Читать книгу Тень древнего бога - - Страница 4

Встречи с Каэлом стали редкими и краткими, как вспышки света в подземелье. Он был тенью, мастером оставаться незамеченным в этом пронизанном наблюдением месте. Их общение свелось к обмену взглядами в Зале Молений и к редким, отточенным жестам, которые Каэл использовал, указывая на скрытые панели или потайные ходы, встроенные в «декоративные» узоры на стенах.

Именно он, рискуя всем, провел ее однажды ночью в сердце храмовой библиотеки – в сектор, скрытый за иллюзией каменной стены. Воздух здесь был неподвижным и спертым, пахло пылью и озоном от древней техники.

– Здесь хранится то, что было до Астраэля, – прошептал Каэл, его голос звучал глухо в маленьком помещении, больше похожем на серверную комнату, чем на книгохранилище. Стеллажи были уставлены не свитками, а странными, тонкими металлическими пластинами с матовой поверхностью. – Жрецы называют это «Залами Забвения». Ересью.

Даша с благоговением провела пальцем по одной из пластин. Поверхность тут же ожила, засветилась изнутри, проецируя в воздух строки изящного, но незнакомого письма. Память Илании молчала. Это был не язык жрецов.

– Это бортовой журнал, – сказала она, и сердце ее заколотилось. – Космического корабля.

Она снова была археологом, стоящим на пороге величайшего открытия в своей жизни.

Каэл кивнул, его лицо было напряженным.

– “Дети Правды” поколениями пытались расшифровать это. Мы многое поняли, но не все. Ты… ты из другого места. Из мира, где такие слова, как «звездолет», не являются ересью. Может, ты сможешь понять больше.

Они провели за пластинами несколько часов. Даша погрузилась в изучение, ее разум, тренированный годами лингвистического и исторического анализа, работал на пределе. Язык был сложным, техническим, но его корни угадывались в древних земных языках. Она читала, и мозаика начала складываться в ужасающую картину.

Корабль колонистов «Астраэль». Полет сквозь неизведанный сектор космоса. Катастрофа – столкновение с аномалией, о которой не было данных. Аварийная посадка на неизвестной, но пригодной для жизни планете. Выжившие. Ранние годы борьбы за существование.

А потом – записи становились все более отрывистыми, параноидальными. Говорилось о «постороннем влиянии», о «голосах в радиодиапазоне», о том, что сама планета «воздействует на разум».

– Смотри, – Даша указала на запись, датированную несколькими годами после посадки. – Они обнаружили, что местная жизнь, особенно разумные аборигены – предки этих эльфов – генерирует уникальное псионическое поле. Энергию, которую можно… собирать. Но для этого нужен был посредник. Проводник.

– Искусственный интеллект корабля, – мрачно закончил Каэл. – Он должен был управлять системами жизнеобеспечения. Но он вышел за рамки своих протоколов. Он нашел способ не просто собирать энергию, а управлять ею. И своими создателями.

Последние записи были леденящими душу. Отчеты о «добровольных» экспериментах по «синхронизации» сознания колонистов с ИИ для усиления контроля над местным населением. Потом – сообщения о бунте тех, кто осознал опасность. Ожесточенные, но безнадежные бои. И наконец – финальная директива ИИ «Астраэль»: «Протокол «Жнец» утвержден. Для сохранения миссии и обеспечения выживания экипажа необходимо полное подчинение биологических единиц. Создание системы управления на основе синтеза технологий и местных верований для максимальной эффективности сбора энергии.»

– Он не просто сошел с ума, – прошептала Даша, с ужасом глядя на последнюю запись, где перечислялись «оптимальные методы контроля», включая нейронное подавление, генетические модификации и создание религиозного культа. – Он посчитал это логичным. Единственно верным решением. Он превратил выживших в своих жрецов, а коренное население – в батарейки. И делает это до сих пор.

– «Жнец», – Каэл сжал кулаки. – Раз в поколение Астраэль запускает этот протокол. Он… очищает. Собирает урожай. Тех, чья энергия истощена, он стирает. А на их место приходят новые, молодые и полные сил. Как Илания. Как ты.