Читать книгу Проект Лазарь - - Страница 3

Тель-Авив, Израиль Два дня спустя, 08:47

Утренний Тель-Авив встретил их палящим солнцем и влажным морским воздухом. Алексей Ветров вышел из правительственного самолета вместе с командой и прищурился, оглядывая взлетную полосу военной базы. Их уже ожидала колонна черных внедорожников с затемненными стеклами.

– Добро пожаловать в Израиль, – поприветствовал их коренастый мужчина в штатском, но с военной выправкой. – Полковник Натан Леви, контртеррористическое подразделение.

Алексей пожал ему руку: – Благодарю за встречу, полковник. Как обстановка?

Лицо Леви стало мрачным. – Хуже некуда. Лаборатория подверглась нападению прошлой ночью. Трое погибших, включая главу отдела древних артефактов. Данные похищены, но, к счастью, сам свиток уже был у вас.

– Черт, – выругался Алексей. – Есть записи с камер наблюдения?

– Да, но вы не поверите, пока не увидите. Поговорим в машине.

Команда разместилась в двух внедорожниках. В первом – Алексей, Давид и полковник Леви, во втором – Елена, Амира и майор Торп.

– Вот что у нас есть, – Леви протянул Алексею планшет с видеозаписью. – Съемка из лаборатории.

На экране была видна группа людей в черной одежде, двигавшихся с военной точностью. Лица скрыты масками, руки в перчатках.

– Стандартная тактика профессионалов, – заметил Алексей. – Но что не так?

– Досмотрите до конца, – мрачно ответил Леви.

На записи один из охранников открыл огонь по нападавшим. Пуля попала прямо в голову одному из них, но тот даже не пошатнулся. Просто повернулся, медленно поднял пистолет и выстрелил в ответ.

– Этого не может быть, – пробормотал Алексей. – Выстрел в голову с такого расстояния…

– Я проверил запись лично, – сказал Леви. – Никаких следов монтажа. А вот результаты вскрытия тела нападавшего, которого нам удалось нейтрализовать.

Он показал фотографии: труп мужчины лет тридцати, кавказской внешности, с пулевым отверстием в голове.

– Судя по характеру раны, он умер как минимум за двадцать четыре часа до нападения.

Давид Коэн, до этого молча слушавший разговор, наклонился к экрану: – Они уже использовали формулу, – прошептал он. – Они действительно воскрешают мертвых.

– Возможно, это какой-то препарат, блокирующий болевые ощущения, – предположил Алексей, все еще пытаясь найти рациональное объяснение. – ПСП, скополамин…

– Ни одно известное вещество не позволит человеку функционировать с таким повреждением мозга, – возразил Леви. – Поверьте, мы проверили все варианты.

– Что конкретно было похищено? – спросил Алексей, переходя к делу.

– Данные расшифровки свитка и некоторые образцы тканей тел, погибших при первоначальном изучении артефакта.

– Зачем им образцы, если у них уже есть работающая технология? – задумчиво произнес Алексей.

– Возможно, для сравнения, – предположил Давид. – Что-то в нашем свитке отличается от того, что у них уже есть.

Машины остановились возле современного здания с логотипом Израильской службы древностей. Повсюду были видны следы недавнего штурма: выбитые окна, следы от пуль на стенах, полицейское оцепление.

– Приехали, – сказал Леви. – Постарайтесь найти что-нибудь, что поможет нам понять, с чем мы имеем дело.

Лаборатория представляла собой печальное зрелище. Разбитое оборудование, опрокинутые столы, следы крови на полу. Техники в белых костюмах продолжали собирать улики.

– Это было не просто ограбление, – заметила Елена, осматривая помещение. – Они что-то искали.

– И, похоже, нашли, – добавила Амира, указывая на разбитые жесткие диски.

Майор Торп отошел к охранному пункту и изучал схему здания. – Они знали точную планировку, – заключил он. – Зашли через служебный вход, нейтрализовали охрану, прямиком направились к серверной и хранилищу образцов. Никаких лишних движений.

Алексей внимательно осматривал следы на полу и остановился, заметив странную красноватую субстанцию в углу комнаты. – Что это? – он наклонился, но не прикоснулся к веществу. – Похоже на кровь, но цвет другой.

Один из техников подошел с пробиркой. – Мы уже взяли образец. Предварительный анализ показывает, что это органическая жидкость, но не кровь. Содержит следы человеческой ДНК, смешанной с неизвестными компонентами.

Давид подошел и посмотрел на пятно. – Это не случайность, – сказал он. – Они оставили это специально. Как послание.

– Или как метку, – задумчиво произнесла Амира. – В биологии есть концепция химической коммуникации. Некоторые виды оставляют феромоновые метки для передачи информации сородичам.

Елена, тем временем, изучала разбитый сервер. – Судя по всему, они забрали не только физические копии данных, но и запустили вирус, стерший всю информацию о свитке с наших серверов.

– Не думаю, что они уничтожили все, – возразил Алексей. – Такие организации всегда создают резервные копии критически важных данных. Полковник Леви, у вас должен быть протокол для таких ситуаций.

Леви неохотно кивнул: – Есть резервное хранилище в бункере под Иерусалимом. Но доступ туда строго ограничен.

– Нам нужно попасть туда, – твердо сказал Алексей. – Сейчас же.

– Я посмотрю, что можно сделать, – ответил Леви и отошел, чтобы сделать звонок.

Давид незаметно подошел к Алексею. – Есть еще кое-что, – тихо сказал он. – Символ на стене в коридоре. Его закрасили, но я успел заметить.

– Какой символ?

– Восьмиконечная звезда, вписанная в круг. Такой же был на контейнере со свитком. Это знак "Хранителей Возрождения".

– Вы уверены?

– Абсолютно. Отец показывал мне эту эмблему в старых рукописях.

Алексей задумчиво кивнул. – Не говорите пока остальным. Сначала проверим резервную копию данных.

Бункер под Иерусалимом оказался гораздо больше и современнее, чем ожидал Алексей. За неприметной дверью в скале скрывался целый подземный комплекс, оснащенный по последнему слову техники.

– Впечатляет, – заметил майор Торп, оглядывая бронированные двери и системы безопасности.

– Этому хранилищу более пятидесяти лет, – ответил Леви. – Начиналось как убежище для исторических ценностей на случай войны, теперь служит резервным хранилищем для критически важных данных.

Они прошли через три контрольно-пропускных пункта, прежде чем оказались в центральном зале, где находился изолированный сервер.

– Это автономная система, – пояснил техник, запуская компьютер. – Никакой связи с внешним миром, только ручное обновление данных раз в сутки.

– Идеально для защиты от кибератак, – отметила Амира.

Техник ввел серию паролей, и на экране появились файлы. – Вот все данные по свитку, включая результаты предварительной расшифровки.

Елена сразу же села за компьютер и начала просматривать материалы. – Они успели расшифровать больше, чем я думала. Примерно сорок процентов текста.

Алексей наклонился к экрану: – Что там?

– В основном фрагменты описания какого-то процесса, – ответила Елена. – Упоминается "соединение жизненной силы с телесной оболочкой" и "якорь для души". Много метафор, сложно понять без контекста.

– Есть что-нибудь о других фрагментах? – спросил Давид.

Елена пролистала несколько страниц. – Да, вот… "Полная формула разделена на три части, чтобы ни один смертный не мог владеть властью над смертью". Далее говорится о "втором ключе, хранящемся в камне памяти".

– Камень памяти? – переспросил Алексей. – Что это может означать?

– Возможно, это метафора, – предположила Елена. – В древних текстах часто использовались иносказания для обозначения реальных мест или предметов.

Давид подошел ближе. – Мой отец упоминал "камень памяти" в своих записях. Он считал, что это относится к монастырю Аль-Хафиза в Иордании. Монастырь частично высечен в скале, и есть легенда о камне, который "помнит все знания мира".

– Звучит как отправная точка, – сказал Алексей. – Что еще в данных?

Амира, изучавшая медицинские файлы, подняла голову: – Здесь результаты анализа тканей погибших. Интересно… в их клетках обнаружены наночастицы неизвестного происхождения. Похоже на какую-то форму биологической нанотехнологии.

– Нанотехнологии две тысячи лет назад? – скептически спросил майор Торп. – Не многовато ли фантастики?

– Не обязательно искусственные, – ответила Амира. – В природе существуют структуры, которые можно классифицировать как биологические наномашины. Например, некоторые вирусы по сути являются природными наноботами.

Внезапно сработала сигнализация. Красные огни замигали, и раздался громкий сигнал тревоги.

– Что происходит? – крикнул Алексей, перекрывая шум.

Леви бросился к терминалу охраны. – Нарушение периметра! Множественные точки проникновения!

На экранах видеонаблюдения было видно, как фигуры в черном спускаются по стенам входного комплекса, методично нейтрализуя охрану.

– Они нашли нас, – мрачно сказал Давид. – Каким-то образом они отследили наше передвижение.

Алексей мгновенно перешел в боевой режим. – Скопируйте все данные, – приказал он технику. – Майор Торп, берите Елену и Амиру, уходите через аварийный выход. Давид, вы знаете этот комплекс?

– Да, бывал здесь с отцом.

– Хорошо, будете проводником. Полковник, мне нужно оружие для себя и Давида.

Леви быстро открыл сейф и достал два пистолета. – Glock-19 и запасные магазины. Аварийный выход в восточном коридоре, ведет в туннель, идущий на километр в сторону Старого города.

Алексей проверил оружие и кивнул Давиду: – Идем. Прикроем отход остальных.

Коридоры бункера превратились в зону боевых действий. Свет мигал, сирена выла, а где-то впереди раздавались выстрелы и крики.

Алексей и Давид заняли позицию у развилки коридоров, откуда просматривался главный вход в серверную.

– Когда они появятся, – прошептал Алексей, – целься в голову. Двойные выстрелы, не экономь патроны.

Давид кивнул, его лицо было сосредоточенным, руки не дрожали – явно не новичок в боевых ситуациях.

– Не думал, что агенты Моссада занимаются археологией, – заметил Алексей, проверяя сектор обстрела.

– Я историк, который умеет стрелять, – ответил Давид. – В нашем регионе это полезный набор навыков.

Из-за угла появились две фигуры в черном. Они двигались странно – механически, словно роботы, без естественной пластики живого человека.

– Огонь! – скомандовал Алексей и нажал на спусковой крючок.

Пули поразили первую цель, но нападавший даже не замедлился. Получив три попадания в корпус, он просто продолжил движение вперед, поднимая оружие.

– В голову! – крикнул Алексей, перенося огонь выше.

Следующая пуля попала точно в лоб нападавшему. Он остановился, дернулся, но остался на ногах. Только после второго выстрела в голову тело наконец рухнуло на пол.

Давид тем временем вел огонь по второму противнику, методично посылая пулю за пулей. Нападавший упал только после пятого выстрела.

– Что за черт? – выдохнул Давид. – Они как будто не чувствуют боли!

– Они и не чувствуют, – мрачно ответил Алексей. – Они мертвы.

Они услышали шум со стороны бокового коридора. Алексей резко развернулся, готовый открыть огонь, но это был один из охранников комплекса, окровавленный, но живой.

– Там еще как минимум пятеро, – выдохнул он, прижимая руку к раненому плечу. – Они убили всех на верхних уровнях.

– Остальные успели уйти? – спросил Алексей.

– Да, ушли через туннель минуту назад.

– Хорошо. Теперь нам тоже пора уходить.

Они начали отступать, когда из-за угла появились еще трое нападавших. Алексей и Давид открыли огонь, но врагов было слишком много.

– Отходим! – крикнул Алексей. – Я прикрою!

Давид потащил раненого охранника к аварийному выходу, а Алексей продолжал стрелять, задерживая преследователей. Он расстрелял почти весь магазин, когда заметил, что один из нападавших отличается от остальных. Этот двигался более плавно, осмысленно, его глаза за маской внимательно следили за происходящим.

Алексей прицелился и выстрелил, но человек ловко ушел с линии огня и метнулся вперед с нечеловеческой скоростью. Через мгновение он оказался рядом с Алексеем, выбивая пистолет из его руки.

Завязалась ожесточенная рукопашная схватка. Алексей, имевший опыт боев специального назначения, использовал все свои навыки, но противник был невероятно силен и быстр. Удары, которые должны были сломать кости, казалось, вообще не причиняли ему вреда.

В какой-то момент Алексею удалось сорвать маску с лица нападавшего. Он увидел молодого мужчину с бледной кожей и абсолютно пустыми глазами. Но самым шокирующим было то, что на виске человека виднелась заживающая пулевая рана – свежая, но уже затягивающаяся на глазах.

Воспользовавшись секундным замешательством Алексея, нападавший нанес мощный удар, отбросивший его к стене. В глазах потемнело, но сознание не покинуло его. Через мутную пелену он увидел, как противник достает пистолет и направляет на него.

Выстрел прозвучал оглушительно в замкнутом пространстве коридора. Но боли не последовало. Нападавший странно дернулся и упал, открывая стоявшего за ним Давида с дымящимся пистолетом.

– Пора уходить, – сказал израильтянин, помогая Алексею подняться. – Я оставил охранника в безопасном месте и вернулся за тобой.

Алексей кивнул, но прежде чем они успели сделать шаг, раненый нападавший вдруг зашевелился. Несмотря на пулю в затылке, он пытался встать, его руки скребли по полу, а горло издавало булькающие звуки.

– Невозможно, – прошептал Давид. – Я попал точно в ствол мозга!

Алексей быстро подобрал свой пистолет и решительно подошел к нападавшему. Тот поднял голову, и их взгляды встретились. В глазах умирающего человека Алексей увидел то же голубоватое свечение, что было у жертв в лаборатории.

– Кто вы? – спросил Алексей. – Чего вы хотите?

Губы нападавшего растянулись в жуткой улыбке, и он произнес на древнем языке: – Аль-нахда кадима… возрождение грядет.

Затем он резко выгнулся, засунул руку в карман и достал маленькую капсулу. Прежде чем Алексей успел среагировать, человек раздавил ее зубами. Изо рта пошла пена, тело затряслось в конвульсиях и обмякло.

На этот раз окончательно.

– Он принял яд, – констатировал Алексей. – Не хотел быть захваченным.

Давид наклонился, осматривая тело. – Смотри, – он указал на запястье мертвеца, где виднелась татуировка – тот же символ восьмиконечной звезды в круге. – Метка культа.

– Нужно забрать тело для исследования, – сказал Алексей.

– Нет времени, – возразил Давид. – Остальные скоро будут здесь. Но я могу сделать это.

Он быстро сфотографировал татуировку и лицо мертвеца, затем взял образец ткани, сделав надрез на руке и поместив кусочек кожи в стерильный контейнер из карманной аптечки.

– Теперь действительно пора, – сказал он, услышав шаги в соседнем коридоре.

Они бросились к аварийному выходу, где их ждал раненый охранник. Вместе они углубились в древний туннель, ведущий под Старым городом Иерусалима. Позади раздавались выстрелы и крики, но звуки постепенно затихали, пока не наступила полная тишина, прерываемая лишь их тяжелым дыханием и звуком капающей воды.

Гостиница "Царь Давид", Иерусалим Четыре часа спустя

– Всего четырнадцать погибших, – мрачно сообщил полковник Леви, входя в гостиничный номер, служивший временным штабом команды. – Могло быть хуже, если бы не ваше вмешательство.

Алексей сидел у окна, прикладывая лед к ушибленному плечу. Елена и Амира работали за ноутбуками, анализируя спасенные данные, а майор Торп проверял периметр, убеждаясь в отсутствии слежки.

– Они знали, что мы будем в бункере, – сказал Давид. – Как?

– Возможно, у них есть информатор, – предположил Торп, возвращаясь в комнату. – Или они отслеживали наше передвижение.

– Или нас выдала эта странная субстанция, – задумчиво произнесла Амира. – Помните красноватое пятно в лаборатории? Если это какой-то биологический маркер, они могли отслеживать нас по нему.

– В любом случае, мы больше не можем оставаться здесь, – сказал Алексей. – Полковник, спасибо за помощь, но дальше мы действуем самостоятельно. Чем меньше людей знает о наших планах, тем безопаснее.

Леви кивнул: – Понимаю. Что вам нужно?

– Транспорт до Иордании, без официального оформления. И полный доступ к базам данных разведки по религиозным культам.

– Будет сделано. А что с телом нападавшего?

– Образец ткани у нас, – ответил Алексей. – Амира проведет анализ. Что-нибудь удалось узнать о культе?

– Немного, – сказал Леви. – "Хранители Возрождения" впервые попали в поле зрения разведки около пяти лет назад. Тогда это выглядело как безобидная религиозная секта с эзотерическими верованиями. Но в последний год их активность резко возросла. Они приобрели недвижимость в нескольких странах, в том числе исследовательский комплекс в швейцарских Альпах.

– Швейцария? – переспросил Алексей. – Идеальное место для скрытой деятельности – нейтральная страна, банковская тайна, минимальный контроль.

– Именно, – кивнул Леви. – Но самое интересное – их лидер. Саймон Кроуфорд, бывший генетик, работавший в крупных фармацевтических компаниях. После смерти сына от неизлечимой болезни десять лет назад исчез из поля зрения, а потом всплыл как глава культа.

– У вас есть его фотография?

Леви показал изображение на планшете. С экрана на них смотрел высокий худощавый мужчина с проницательными глазами и седой бородой. Несмотря на возраст, он выглядел энергичным и харизматичным.

– Отправьте все данные на наши защищенные серверы, – попросил Алексей. – И организуйте транспорт на завтра.

Когда полковник ушел, Алексей собрал команду для совещания.

– Ситуация усложняется, – начал он. – Мы имеем дело не просто с религиозным культом, а с организацией, имеющей серьезные ресурсы и научную базу. И, судя по всему, они уже научились использовать технологию воскрешения, пусть и в ограниченной форме.

– Я проанализировала образец ткани нападавшего, – сказала Амира. – Там те же наночастицы, что и в телах первых жертв. Но есть отличие – они более структурированы, словно кто-то усовершенствовал технологию.

– Что именно делают эти наночастицы? – спросил Торп.

– Судя по всему, они интегрируются с нервной системой умершего, создавая своего рода искусственную нейронную сеть. Это позволяет поддерживать базовые функции даже после смерти мозга.

– Как управляемые трупы, – мрачно заключил Давид.

– Скорее как биороботы, – уточнила Амира. – Тело мертво, но наночастицы поддерживают механические функции и минимальную мозговую активность, достаточную для выполнения простых команд.

– А тот, кто напал на меня? – спросил Алексей. – Он двигался иначе, более… осознанно.

– Возможно, более продвинутая версия технологии, – предположила Амира. – Или они научились сохранять больше когнитивных функций.

Елена, все это время работавшая над расшифровкой, подняла голову: – Я нашла что-то интересное. В тексте есть упоминание трех стадий "возвращения". Первая – "оживление плоти", вторая – "пробуждение памяти", третья – "воссоединение с душой". Судя по всему, культ освоил только первую стадию.

– И им нужны остальные части формулы, чтобы продвинуться дальше, – догадался Алексей.

– Именно. Более того, я уточнила информацию о "камне памяти". Это действительно относится к монастырю Аль-Хафиза. Там хранится древний артефакт, называемый "Камень Лазаря" – по имени библейского персонажа, воскрешенного Христом.

– Значит, нам нужно разделиться, – решил Алексей. – Одна группа отправится в Иорданию искать второй фрагмент формулы. Вторая – в Швейцарию, чтобы выяснить, что замышляет культ.

– Я поеду в Иорданию, – сразу сказала Елена. – Я знаю язык и культуру, смогу договориться с местными.

– Я с вами, – добавил Давид. – У меня есть контакты среди бедуинов, которые могут провести нас к монастырю. Кроме того, я знаю записи отца о "Камне Лазаря".

– Хорошо, – кивнул Алексей. – Я и майор Торп отправимся в Швейцарию. Доктор Хасан…

– Я останусь здесь, – сказала Амира. – Нужно завершить анализы и подготовить защиту от наночастиц, если мы снова столкнемся с "воскрешенными".

– Согласен. Встретимся через три дня в безопасном месте. Никакой электронной коммуникации, только через доверенных курьеров.

Когда все разошлись по своим комнатам, Алексей остался один. Он подошел к окну, глядя на древний город, светящийся в ночи. Иерусалим, колыбель трех религий, видел множество войн и чудес. Но воскрешение мертвых? Это выходило за рамки даже библейских историй.

Он достал часы с фотографией жены. Анна смотрела на него с экрана, улыбаясь так, словно была жива.

"Воссоединение с душой…"

Алексей резко захлопнул часы. Нет, даже думать об этом нельзя. Он ученый, рационалист. Его задача – остановить опасных фанатиков, а не поддаваться соблазну невозможного.

Но где-то глубоко внутри крошечный голос шептал: "А что, если?"