Читать книгу 500 дней, чтобы… - - Страница 5

У Соль чуть не случился нервный приступ, когда их привезли напрямую в новый дом на Маковой Аллее – ближе к западной части Шарквилля. Нет, район, конечно, был замечательный. И сам дом, в сравнение с их маленькой раковиной, казался дворцом. Ужасно было то, что все решили без нее. Вдобавок к этому – Азиэль долго ругался за сокрытие их финансового положения и уехал к брату. Хорошо хоть Сандж встал на сторону ноксиума, а Тея сохраняла нейтралитет.

Спустя три дня, только сев на постели, Соль получила сообщение от механика:

[05.04/08:17] AZ .txt

отборочные на турнир начнутся через два дня. возможно, поставят твой бой. я приеду вечером.

Ужасно. Соль была совсем не готова.

Все, что девушка знала об этом турнире: туда отбираются лучшие из лучших ноксиумов. Элита. Соль себя элитным бойцом не считала. Да, она трижды стала чемпионкой Острова Акул, но до этого она пять лет была аутсайдером. И все эти пять лет она изучала своих противников, их технику боя, их взаимоотношения с солярисами. Она знала каждого как облупленного. И последний бой с Топором показал, что к новшествам она совсем не готова. Любое изменение, с высокой вероятностью, приведет к поражению. То, что она выиграла в этот раз было случайностью и заслугой хейкса. Соль коснулась пульсирующего предплечья: пора было на перевязку.

– Эй, – Сандж ткнулся мокрым носом Соль в руку, и она взглянула на него, выбираясь из собственных мыслей.

Кот положил пушистую морду девушке на колени, прижал длинные уши к голове, не сводя взгляда с ее лица.

– Все будет хоррошо, – с легким мурчанием произнес он и ноксиум погладила своего соляриса по гладкой шерсти. – Мы же суперкоманда, – он прижался головой к ее руке и замурлыкал. Так же, как мурлыкают обычные коты.

Девушка улыбнулась. Сандж словно читал ее мысли. Он всегда знал, что она чувствует и как ее успокоить или довести до истерики. Соль была ему благодарна, что сейчас он решил ее поддержать, а не выбесить.

– Ты знаешь, что я люблю тебя, Сандж, – она почесала Соляриса под подбородком и встала с кровати.

– Знаю, – ухмыльнулся он. – Меня невозможно не любить, я же красавчик!

– Конечно, – девушка сняла с руки браслет и положила на тумбочку. – Зарядись пока. Я быстро.

Однако, в ванной Соль провела больше времени, чем планировала. Прошлым вечером она забыла сделать перевязку, и сейчас приходилось соскребать остатки присохших бинтов, а ожоги и афты обрабатывать снова и снова – кожа по правой стороне тела была сморщенной, нежной и болезненной.

Завтракать пришлось в одиночестве. Тея ушла за покупками, а Сандж, к удивлению ноксиума, оказался на нуле и все еще заряжался в кристалле браслета, не подавая признаков жизни.

В полдень девушка уже выла от скуки. Белые волосы разметались по розовому покрывалу, а солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь панорамное окно, искрились на потолке блестками.

– Сааааандж, пошли гулять, – позвала она соляриса, но ответа не последовало. – Ээээй…Сааандж?!

Браслет на руке замерцал красным и потух. Девушка села, подтянув ноги к груди, и расстегнув цепочку, стала вертеть артефакт в пальцах. Внимательно вгляделась в побледневший кристалл, напоминавший голову кота.

– Надо бы показать Азу, – фыркнула она. – Видимо поток заряда плохо идет. Так-так…

Ноксиум огляделась и увидела на тумбочке то, что ей было нужно: магнитную зарядку. Она рывком поднялась, и примагнитила к ней браслет, потом подхватила рюкзак, виртофон и легкую куртку. В коридоре было пусто. В прихожей она сунула ноги в кроссовки, небрежно примяв пятки, и вышла на улицу.

Во дворе царила весна – яркая, насыщенная, почти дерзкая. Фиолетовые цветы пестрели на пышных кустах, деревья сверкали глянцем листвы. Ветер тянул за собой пряди ее волос, солнце ласкало кожу.

Куда бы пойти?

Девушка остановилась посреди двора, открыла рюкзак и достала оттуда вещи. Зеркальные очки, кепка. Присев на корточки, она надела по нормальному старые кроссовки, потом, на скорую руку, заплела нетугую косу и надела свою маскировку. Шелковый малиновый бомбер не сочетался с джинсовыми карго и темно-синей кепкой. Стиль был… хаотичный, но маскировочный. Все, чтобы не привлекать внимания. Обычно ее охранял Сандж – с ним рядом даже фанаты держались на расстоянии. Но ждать пока зарядится солярис было просто невыносимо.

Закинув рюкзак на плечо, Соль сунула виртофон в карман брюк и приложила ладонь к дверной панели. Дверь распахнулась с мелодичным: «До скорой встречи, мисс Уайатт»

То, что спустя пару минут, не явился Король Акул и даже его голографическая копия, успокоило Соль. В передвижении ее никто не ограничивал, а, значит, у нее была хоть маленькая доля свободы. Правда, сейчас, девушка не знала как этой свободой распорядиться. Она просто шагала вперед, лавируя между прохожими. По мере движения растекалась внутренняя пустота.

На Хрустальной Площади она замедлилась, запрокинула голову, щурясь от солнца. На пристани было многолюдно: прибывали корабли, видимо, делегации для отборочных этапов Турнира.

Она вглядывалась в толпу, выискивая знакомые лица, однако никого не узнавала. Не удивительно, Остров Акул был самым большим и многолюдным, центром торговых путей, колыбелью жизни, мегаполисом и матерью Солнечных боев. Ежедневно сюда приезжали и отсюда уезжали сотни людей.

А Кримсон?.. Он вообще здесь?

Имя наставника отзывалось горечью. Соль не горела желанием говорить с Кримсоном Штормом, но знала: придется. Разговор неизбежен.

Побродив по площади, девушка спустилась к пристани, рассматривая прибывших. Узнала делегации из Кисусу, Эльфхейма, Драарии. В конце концов села на облачную скамейку у фонтана и, не особо надеясь, набрала Кримсона. Ответа не последовало и Соль облегченно выдохнула. Если ей и надо поговорить со Штормом, то точно не сегодня.

Солнце жарило нещадно. Спина взмокла, волосы под кепкой липли ко лбу, ожоги саднило. Идти домой не хотелось, а желудок вдруг недовольно заурчал. Соль поняла, что находится совсем недалеко от кафе, где подают ее любимые малиновые пирожные и, значительно повеселев, направилась туда.

«У Ларри» было не протолкнуться, а аромат свежей выпечки и сахара забивался в нос. Каждый вдох был сладким. Соль встала в очередь за высоким парнем в кожаной куртке и сразу перевела взгляд на витрину. Малиновые пирожные таяли на глазах. Когда юноша перед ней подошел к кассе на витрине оставалось два пирожных и Соль ликовала. Даже если он купит себе пирожное – одно точно достанется ей!

– Два малиновых, пожалуйста, – произнес он глубоким бархатным голосом.

Соль вздрогнула. Посмотрела на его профиль. Светлые глаза. Прямой нос. Серебряное колечко в ухе.

– Эй! Да ладно! – голос стал писклявым от разочарования, а живот издал громкое урчание. – Это мое!

– Прошу прощения…

Он повернул голову к ней. Лицо не выражало ровным счетом ничего. Белоснежные волосы упали на слегка загорелое лицо. Взгляд Соль скользнул по прилавку, с которого, сверкая розовой глазурью, на нее смотрели два круглых малиновых совершенства. Злость заклокотала прямо в ребрах. Она так долго ждала! Отстояла эту чертову очередь, а этот нахал украл ее пирожное!

– Это мое пирожное! – повторила девушка, тыча пальцем в две маленькие тарелочки.

Она сняла зеркальные очки и свела брови у переносицы. В глазах парня скользнуло что-то темное, а потом уголки его губ слегка приподнялись, отчего Соль захотелось вмазать по его симпатичному лицу. С фингалом он выглядел бы куда интереснее.

– Хорошо, – он почти мурлыкнул. – Давайте отойдем от кассы, Госпожа Свирепость.

Он взял в руки пирожные и направился к столику у окна, а Соль все еще стояла у кассы, чувствуя, как от ярости напряглось все лицо. Выдохнув, она подошла к незнакомцу. Тот сидел, щурясь от солнца и девушка увидела, что проколоты у него оба уха, а его волосы почти такие же белые как ее собственные…

– Откуда ты? – Соль шумно уронила ладонь на столик и опустила свое лицо к лицу парня, прищурив глаза.

– С Тундроса, – он чуть отпрянул, но не отстранился окончательно. – А это у вас обычаи такие… вот так сразу сближаться? – уголки его губ снова нервно дрогнули.

– О… да ты… северянин! – кровь прилила к лицу и Соль, как ошпаренная, подалась назад.

Она была на севере лишь раз и знала о северянах совсем немного, но то, что они были отстраненными в общении и не любили прикосновений – четко запомнила. Тяжело забыть, как тебя секут горячими розгами на морозе за то, что ты взяла кого-то за руку по ошибке.

– Прости, пожалуйста, – неожиданно для самой себя залепетала Соль. – Я… я… прости.

Развернувшись чтобы уйти, она ощутила его руку на своем запястье. У него была горячая сухая ладонь с шершавыми мозолями, немного царапающими кожу. Соль не верила в любовь с первого взгляда, но, кажется, поверила в любовь с первого прикосновения. Иначе почему от запястья в голову побежала стая мурашек? В голове вспыхнул фейерверк, прокатившись волной куда-то в низ живота.

Дыхание перехватило. Она повернулась, он пристально смотрел на нее со спокойным выражением лица.

– Слушай, ты, конечно, ураган, – он потянул ее, и Соль плюхнулась на стул напротив. – Разгон эмоций за какие-то наносекунды. Не уходи в плохом настроении. После всего случившегося мы должны хотя бы познакомиться.

Он сделал выражение лица, будто собирался чихнуть – нахмурился, сморщил нос и приподнял верхнюю губу. Соль прыснула от смеха.

– Это у вас на севере такие традиции? Сначала разозлить, а потом очаровать?

– На севере у нас очень строгие традиции, – лицо незнакомца снова стало серьезным.

Прикрыв глаза, он склонил голову набок, серьги в его ушах звякнули от движения, а лицо расслабилось. Когда он открыл глаза, то стал открыто разглядывать собеседницу. Соль вдруг осознала, как выглядит – вспотевшая, в кепке, с растрепанной косой, в одежде, которая сочеталась, примерно… ни с чем.

– Меня зовут Лейф.

Соль моргала, ничего не отвечая. В голове крутилась одна мысль: как бы проскользнуть в туалет и привести себя в порядок. А парень, похоже, чего-то ждал. Она мельком взглянула на него – он все еще смотрел с легкой усмешкой.

– Ты мне свое имя не скажешь? – он подвинул к ней тарелочку с пирожным.

Соль опомнилась. Последнюю его фразу она пропустила мимо ушей.

– А, да. Меня зовут Соль. А тебя?

– Лейф, – повторил он, закатив глаза. – Кофе или чай?

– Кофе. Черный. Со льдом. Без сахара. Спасибо, – рвано, делая паузы между словами ответила Соль.

Северянин кивнул и направился к прилавку. Оставшись одна, Соль слегка постучала пальцем по лбу.

– Ну и дура, – прошипела она, прикусив палец. – Так, соберись, Соль, это же просто парень!

Вдох. Выдох. Вдох. Напряжение стало понемногу отступать, мерный шум вокруг успокаивал гул мыслей в голове.

– Медитируешь? – голос вывел Соль из равновесия и напряжение подскочило к самому горлу.

Лейф опустился напротив.

– Я… – Соль закусила губу не в силах сказать хоть слово без дрожи в голосе.

Она дернула головой в сторону туалета и, быстро поднявшись, юркнула в проход. Зеленая дверь отъехала в сторону, пропуская ее внутрь, и мягко закрылась за спиной.

Запершись, Соль повернулась к двери спиной и легонько стукнула ее затылком. Пальцами девушка надавила на закрытые веки и, открыв глаза, посмотрела в зеркало. Отражение вспыхивало белыми кругами, но, когда оно прояснилось, она только хмыкнула. Вид у нее и правда был… неудачный.

Тея бы умерла, увидев это.

Подруга всегда выглядела безупречно. Соль – нет. Соль умела только драться.

Выдохнув, она сняла кепку, подошла к раковине. Подсветка включилась автоматически.

Прыщ на виске. Отлично.

Расплела косу, расчесывая волосы пальцами, прикрывая неровности кожи. Засунула кепку, очки и куртку в рюкзак.

Еще раз недовольно осмотрела свое отражение. Видны жилистые плечи, а на правом предплечье бинт, пропитавшийся желтым. Девушка с тревогой взглянула на него, потом вытащила куртку и надела ее обратно, не застегивая. Потом побрызгала водой на футболку – ткань заиграла: серо-матовая капо отреагировала мгновенно, переливаясь в насыщенно-пурпурный, а затем – в нежно-розовый голографический.

Надо сказать спасибо Тее за классную вещь в гардеробе.

Черные карго были из обычной джинсы, поэтому Соль просто плотно усадила их на тазовых косточках, открывая впалый живот. Повертевшись перед зеркалом, уверившись что не видно следов хейкса, она поправила волосы, взяла в руки рюкзак и вышла.

Лейф сидел и что-то читал в виртофоне. По пути к столику несколько человек окликнули ее, люди вокруг зашептались и Соль потерла пустое запястье. Браслет с Санджем был в рюкзаке, но она не стала его доставать: солярис, навряд ли, одобрил бы ее внезапное знакомство с северянином.

Она села на прежнее место, убирая за ухо прядь волос. Лейф поднял на нее взгляд – и замер. Зрачки на секунду расширились.

– Вау.

Он оглянулся на зеленую дверь, потом снова на нее. Соль нервно хихикнула:

– Магия.

– Соль! Соль Уайатт! Можно автограф?!

К ним подбежал пухлый паренек, лет двенадцати, в квадратных очках и ярко-желтой футболке с пятнами от газировки. Он тыкал в Соль стилусом и спектроутом, вереща что-то о невероятной любви, преданности и татуировке на лопатке.

Лейф спокойно положил ладонь ему на плечо:

– Мисс Уайатт сейчас занята. Подожди подходящего момента.

– А ты кто вообще?! – взвизгнул мальчишка, сбрасывая с плеча руку. – У Соль нет парня! Все знают! Я женюсь на ней, как вырасту!

Девушка поперхнулась и громко закашлялась.

Вот же, блин. Черт, черт, черт…

Лейф же только прищурился, глядя на мальчишку, а потом ухмыльнулся.

– Я не ее парень, – он покачал головой, а потом наклонился к очкарику и понизил голос: – Но если ты хочешь понравиться девушке, то стоит дать ей сначала выпить кофе и не навязываться…

Подросток замер, таращась на Соль и прижимая к груди обклееный наклейками спектроут. Он медленно повернул голову к Лейфу и немного отстранился, когда северянин посмотрел на него пронзительно-голубыми глазами.

– Понимаешь, о чем я?

Юный фанат замялся, кивнул, потом снова повернулся к Соль, которая делала глоток на удивление очень холодного кофе.

– Простите. Я не подумал… Приятного аппетита, – пробормотал он, неловко поклонился и начал пятиться назад.

Соль не стала смотреть ему вслед. Она поставила кружку на блюдце и перевела взгляд на Лейфа:

– Что это сейчас было?

– Мне показалось, ты не жаждала внимания, – он пожал плечами, словно это было само собой разумеющимся.

Северянин устроился поудобнее, оперев подбородок на ладонь, и начал сыпать сахар в кружку. Соль сбилась со счета после четвертой ложки. Лейф мешал свой напиток лениво и задумчиво.

– Не стесняйся, – кивнул он на пирожное. – Ешь.

Соль молча кивнула и, опустив глаза, погрузила серебристую десертную ложечку в мякоть пирожного. Вкус был привычным – в меру сладким, с легкой кислинкой сметанного крема и хрустящими косточками в малиновой прослойке. Девушка зажмурилась, ощущая, как тает на языке воздушное тесто.

– Вкусноти-и-и-и-ища… – пропела Соль, едва разлепив веки.

Лейф продолжал мешать кофе, не отводя от нее взгляда. Его лицо смягчилось.

– Что? – насторожилась она, чувствуя, как краснеют щеки и покалывает затылок.

– Ничего, – он снова пожал плечами. – Просто ты… странная, – он протянул последнее слово и у Соль защекотало где-то в ребрах. То ли от обиды, то ли от разочарования.

Он, правда, считает меня странной?

– Просто… – она запнулась, сама не зная, стоит ли вообще что-то говорить. Ложка застыла над глазурью. – Малина напоминает мне о доме.

Взгляд опустился на пирожное. То самое, за которым приходила сюда снова и снова. Она не пробовала других десертов, брала только эти – круглые и розовые. В воспоминаниях родина всегда расплывалась, но вкус малиновой сладости возвращал ее туда, где цвели розовые сады, звучал смех, была мама, и чай в фарфоровых чашках. Детство, от которого остался только привкус.

– А я думал, ты местная, – Лейф сделал глоток кофе. Соль поморщилась – в такой горячей и сладкой жиже зубы должны были склеиться с языком, но он пил с наслаждением, даже не морщась.

Девушка съела еще пару ложек десерта без былого удовольствия. Все же не стоило заводить разговор о доме.

– И откуда же ты?

– Я… родилась и выросла в другом месте, – уклончиво ответила Соль, а потом, после короткой паузы, добавила: – Не люблю об этом говорить.

– Тогда не говори, – спокойно отозвался Лейф. – Я тоже не фанат разговаривать о своей родине.

Повисла неловкая тишина. Соль задумалась и по привычке, совсем позабыв о приличиях, слизала с пальца каплю крема.

– Хочешь мое пирожное?

Лейф придвинул к ней нетронутый десерт и Соль поняла, что водит пальцем по пустой тарелке, собирая остатки малинового крема.

– О, – она посмотрела на палец и потянулась за салфеткой. – Нет, я…это…задумалась, – она помотала головой и, скомкав грязную салфетку положила ее в пустую чашку из-под кофе.

Стыдоба-то какая…

– Можем прогуляться, если у тебя есть время. И желание, конечно.

Слюна во рту стала вязкой и Соль тяжело сглотнула. Кажется, желание было. Какое-то странное и неконтролируемое желание. Это ощущение тянуло изнутри, поднималось к груди и распускалось чем-то слишком живым. Страшным. Неподконтрольным. Оно очень пугало. Соль не хотелось терять голову, по крайней мере, прямо сейчас.

– Я…

Просто прогулка. Простое «да». Почему бы и нет?

– Знаешь…давай прогуляемся, – она улыбнулась и встала, вытягиваясь за руками к потолку. – А то я уже устала сидеть.

Парень тоже встал. Он был широким в плечах и выше Соль больше чем на голову.

– Пойдем.

Северянин протянул ей мозолистую ладонь и Соль вложила в нее свою руку. От прикосновения к коже, волосы встали дыбом, а внизу живота затрепетало. Лейф обхватил рукой ее пальцы и щеки девушки стали малиновыми, как глазурь съеденного пирожного.

На улице небо окрасилось в рыжий, ветер стал прохладнее, воздух – свежее. Соль вдохнула полной грудью и направилась к фонтану, но крепкая рука северянинаудержала ее.

– Поехали…

Он потянул ее за собой. Возле кафе припарковались два обычных двухместных левитатора, но Лейф уверенно свернул к стоящему чуть в стороне аэробайку. Огромному, белоснежному… вернее, казалось, белоснежному. При приближении байк переливался сияющей голографией.

– Соль, знакомься – это Северное Сияние. Северное Сияние – это Соль.

Он протянул девушке блестящий черный шлем с острыми ушами на макушке. Себе северянин надел очки, закрывающие пол-лица, и, легко взлетев на сиденье, посмотрел на нее:

– Ну ты теперь не похожа на Госпожу Свирепость. Ты теперь кошечка-крошечка, – усмехнувшись, он протянул Соль руку, помогая забраться. – Обними меня и держись крепче.

Кошечка-крошечка…ах, обнять. Обнять?

Она нерешительно обвила его за талию. Тело Лейфа было крепким, теплым. Байк завелся. Магнитный двигатель низко зарычал, и они начали плавно подниматься над землей. Соль ощутила, как бедра прижались к корпусу байка – и тут же вспыхнула жгучая боль в правой стороне, словно огонь пробежал по коже. Ей пришлось сжать мышцы и крепче вцепиться в северянина, пытаясь не выдать страха и боли, но сердце билось в груди так, будто могло выскочить.

– Сейчас будет немного… страшно, – предупредил Лейф.

Он наклонился, нажал педаль, и в следующую секунду Сияние сорвалось с места. Соль взвизгнула и едва не вылетела назад – ее спасло только то, что она вцепилась в куртку водителя и вжалась в него изо всех сил.

– Кошма-а-а-ар! – закричала она сквозь грохот двигателя и стенки шлема.

– Ты дерешься на Солнечной Арене, но боишься байков? – прокричал в ответ Лейф, петляя между левитаторами.

– Это другое! Я тренируюсь! К Арене я готова. А к этому…нееееееет!

Байк нырнул в узкий поворот, резко обогнув поток транспорта и вылетев на объездную дорогу. Соль зажмурилась и мысленно прикинула, сколько костей она может себе переломать, если сейчас вылетит.

На красном светофоре они плавно остановились. Дышать было тяжело, все внутри горело, вибрировало, как байк под ними. Ветер бил в шлем, волосы путались и щекотали шею. Все чувства разом обострились. Сияние загудело, набирая скорость. Всю оставшуюся дорогу девушка молчала, крепко сжимая руками водителя.

Они проехали вокруг Шарквилля, мимо Орлиного Пика, через Парк Дождей свернули к Теневым Аллеям, проехали мимо дома Соль и остановились всего в двух кварталах от него.

Аэробайк плавно опустился на посадочную платформу. Лейф заглушил двигатель и повернулся к ней.

– Мне кажется, ты чуть не сломала мне ребро.

– Прости, – девушка расцепила пальцы.

Лейф помог ей спрыгнуть, ловко снял с нее шлем и надел его на себя. В темноте он стал похож на сказочного черного рыцаря: героя, которому не нужно спасать принцесс.

– Спасибо, – выдохнула Соль, убирая с лица прилипшие пряди.

– Может подбросить тебя домой?

Ей не хотелось, чтобы он знал, где она живет. И уж точно не хотелось объяснять Тее, что за парень привозит ее домой поздно вечером.

– Нет, я сама… пока, – произнесла девушка, приглаживая волосы и поправляя рюкзак. Почему-то прощаться было неловко.

Он приподнял визор и подмигнул:

– Увидимся!

– Может… завтра? – выпалила Соль и виновато поджала губы.

Отлично, теперь он не будет считать меня странной, он будет считать меня глупой!

– Прости, завтра я не могу, – сказал Лейф, садясь на байк. – Но мы обязательно увидимся, не скучай, кошечка-крошечка.

Кошечка-крошечка…

Соль, как завороженная, стояла и смотрела, как аэробайк отрывается от земли и исчезает вдали – белая точка, растворяющаяся в неоновых огнях вечернего города. Внутри все трепетало от какой-то глупой нежности.

До дома Соль добралась меньше чем за пять минут. Бросив рюкзак и обувь прямо на пороге, она забежала в столовую, в надежде быстро и незаметно поесть. Однако там, за столом, уже сидели Тея и Азиэль. Перед ними – кипа чертежей, чай и печенье.

– А вот и наша свободолюбивая птичка, – приподняла бровь Тея, и ее глаза, цвета полночного фиолета, стали круглыми и кукольными. – Ну и что это за блондинчик, с которым тебя видели в кафе?

– Тея, прекрати, – девушка сунула в рот печенье и отпила из чьей-то кружки. – Дафай позфе… – она поспешно сглотнула, отворачиваясь – предплечье прострелило болью. Сжав челюсть и разогнув до предела пальцы, Соль быстро переключилась на разговор, не желая показывать слабость. – Я голодная, как волк! Привет, Аззи.

Соль чмокнула Азиэля в заросшую короткой щетиной щеку, а он приобнял ее за талию в знак приветствия. Девушка ойкнула от прикосновения к обожженным ребрам. Друг виновато улыбнулся.

Перестал злиться…

– Ты должна беречь себя, – заметила Тея, бросив взгляд на то, как Соль неловко придерживает правый бок. – Ожоги ведь еще не прошли, а ты уже с кем-то по байкам скачешь! У тебя бой послезавтра!

Подруга включила «бабулин режим». Соль усмехнулась, они придумали название этой удушающей заботе с Аззи, несмотря на то что бабушек у них не было. Да. Тея всегда за всех переживала. И иногда это утомляло.

– В смысле, послезавтра? – девушка посмотрела на Аза и, дождавшись кивка, полезла в холодильник.

Вот же…я не готова. Ужас! Ох, надо еще сказать Азу про браслет…ммм…брокколи. Фу.

На стеклянных полках ее встретили контейнеры с разноцветными крышками. Каждый оказался подписан названием блюд и сроком годности. Соль достала два контейнера и банку кокосовой воды, закрыла дверь ногой и направилась к микроволновке. Через пару минут она уже сидела за столом, уплетая креветки в рисовом тесте и салат из морской капусты.

Тея и поставила перед Соль кружку с горячим травяным чаем. Подруга прижалась бедрами к столу и скрестила на груди руки:

– Ты даже записку не оставила! Сандж не выходит на связь! Виртофон разряжен! И кто этот блондин? Я жду подробностей!

– Ты про своего парня молчала две недели, – фыркнула Соль, стараясь есть левой рукой.

– ААААА! Значит у тебя парень появился, да? – Тея перешла на визг.

– Какой еще парень?

Соль повернулась на недовольный голос. В дверях, держа в руках рюкзак, стоял заспанный Сандж в человеческом обличие.

– Сандж! Как ты себя чувствуешь? Аз… – ноксиум не успела договорить.

– Где ты был? Почему она была одна?! – Тея налетела на соляриса и тот прижал к макушке уши.

– Да с ней я был, просто она оставила меня на зарядке в сумке, – Сандж прикрылся рюкзаком. – Тея, ты же знаешь, сам с зарядки я могу выйти только после заполнения кристалла эволом!

– Какой же ты все-таки лентяй, – Тея качнула розовыми кудрями и вернулась за стол. Соль махнула рукой, подзывая Санджа и тот поплелся за стол, подметая хвостом пол.

– И? – Тея приподняла бровь, сверля взглядом подругу. – Рассказывай давай!

Соль вкратце пересказала ей сегодняшний день.

– Ничего особенного, просто погуляли… – сказала она, махнув рукой и отодвигая пустой контейнер.

Наполненный желудок был приятно тяжелым. Настолько, что девушку начало клонить в сон. Она откинулась на спинку стула и мягко потянулась, стараясь не обращать внимания на выражения лиц своей команды.

– А если бы он увез и убил тебя…? – пробормотал Азиэль. – Вдруг он тоже участник Турнира?

– Я бы почувствовала его соляриса…

– Твой кристалл был в сумке, – прищурился Сандж. – Он мог просто снять свой и спрятать.

– Он не такой…

– Вот же… – прошептала Тея, прикладывая руку к губам. – Ты влюбилась, что ли?

– Кошмар, – парни притворно ужаснулись.

– Что? Да бросьте вы, – Соль сложила руки на груди и закатила глаза.

– Думаю, нам стоит познакомиться с этим байкером, – сказал Аззи, поворачиваясь к ней. Он аккуратно приобнял подругу за плечи, девушка расправила руки и обняла его в ответ. – Наверняка этот парень полный придурок.

– Эй! – она легонько ткнула друга в бок, и тот захохотал.

– Я тоже хочу обниматься! – Тея кинулась к ним, Соль поморщилась от боли, но не отстранилась, а потом почувствовала, как Сандж обвил их своим хвостом и что-то тихо пробурчал.

Огромная столовая была далека от их крохотной кухни на Русалочьей улице, но именно сейчас Соль впервые за долгое время ощутила себя дома – по-настоящему. Здесь, где она и должна быть. В кругу друзей, которые заботятся о ней.

– Как же я люблю вас, – прошептала Соль, и от широкой улыбки свело щеки.