Читать книгу Лекарь-недоучка для Генерала Тьмы - - Страница 1

Достав из саквояжа аккуратно свернутую накидку, я встряхнула ее и повесила на вешалку. Руки подрагивали от волнения – пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы унять бешено колотящееся сердце. В висках пульсировала тревога, ладони стали влажными от холодного пота.

Времени собраться с мыслями не было совсем. Меня ждал смертельно больной пациент. Очень важный… но, видимо, недостаточно, чтобы на его лечение согласился лекарь с лицензией.

Никто не рискнул войти в тюрьму особо строгого режима – место, где содержали самых опасных существ: кровожадных монстров и безумцев, приговоренных к пожизненному заключению, но по какой‑то причине не подлежащих казни.

А я? Что забыла здесь я? Зачем переступила порог этой обители зла? Кому и что хотела доказать?

Да, мне срочно нужны были деньги. Но можно было заработать, странствуя по деревням, где и знахарку‑то редко встретишь, а о нормальном лекаре и слышать никогда не слышали. Конечно, мгновенного результата это бы не принесло. Зато людская молва разносится быстро – через несколько лет я могла бы получить неплохую репутацию.

Но я не хотела ждать так долго.

Сложно признаться самой себе, что нужны были не только деньги. Я мечтала получить лицензию и попасть в общество избранных. Поэтому ухватилась за этот шанс, как утопающий за соломинку. В глубине души понимала: иду на огромный риск. Но отчаяние и жгучее желание доказать свою значимость оказались сильнее здравого смысла. К тому же мне было необходимо обеспечить счастливое будущее младшей сестре.

«Ну что ж, Нимуэ, раз уж начала – поздно отступать», – сказала я себе, надевая рабочую накидку и беря саквояж.

– Ты готова? – раздался голос за спиной.

Я вздрогнула от неожиданности и резко обернулась, натянув на лицо дежурную улыбку. Сердце пропустило удар.

– Прости, не хотел тебя пугать, – притворно раскаялся охранник. В его глазах блеснули озорные искорки. На вид ему было за тридцать – уставший, побитый жизнью человек, явно желающий разнообразить надоевшую рутину за мой счет. – Меня зовут Иен.

– Я думала, тут одна, – ответила, сильнее запахнув накидку. Она была большеват на пару размеров: раньше слегка свободная, я заказывала ее так, чтобы не сковывала движения. Но не думала, что попаду в сложную ситуацию и сильно похудею от постоянного недоедания.

– Если не считать пятьсот тридцать двух отъявленных мерзавцев и сотню уставших солдат, то ты действительно тут одна – женщина, – усмехнулся он, внимательно наблюдая за моей реакцией.

Его слова прозвучали как издевка. По спине пробежал холодок.

А посмотреть действительно было на что. На моем лице, наверное, отразился весь спектр эмоций, одолевавших незрелый девичий разум: страх, неуверенность, отчаяние… и, возможно, даже проблеск надежды.

Безумно хотелось с диким воплем покинуть это жуткое место, пропитанное сыростью и отчаянием. Каменные стены давили, воздух был тяжелым и затхлым.

Тусклый свет факелов отбрасывал причудливые тени, которые, казалось, оживали и тянулись ко мне своими костлявыми пальцами. Как сами охранники не сошли тут с ума – осталось для меня загадкой.

Каждый шорох, каждый скрип старых досок отзывался в сердце острой болью. Страх сковывал движения, но мысль о том, что от этого зависит жизнь близкого человека, заставляла идти вперед.

В голове крутились мысли о побеге. Но я знала: отступать нельзя. Слишком многое поставлено на карту.

И все же каждый шаг вглубь этой мрачной обители казался последним в моей жизни.

И если бы не жуткий, сводящий с ума голод и леденящий душу страх потерять дорогого, единственного родного человека в этом мире, я бы непременно сбежала. Нет, даже не так – я ни за что не переступила бы порог этого мрачного места ни за какие деньги.

– Мне сказали проводить тебя. Ты же тот лекарь, которому хватило смелости вызваться для лечения заключенного? – уточнил стражник, внимательно вглядываясь в мое лицо.

– Почти лекарь, – тихо поправила я, опустив взгляд. – Я немного не доучилась, поэтому у меня нет лицензии. – Произнесла это почти шепотом, в глубине души отчаянно надеясь, что меня сейчас развернут и выпроводят отсюда.

– Не важно. Главное, чтобы тот монстр не подох, – брезгливо сплюнув на пол, стражник резким жестом пригласил следовать за ним.

Я трусливо вжала голову в плечи, выставив перед собой саквояж с зельями и настоями, словно он мог защитить меня от грядущих ужасов. Каждый шорох заставлял вздрагивать, а сердце колотилось так бешено, что готово было вырваться из груди.

– А пациент кто? – спросила я лишь для того, чтобы хоть как‑то отвлечься от нарастающей паники.

– Да тот самый, – стражник хмыкнул с непонятной интонацией, будто я должна была догадаться сама. – Тридцать лет назад он чуть не угробил императора и загремел сюда пожизненно за госизмену.

Ох, лучше бы я не спрашивала!

«Тот самый» – Генерал Тьмы, поднявший восстание много лет тому назад. Родители рассказывали, что столица тогда погрузилась в хаос, улицы залило кровью, а крики умирающих не смолкали сутками.

Поговаривали, что этот генерал черпал силу из самой преисподней, что его меч жаждал человеческих душ, а взгляд мог превратить в камень любого, кто осмелится встретиться с ним глазами.

К счастью, восстание подавили, а его заточили в темницу, запретив даже имя упоминать. Но легенды о нем продолжали жить – страшные, леденящие кровь истории, от которых дети прятались под одеяла, а взрослые переходили на шепот.

Мое богатое воображение тут же начало рисовать самые жуткие картины. Я представляла, как переступаю порог его темницы, а он, прикованный цепями, но все еще могущественный, впивается в меня взглядом, поглощает мою невинную душу и освобождается от оков, чтобы вновь погрузить мир в хаос.

«Вот зачем я сюда полезла?!» – мысленно вскрикнула я. Во рту пересохло, а холод, казалось, проник уже в самые кости. Какая же я дура – позарилась на хорошую оплату, даже не уточнив, кого предстоит лечить!

Иен довел меня до поста охраны. Здесь нас встретили суровые взгляды стражников.

Мне выдали бирку с именем – холодный металлический жетон, от которого веяло могильным холодом. «На случай, если придется опознавать мое тело», – пронеслось в голове.

Затем последовал пугающий инструктаж – каждое слово звучало как приговор: одной никуда не ходить; лишних вопросов не задавать; выполнять любые приказы; с заключенными не разговаривать; к их клеткам не приближаться; не пялиться на них; тем более – не смотреть в глаза.

После этого меня подвергли тщательному досмотру. Грубые руки нагло облапали все тело – к счастью, раздеваться не заставляли. Мой саквояж тоже не избежал пристального внимания: каждый флакон, каждый сверток внимательно изучили на наличие опасных магических артефактов.

И только после всех этих унизительных процедур меня наконец проводили к больному узнику.