался спортом и упорно тренировал своё тело и волю, приучая себя к выносливости и лишениям. Порой он слишком увлекался и получал нагоняй от родителей или учителей, которые упорно не желали признавать, что будущему спецназовцу просто необходимо купаться в проруби, спать зимой на балконе и голодать по два-три дня. Впрочем, противостояние с общественностью, в лице в первую очередь мамы и классного руководителя, Игорь воспринимал как один из этапов подготовки. Кроме всего прочего, пользуясь тем, что жили они в городке, расположенном неподалёку от моря, он регулярно устраивал большой заплыв. Вот и в этот раз было запланировано проплыть десять километров, но похоже, что у этого раза были все шансы стать, что называется, последним.

День был выбран по календарю, а природа с календарем людей как-то не очень считается. Дул сильный порывистый ветер, разгоняя немалую волну. Игорь заколебался, но заставил себя пресечь всякие колебания. В спецназе ведь тоже не меняют планов в связи с плохой погодой, по крайней мере в свои четырнадцать лет он был в этом уверен. Юноша принудил себя войти в воду. А когда захотел вернуться, было уже поздно. Начался отлив, который он забыл принять во внимание. Игорь плыл час, два, может даже три, выбился из сил и начал тонуть. О чем думают люди в последние минуты? Немногие могут об этом рассказать. Одних страх парализует, в других вселяет силы, кто-то прощается с жизнью, а кто-то впадает в панику. А Игорь, захлёбываясь, злился на себя и ругал словами, которые обычно не встречаются в словаре русского языка.

Весь мир сейчас сосредоточился в одной точке. Парень забыл о прошлом и не думал о будущем. Только держаться. Какой может быть спецназ, если он не может побороть банальную усталость. Несколько часов в не такой уж холодной воде, и всё. Скис? Сдался? Ну уж нет.

Вода заливала глаза, нос, рот. Тело скручивало, сводило, каждая клеточка взрывалась от боли. Игорь плыл. Ради чего, зачем? Он не думал, просто плыл. Пытаясь взбодриться, Игорь взывал к гордости, потом вызывал злость, ругая себя самыми противными словами, какие мог вспомнить. Сколько времени прошло, день сейчас или ночь, где берег, куда он плывет? У него не было ответов на эти вопросы, да он их и не задавал. Исчезли время и пространство, затихли боль и чувство холода. Остались только безграничные усталость, тоска и чувство обреченности. Да сладкий, вкрадчивый голосок, тихо шепчущий о том, что всё кончено, от судьбы не уйдешь, какой смысл бороться. Конец всё равно один, так зачем все эти мученья, нужно лишь успокоиться и принять всё как есть. И тотчас всё кончится, всё уйдет, останутся лишь покой и тишина. Голос не врал, Игорь это знал и понимал его правоту. И лишь маленькая, незримая искорка внутри держала на плаву. Нечто не ясное, но реальное заявляло громогласно – НЕТ!!! Почему? Потому! Потому что нельзя. Потому что есть цель, которую он не достиг, а значит не может, не имеет права переходить черту. Нет для него тишины и покоя. И раз он не может дышать под водой, то должен плыть. И он плыл. Сгустились сумерки. Игорь плыл. В черном бархатном небе зажглись звезды. Он плыл. Солнце показало свой краешек из-за горизонта, а он всё плыл. О том, сколько часов он провел в море, Игорь никогда не узнал.

Утром на берегу обычно безлюдно, и двое молодых парней, решив воспользоваться этим, вышли на пробежку. Они бежали легкой трусцой навстречу легкому ветерку, когда вдруг из моря выползло нечто и плюхнулось в полосе прибоя, как выброшенная приливом медуза. Заинтригованные бегуны подошли ближе и поняли, что перед ними подросток. Он был без сознания, мышцы тела мелко тряслись, кожа была воскового цвета, а на лице застыли тишина и покой и чувство удовлетворения от свершенной победы.

Когда Игорь очнулся, взгляд его уткнулся в белый потолок. Через секунду в поле зрения возникли два лица. На одном из них запоздавшие страх и потрясение смешивались с легким возмущением, на другом любопытство соседствовало с удивлением. Первое принадлежало матери, второе врачу. Мама была человеком сдержанным и крепким, к тому же морально подготовленной к тому, что рано или поздно нечто подобное произойдет, и поскольку всё уже случилось и кончилось, то она решила не падать в обморок, а примчалась в больницу, куда привезли сына. Врач же удивлялся, как человек, тем более подросток, столько времени проведя в воде, умудрился не только не заработать пневмонию, но не подхватить даже банального насморка. Игорь был здоров, только вымотан до предела.

Всю дорогу до дома мама молчала, только подходя к подъезду, сказала ровным, спокойным голосом:

– Пусть это послужит тебе уроком. Не лезь очертя голову на опасность, не испытывай судьбу.

В школу Игорь пошел через два дня, там уже были в курсе случившегося. Впрочем, никакого ажиотажа это не вызвало. Учителя, друзья и одноклассники будущего спецназовца задолго до этого случая сделали вывод, что крыша у него давно находится в свободном полете, если вообще когда-нибудь значилась в списке комплектации. Только классный руководитель, скорее из чувства долга, чем по необходимости, сказал ему почти то же, что и мать:

– Пусть это послужит тебе уроком. Не переоценивай своих сил, знай свой предел.

Домой Игорь возвращался один. Он шел и думал. Да, урок усвоен, только понял он его по-своему. Тонет тот, кто позволяет себе утонуть. Вот он не позволил и остался жив. Нет никакой судьбы, нет непреодолимых препятствий. Знать предел. Это, наверное, неплохо. Но с другой стороны каждый человек – это целый мир, Вселенная. А кто знает, где у Вселенной пределы?!!