Читать книгу Проект Лазарь - - Страница 4

Альпийские предгорья, Швейцария Два дня спустя, 14:22

Горный воздух пах снегом и хвоей. Алексей Ветров опустил бинокль и посмотрел на карту, разложенную на капоте внедорожника. Рядом майор Торп проверял снаряжение: штурмовые винтовки, приборы ночного видения, тактические жилеты.

– Объект находится в восьми километрах к северу, – сказал Торп, указывая на точку на карте. – Бывшая исследовательская станция фармацевтической компании, закрытая пять лет назад и выкупленная через подставную фирму. По спутниковым снимкам видно повышенную активность в последние месяцы – новое оборудование, усиление охраны.

Алексей кивнул: – План такой: незаметное проникновение, сбор информации, никакого контакта с противником. Нам нужно понять, что они там делают, и, если возможно, получить образцы их технологии.

– Понял, – ответил Торп. – Но я бы предпочел группу поддержки. Вдвоем это рискованная операция.

– Именно поэтому нас только двое, – сказал Алексей. – Меньше людей – меньше шансов быть обнаруженными. Кроме того, мы не знаем, насколько глубоко проник культ в правительственные структуры. Лучше никому не доверять.

Торп проверил магазин своей винтовки: – Разумно. Выдвигаемся с наступлением темноты?

– Да. А пока изучим местность и определим точки проникновения.

Они потратили следующие часы, изучая подходы к объекту. Комплекс располагался в небольшой долине между двумя горными хребтами, частично врезанный в скалу. Единственная дорога, ведущая к нему, хорошо просматривалась и была защищена несколькими контрольно-пропускными пунктами.

– Придется идти через лес, – решил Алексей. – Здесь, – он указал на карту, – есть расщелина, которая должна вывести нас к задней части комплекса.

– Согласен, – кивнул Торп. – Судя по инфракрасным снимкам, охрана сконцентрирована вокруг главного входа и периметра. Тыловая часть меньше защищена – вероятно, из-за сложного рельефа.

Когда солнце начало клониться к закату, они переоделись в черную тактическую форму и нанесли маскировочную краску на лица. Предстоял долгий путь через гористую местность.

Иордания, окрестности Петры В то же время

Пустыня встретила Елену и Давида безжалостным зноем. Их проводник, Карим аль-Джабри – немолодой бедуин с морщинистым от постоянного солнца лицом – вел караван из трех верблюдов по древней тропе, известной только местным племенам.

– Монастырь Аль-Хафиза не отмечен ни на одной карте, – объяснял Карим на хорошем английском. – Обычные туристы даже не подозревают о его существовании. Это священное место, запретное для непосвященных.

– Как вы узнали о нем? – спросила Елена, придерживаясь за седло своего верблюда.

– Мой дед был хранителем тропы, ведущей к монастырю. Эта обязанность передается в нашей семье из поколения в поколение. Мы не входим внутрь, но охраняем подходы к нему.

– А кто живет в самом монастыре? – поинтересовался Давид.

Карим загадочно улыбнулся: – Говорят, там обитают последние хранители древнего знания. Они не монахи в привычном понимании. Скорее, ученые и мистики, посвятившие себя сохранению тайн прошлого.

– И они пустят нас? – с сомнением спросила Елена.

– Это зависит от вас, – ответил Карим. – И от того, зачем вы на самом деле туда идете.

Елена и Давид обменялись взглядами. Они решили не раскрывать проводнику истинную цель своего путешествия, сказав лишь, что ведут историческое исследование.

Караван продолжил путь через каменистую пустыню. Вдалеке виднелись знаменитые скалы Петры, но их путь лежал в сторону от туристических маршрутов, в глубь пустынных гор.

К вечеру они разбили лагерь в небольшом оазисе. Пока Карим готовил традиционный бедуинский ужин, Елена и Давид тихо обсуждали свои планы.

– Я не уверена, что мы можем полностью доверять проводнику, – прошептала Елена. – Слишком уж он осведомлен.

– Согласен, – кивнул Давид. – Но без него мы никогда не найдем монастырь. Эти места – лабиринт каньонов и расщелин, легко потеряться навсегда.

– Что говорил ваш отец о "Камне Лазаря"?

Давид задумался: – В его записях сказано, что камень содержит формулу, написанную на языке, который может прочесть только тот, "кто видел обе стороны". Я думаю, это метафора, означающая "кто видел и жизнь, и смерть".

– Звучит загадочно, – заметила Елена. – А что насчет монастыря?

– По легенде, его основали ессеи, бежавшие от римлян в 73 году нашей эры. Они принесли с собой самые ценные свитки и знания, включая тайну воскрешения.

Карим подошел к ним с чайником: – Чай готов. Завтра нас ждет трудный путь, лучше отдохнуть.

Давид принял чашку: – Карим, вы когда-нибудь слышали о "Камне Лазаря"?

Проводник застыл, его лицо стало настороженным: – Где вы услышали это название?

– Мой отец изучал древние тексты, связанные с монастырем, – ответил Давид. – Он упоминал этот камень.

Карим медленно опустился на песок рядом с ними: – "Камень Лазаря" – не просто реликвия. Согласно преданиям моего племени, это ключ, открывающий дверь между жизнью и смертью. Те, кто ищет его, обычно находят лишь собственную гибель.

– Почему? – спросила Елена.

– Потому что мертвые должны оставаться мертвыми, – просто ответил Карим. – Нарушение этого закона приносит лишь страдания.

Он поднялся: – Отдыхайте. Завтра на рассвете выдвигаемся дальше.

Когда проводник отошел, Елена тихо сказала: – Он знает больше, чем говорит.

– Безусловно, – согласился Давид. – Но пока он наш единственный путь к монастырю.

Швейцария, исследовательский комплекс "Хранителей Возрождения" 23:45

Ночь выдалась безлунной, идеальной для их операции. Алексей и Торп бесшумно продвигались через лес, используя приборы ночного видения. Они уже миновали первый периметр охраны, обойдя датчики движения по старой охотничьей тропе, которую, судя по всему, службы безопасности комплекса не учли в своей системе.

– Впереди вторая линия обороны, – прошептал Торп, сверяясь с портативным сканером. – Инфракрасные датчики и камеры с тепловизорами.

Алексей достал из рюкзака небольшой электронный блок: – Это должно помочь. Генератор помех, настроенный на частоту их систем. Даст нам окно в две минуты.

Он активировал устройство, и маленький индикатор загорелся зеленым.

– Пошли, – скомандовал Алексей, и они быстро преодолели открытое пространство перед комплексом.

Основное здание представляло собой современную конструкцию из стекла и бетона, частично встроенную в скалу. Техническая часть – вентиляционные шахты, генераторы и системы жизнеобеспечения – располагалась на крыше.

– Через вентиляцию? – предложил Торп.

Алексей покачал головой: – Слишком очевидно, наверняка защищено. Смотри, – он указал на погрузочную платформу в боковой части здания. – Судя по графику поставок, который мы добыли, сегодня прибыла партия оборудования. Возможно, дверь технического входа еще не заблокирована на ночь.

Они осторожно приблизились к погрузочной зоне. Алексей оказался прав – дверь была приоткрыта, и через щель виднелся тускло освещенный коридор.

– Удивительная халатность, – пробормотал Торп.

– Или ловушка, – ответил Алексей. – Будь готов ко всему.

Они проскользнули внутрь и оказались в служебном коридоре, уставленном ящиками с оборудованием. Торп быстро проверил ближайший: – Медицинское оборудование, высокотехнологичное. Генетические секвенсоры, криокамеры.

– Они готовятся к чему-то масштабному, – заметил Алексей. – Нам нужно найти их серверную или лабораторию.

Они двинулись по коридору, избегая камер наблюдения и патрулей охраны. Комплекс оказался больше, чем они предполагали – несколько уровней, уходящих глубоко под землю.

– Смотри, – Торп указал на схему эвакуации на стене. – Основные лаборатории на уровне B3, серверная – на B2.

– Разделимся, – решил Алексей. – Ты на B2, я на B3. Встречаемся здесь через двадцать минут.

Торп кивнул и направился к лестнице, ведущей вниз. Алексей же продолжил движение по коридору, ища другой путь на нижние уровни. Вскоре он обнаружил служебный лифт, используя взломщик кодов, чтобы активировать его без карты доступа.

Уровень B3 встретил его стерильной чистотой и холодным светом. Это была не просто лаборатория, а целый исследовательский комплекс с десятками отдельных помещений. Алексей осторожно двигался от двери к двери, заглядывая через стеклянные панели внутрь.

В одной лаборатории он увидел ряды компьютеров, моделирующих какие-то биологические процессы. В другой – криокамеры с замороженными образцами тканей. Третья содержала клетки с подопытными животными – крысами, кроликами, обезьянами.

Но самое интересное ждало его в конце коридора. Последняя лаборатория была больше остальных и, в отличие от них, активно работала даже ночью. Внутри несколько ученых в защитных костюмах колдовали над большой прозрачной камерой, внутри которой находилось… человеческое тело.

Алексей прильнул к стеклу, пытаясь разглядеть детали. Тело принадлежало молодому мужчине, который, судя по бледности и неподвижности, был мертв. К нему были подключены десятки датчиков и трубок, а вокруг головы сияло странное устройство, напоминающее корону из металла и света.

Один из ученых что-то сказал, и остальные отошли от камеры. Затем он активировал консоль, и в тело через трубки начала поступать красноватая жидкость – та самая, образец которой они нашли в израильской лаборатории.

Алексей затаил дыхание, наблюдая за происходящим. Сначала ничего не происходило, но затем показатели на мониторах начали меняться. Сердечный ритм, которого не было, вдруг появился – медленный, неровный, но определенно присутствующий.

"Они действительно воскрешают мертвых," – подумал Алексей, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

Внезапно тело в камере дернулось. Глаза резко открылись, но взгляд был пустым, нечеловеческим. Рот открылся в беззвучном крике, а конечности начали совершать механические движения, словно марионетка на нитках.

Ученые выглядели довольными. Они делали записи, регулировали параметры на консолях. Один из них приблизился к камере и что-то сказал в микрофон. "Воскрешенное" тело дернулось и медленно подняло руку, указывая на говорившего.

Это была не просто реанимация. Они каким-то образом управляли мертвым телом, заставляя его выполнять команды.

Алексей достал миниатюрную камеру и начал снимать происходящее. Ему нужны были доказательства, чтобы убедить остальных в масштабе угрозы.

Закончив съемку, он отступил от двери и двинулся дальше по коридору. В конце он обнаружил еще одно помещение, но уже без окон, с массивной стальной дверью и биометрическим замком.

"Что-то важное," – подумал он, рассматривая систему безопасности. У него не было оборудования, чтобы взломать такой замок, но возможно…

Алексей достал смартфон с специальным приложением и направил его на панель замка. Программа начала анализировать электромагнитное излучение, исходящее от устройства.

"Странно," – подумал он. Согласно показаниям, за дверью не было электронной активности – ни компьютеров, ни серверов, ни даже обычного освещения. Только слабый, пульсирующий сигнал неизвестного происхождения.

В этот момент его коммуникатор завибрировал – условный сигнал от Торпа. Три коротких импульса: "Обнаружен, отступаем".

Алексей немедленно двинулся к служебному лифту, но не успел сделать и десяти шагов, как коридор залил красный свет тревоги, и раздался вой сирены.

– Внимание всему персоналу, – раздался механический голос из динамиков. – Обнаружено несанкционированное проникновение. Активирован протокол безопасности "Феникс".

"Проклятье!" – подумал Алексей, переходя на бег. Лифт был уже недоступен, и ему пришлось искать лестницу. За поворотом он столкнулся с двумя охранниками, вооруженными автоматическими винтовками.

– Стоять! – крикнул один из них, поднимая оружие.

Алексей не остановился. Используя навыки рукопашного боя, он нырнул под линию огня, сбил первого охранника с ног и перехватил оружие второго. Короткая, жестокая схватка – и оба противника лежали без сознания.

Алексей быстро обыскал их, забрал магнитную карту доступа и продолжил путь к условленному месту встречи. Коридоры наполнились охраной и спешащим к выходам персоналом. Используя суматоху, Алексею удавалось оставаться незамеченным, прячась за колоннами и в технических нишах.

Наконец он добрался до места встречи, но Торпа там не было. Вместо него Алексей увидел следы борьбы – пятна крови на полу и брошенный тактический фонарь майора.

"Его взяли," – понял Алексей. Ситуация резко усложнилась. Теперь ему предстояло не только выбраться самому, но и решить, что делать с плененным товарищем.

Алексей быстро оценил варианты. Попытка спасения Торпа сейчас – самоубийство. Комплекс переведен в режим полной боевой готовности, на каждом углу охрана. Лучшая стратегия – отступить, проанализировать собранную информацию и вернуться с подкреплением.

Он выбрался из здания через аварийный выход, воспользовавшись похищенной картой доступа, и растворился в ночном лесу. За спиной слышались выстрелы и лай собак – погоня уже началась.

Иордания, горный массив близ Петры На следующий день, 05:30

Рассвет в пустыне – особое время, когда ночная прохлада еще не уступила место дневному зною, а мир словно замирает между сном и явью. Елена, Давид и их проводник Карим уже несколько часов поднимались по узкой тропе, ведущей все выше в горы.

– Мы почти на месте, – сказал Карим, указывая на скальный выступ впереди. – За этим поворотом откроется вид на монастырь.

Когда они обогнули скалу, перед ними открылось захватывающее зрелище. В отвесной стене каньона, на высоте более ста метров, был высечен фасад древнего здания, напоминавший знаменитый Эль-Хазне в Петре, но меньше и строже. Несколько окон и узкий балкон виднелись в красном песчанике, а к входу вела единственная тропа, настолько узкая, что по ней мог пройти только один человек.

– Монастырь Аль-Хафиза, – благоговейно произнес Карим. – Древнее многих царств, хранящее тайны, которым не место в мире людей.

– Невероятно, – прошептала Елена. – Как они построили это в такой недоступной местности?

– Это не самая удивительная его особенность, – сказал Карим. – Легенды говорят, что внутри время течет иначе, и можно увидеть тени тех, кто жил за столетия до нас.

Давид внимательно изучал фасад через бинокль: – Символы над входом… Это та же восьмиконечная звезда, что была на контейнере со свитком.

– Знак Возвращения, – кивнул Карим. – Символ власти над смертью.

– Вы знаете больше, чем говорите, – заметил Давид, опуская бинокль и внимательно глядя на проводника.

Карим вздохнул: – Мое племя не просто охраняет путь к монастырю. Мы – последние потомки тех, кто когда-то служил Хранителям Возвращения. Но наши предки отказались от этой службы, когда поняли, какую опасность несет их знание.

– Почему вы нам помогаете? – спросила Елена.

– Потому что пророчество гласит: когда пробудится древнее зло, придут ищущие правды, чтобы остановить его. Я думаю, вы и есть те самые люди.

– Или мы те, кто невольно пробудил это зло, – мрачно заметил Давид.

Карим посмотрел на них долгим взглядом: – Теперь это не имеет значения. Важно лишь, что вы делаете сейчас. Идемте, я проведу вас к входу, но дальше вам придется идти самим. Я не могу переступить порог монастыря – запрет, данный моими предками.

Они оставили верблюдов у подножия скалы и начали восхождение по узкой тропе. Подъем был опасным – с одной стороны отвесная стена, с другой – пропасть глубиной в несколько сотен метров. Малейшая ошибка означала смерть.

Наконец они достигли небольшой площадки перед входом. Массивная каменная дверь была покрыта древними символами и изображениями.

– Дальше вы одни, – сказал Карим. – Я буду ждать здесь три дня. Если не вернетесь, сочту вас погибшими.

– Как нам открыть дверь? – спросила Елена, рассматривая странный механизм в центре.

– Дверь откроется для тех, кто знает истинное имя смерти, – ответил Карим. – И я не уверен, что это благословение, а не проклятие.

Давид подошел к двери и внимательно изучил символы. Затем он достал записную книжку и быстро пролистал страницы, покрытые мелким почерком.

– Записи отца, – пояснил он Елене. – Он расшифровал часть древних текстов, связанных с монастырем.

Найдя нужную страницу, Давид прикоснулся к определенным символам на двери в особой последовательности. После последнего прикосновения раздался низкий гул, и тяжелая дверь медленно отворилась внутрь, открывая темный проход.

– Удачи, – сказал Карим. – И помните: не все, что можно вернуть из мира мертвых, следует возвращать.

Елена и Давид переглянулись, затем включили фонари и шагнули в темноту монастыря. Дверь за ними закрылась с глухим стуком, отрезая от внешнего мира.

Швейцария, лесная хижина в 20 км от комплекса 07:15

Алексей сидел над картой, планируя маршрут отхода. Погоня, похоже, потеряла его след после того, как он пересек горный поток, но расслабляться было рано. Он нуждался в безопасном убежище, где мог бы проанализировать собранную информацию и связаться с командой.

Эта заброшенная охотничья хижина, которую он обнаружил на рассвете, давала временное укрытие, но оставаться здесь дольше нескольких часов было рискованно.

Алексей достал защищенный спутниковый телефон и набрал экстренный номер связи с Амирой.

– Говорите, – ответил напряженный голос нейробиолога.

– Код "Синяя птица", – произнес Алексей условную фразу, означавшую, что операция пошла не по плану. – Торп захвачен, я ушел с данными. Нужна экстракция и поддержка для спасательной операции.

– Поняла. Координаты?

Алексей продиктовал координаты небольшой деревни в пятидесяти километрах от его текущего местоположения.

– Буду там через восемь часов. Что вы обнаружили?

– Они действительно воскрешают мертвых, – мрачно ответил Алексей. – У меня есть видеодоказательства. Но это не простая реанимация. Они каким-то образом контролируют тела умерших, используя их как… биологических роботов.

– Мои исследования показывают то же самое, – сказала Амира. – Наночастицы интегрируются с нервной системой и создают искусственную нейронную сеть, управляемую извне.

– Управляемую кем?

– Возможно, коллективным интеллектом самих наночастиц. Или… – она замялась.

– Или?

– Или чем-то, что использует эту сеть как интерфейс с нашим миром. Чем-то, что существует в… другом измерении? Я знаю, звучит фантастически, но данные указывают на странную квантовую активность в наночастицах.

Алексей нахмурился: – Что с Еленой и Давидом?

– Последнее сообщение пришло вчера. Они добрались до монастыря и собирались войти внутрь. С тех пор тишина, но это ожидаемо – в тех горах нет связи.

– Хорошо. Встретимся в условленном месте. И, Амира… Будьте осторожны. Я видел их лабораторию – они гораздо дальше продвинулись, чем мы думали.

Закончив разговор, Алексей начал готовиться к переходу. Его мысли постоянно возвращались к увиденному в комплексе. Особенно его беспокоила та странная комната с биометрическим замком и необычным излучением. Что могло быть настолько важным, что требовало такой защиты?

И что они сделают с Торпом? Используют для экспериментов? Или попытаются выяснить, что известно "Фениксу" об их операции?

Одно было ясно: ситуация становилась все опаснее, и они бежали наперегонки со временем.

Монастырь Аль-Хафиза, Иордания В то же время

Первое, что поразило Елену и Давида внутри монастыря, – это свет. Вопреки ожиданиям, коридоры не были темными. Стены излучали мягкое голубоватое сияние, исходившее от странных кристаллов, встроенных в камень через равные промежутки.

– Невероятно, – прошептала Елена, проводя рукой рядом с одним из кристаллов. – Они излучают не только свет, но и тепло. Какая-то древняя технология?

– Или просто минералы с биолюминесцентными свойствами, – предположил Давид, хотя в его голосе слышалось сомнение.

Они продвигались по коридору, который постепенно расширялся, превращаясь в просторный зал. Потолок поднимался на высоту нескольких этажей, а в центре находилась круглая платформа, окруженная колоннами. На платформе стоял постамент, а на нем – объект, покрытый тканью.

– "Камень Лазаря"? – предположила Елена.

Давид внимательно осматривал зал: – Похоже на то. Но не слишком ли просто? Никакой охраны, ловушек?

– Может быть, главная защита – это местоположение монастыря, – сказала Елена. – Кто сможет найти его без проводника?

Они осторожно приблизились к платформе. По мере их приближения свечение кристаллов становилось интенсивнее, а воздух наполнялся едва уловимым гудением.

– Чувствуешь? – спросил Давид. – Словно вибрация.

– Да, – кивнула Елена. – И еще… запах. Как озон после грозы.

Они поднялись на платформу и остановились перед постаментом. Давид протянул руку к ткани, но внезапно замер.

– Что такое? – спросила Елена.

– Мне кажется… мы не одни, – тихо ответил он.

И действительно, в тени колонн появилась фигура. Старик в белых одеждах, с длинной седой бородой и глубокими, проницательными глазами, медленно вышел на свет.

– Вы пришли за знанием, которое не предназначено для людей, – произнес он на древнем арамейском диалекте, который, к своему удивлению, Елена поняла.

– Кто вы? – спросила она на том же языке.

– Последний из Хранителей, – ответил старик. – Моё имя давно потеряло значение. Я охраняю знание веками, ожидая тех, кто придет в назначенное время.

– Веками? – недоверчиво переспросил Давид. – Но это невозможно.

Старик улыбнулся: – Здесь, в стенах монастыря, время течет иначе. Для меня прошло лишь несколько десятилетий с тех пор, как я принял обет хранителя.

– Мы ищем второй фрагмент формулы воскрешения, – прямо сказала Елена. – "Камень Лазаря".

– Я знаю, – кивнул старик. – Именно поэтому вы смогли войти. Дверь открывается только для тех, кто связан с пророчеством.

– Каким пророчеством? – спросил Давид.

– Когда три части соединятся, великая дверь откроется, и то, что ждет за ней, войдет в мир живых, – произнес старик. – Так было предсказано первыми Хранителями, теми, кто разделил формулу, чтобы защитить человечество.

– Защитить от чего? – не понимала Елена.

– От истины о смерти, – ответил старик. – От знания, что за завесой нашего мира существует нечто древнее и голодное, желающее вернуться.

Он подошел к постаменту и снял ткань, открывая странный объект – камень размером с человеческую голову, покрытый сложными узорами и символами, пульсирующими тем же голубоватым светом, что и кристаллы в стенах.

– Вот "Камень Лазаря", – сказал старик. – Вторая часть формулы, описывающая состав вещества, которое может разрушить барьер между жизнью и смертью.

– Мы должны забрать его, – сказал Давид. – Другие уже используют первую часть формулы для создания армии живых мертвецов.

Старик покачал головой: – Камень нельзя вынести из монастыря. Его сила связана с этим местом. Но вы можете скопировать знание, если достойны его.

– Как? – спросила Елена.

– Камень откроется тому, кто познал оба берега реки, – ответил старик. – Тому, кто видел и жизнь, и смерть.

Давид и Елена переглянулись. Затем Давид шагнул вперед: – Мой отец погиб, изучая эти тайны. Я видел его смерть и поклялся завершить его дело. Если кто-то из нас достоин, то это я.

Старик внимательно посмотрел на него: – Твоя решимость искренна, но этого недостаточно. Камень требует большего.

– Чего именно? – нетерпеливо спросил Давид.

– Испытания, – просто ответил старик. – Прикоснись к камню, и он сам решит, достоин ли ты его знания.

Давид глубоко вздохнул и протянул руку к пульсирующей поверхности "Камня Лазаря". Когда его пальцы коснулись странного материала, он резко вздрогнул, словно от электрического разряда, и застыл, его глаза широко раскрылись, а тело стало неподвижным.

– Давид! – воскликнула Елена, бросаясь к нему.

– Не мешай, – остановил её старик. – Сейчас его сознание путешествует между мирами. Он видит то, что скрыто от живых. Если его дух достаточно силен, он вернется с знанием. Если нет…

– Если нет – что? – тревожно спросила Елена.

Старик не ответил, лишь печально опустил глаза.

Давид стоял неподвижно, его рука словно приклеилась к камню, а глаза, остекленевшие и пустые, смотрели в никуда. Лишь едва заметное дыхание указывало на то, что он всё еще жив.

Минуты тянулись мучительно медленно. Елена нервно расхаживала вокруг постамента, не в силах ничем помочь. Старик же оставался неподвижным, словно еще одна статуя среди колонн древнего зала.

Наконец, спустя что казалось вечностью, Давид резко вдохнул и отдернул руку от камня. Его колени подкосились, и он упал бы, если бы Елена не поддержала его.

– Давид! Ты в порядке?

Его взгляд медленно фокусировался, возвращаясь из какой-то невидимой дали.

– Я… видел, – прошептал он хриплым голосом. – Видел то, что лежит за гранью. То, что хочет вернуться.

– Что именно? – настойчиво спросила Елена.

Давид посмотрел на неё потрясенным взглядом: – Нечто древнее. Разумное, но не человеческое. Коллективный разум, существовавший до появления нашей цивилизации. Они использовали людей как сосуды, как проводники своей воли. А потом были изгнаны… запечатаны за барьером между мирами.

– И формула воскрешения…

– Это ключ, – кивнул Давид. – Ключ, открывающий дверь для их возвращения. Но не просто дверь – она создает мост, по которому они могут пересечь границу.

Он повернулся к старику: – Вы знали. Всё это время вы знали, что формула – не благословение, а проклятие.

Старик печально кивнул: – Это знание слишком опасно, чтобы уничтожить его полностью. Но и слишком могущественно, чтобы оставить целым. Поэтому первые Хранители разделили его на три части и спрятали в разных уголках мира.

– А третья часть? – спросила Елена. – Где она?

– В месте, где встречаются лед и пламя, – ответил старик. – В земле, забытой богами.

– Сибирь, – прошептал Давид. – Я видел это в видении. Заброшенная советская лаборатория где-то в сибирской тайге. Они уже нашли ее в 1970-х годах и экспериментировали с формулой.

– И что случилось? – спросила Елена.

– Катастрофа, – мрачно ответил Давид. – Все исследователи погибли при странных обстоятельствах. Официально объект был законсервирован из-за радиационной утечки, но на самом деле… Они что-то пробудили. Что-то, что убило их всех.

Старик подошел к Давиду и положил руку ему на плечо: – Ты получил знание, но помни – с ним приходит ответственность. Формула никогда не должна быть использована полностью. Никогда.

– Но как нам остановить культ? – спросила Елена. – Они уже используют первую часть формулы, создавая армию мертвецов.

– То, что они создают – лишь тени настоящего воскрешения, – ответил старик. – Пустые оболочки, управляемые извне. Настоящая опасность придет, когда они соединят все три части формулы и проведут полный ритуал. Тогда граница между мирами истончится, и Они начнут проникать в наш мир.

– Нам нужно найти третью часть раньше них, – решительно сказал Давид, поднимаясь на ноги. – И уничтожить её.

Старик внимательно посмотрел на него: – Ты уверен, что сможешь уничтожить её? Даже если это означает отказ от шанса воскресить твоего отца… или кого-то еще, кого ты потерял?

Давид замер, его лицо исказилось от внутренней борьбы. Наконец он кивнул: – Да. Какой бы соблазнительной ни была эта возможность, цена слишком высока.

– Тогда идите, – сказал старик. – Но помните: знание, которое вы несете, опасно не только для мира, но и для вас самих. Оно может изменить вас, исказить ваше восприятие реальности. Будьте настороже.

Он достал из складок одежды маленький свиток и протянул Давиду: – Это поможет вам найти третью часть. Карта, созданная первыми Хранителями.

Давид принял свиток с благоговейным трепетом: – Спасибо. Мы не подведем.

Когда они повернулись, чтобы уйти, старик произнес: – И еще одно. Бойтесь не мертвых, а тех, кто использует их как инструменты. Настоящий враг – не культ, а то, что стоит за ним, нашептывая полуправду о бессмертии.

С этими загадочными словами старик отступил в тень колонн и исчез так же таинственно, как появился, оставив Елену и Давида наедине с их новым, опасным знанием.

Берн, Швейцария Два дня спустя, 12:30

Алексей сидел в кафе на окраине города, внимательно наблюдая за улицей через окно. Рядом Амира просматривала данные на защищенном ноутбуке.

– Результаты анализа тревожные, – сказала она, показывая графики. – Наночастицы в телах "воскрешенных" демонстрируют признаки коллективного интеллекта. Они не просто реагируют на команды – они развиваются, адаптируются, учатся.

– Как быстро? – спросил Алексей.

– Экспоненциально. Каждое новое "воскрешение" сложнее предыдущего. Первые были просто управляемыми оболочками, но последние образцы демонстрируют признаки автономного мышления и даже… эмоций.

Алексей нахмурился: – Ты хочешь сказать, что они действительно возвращают людей из мертвых?

– Не совсем, – покачала головой Амира. – Скорее, создают нечто новое, используя физическую оболочку и фрагменты сознания умершего как основу. Но ключевой вопрос – кто или что контролирует этот процесс? Наночастицы слишком сложны для современной науки. Их молекулярная структура не соответствует ни одной известной технологии.

– Возможно, у нас скоро будут ответы, – сказал Алексей, глядя на входящее сообщение на своем телефоне. – Елена и Давид только что приземлились. Они нашли второй фрагмент формулы.

– А что с Торпом?

– Мои контакты в швейцарской полиции не смогли найти никаких следов. Официально комплекс принадлежит исследовательскому институту с безупречной репутацией. Никаких сообщений о происшествиях или задержанных.

– Значит, они держат его где-то внутри, – заключила Амира.

– Или уже избавились от тела, – мрачно добавил Алексей.

Дверь кафе открылась, и вошли Елена и Давид. Они выглядели измученными, но в их глазах читалась решимость.

– Как прошло? – сразу спросил Алексей после кратких приветствий.

Давид огляделся по сторонам, убеждаясь, что их никто не подслушивает: – Мы нашли "Камень Лазаря". Точнее, его знание. – Он постучал пальцем по виску. – Оно здесь.

– Что именно ты узнал? – спросила Амира.

– Формула реагента, который активирует наночастицы, – ответил Давид. – Сложная биохимическая смесь, содержащая элементы, которых нет в периодической таблице Менделеева.

– Как такое возможно? – нахмурилась Амира.

– Не знаю, – честно ответил Давид. – Но я могу нарисовать молекулярные структуры. Они… странные. Как будто существуют в более чем трех измерениях.

– А третья часть формулы? – спросил Алексей.

– В Сибири, – ответила Елена. – Заброшенная советская лаборатория, где проводились эксперименты в 1970-х годах. У нас есть примерные координаты.

Она развернула на столе старинную карту, полученную от старика-хранителя. На ней был изображен участок сибирской тайги с отметкой в виде восьмиконечной звезды.

– Мы должны опередить культ, – сказал Давид. – Если они получат все три части формулы и проведут полный ритуал воскрешения…

– Что произойдет? – спросил Алексей.

Давид посмотрел ему прямо в глаза: – Граница между мирами падет, и нечто древнее, нечеловеческое вернется в наш мир. То, что использует мертвых как проводников, как ворота. Они называли себя Первыми. И они хотят вернуть свое господство над Землей.

Наступила тяжелая тишина. Наконец Алексей сказал: – Значит, у нас нет выбора. Мы должны разделиться снова. Елена и Амира отправятся в Сибирь искать третью часть. Мы с Давидом вернемся в Альпы, чтобы спасти Торпа и, если возможно, уничтожить лабораторию культа.

– Это рискованно, – заметила Амира. – У них сотни охранников и этих… воскрешенных.

– У нас есть преимущество – мы знаем, чего они хотят, – ответил Алексей. – И у меня есть план. Но нам понадобится помощь.

Он достал телефон и набрал номер: – Генерал? Ситуация критическая. Нам нужна полная поддержка "Феникса".

Пока он говорил, Давид вывел на листе бумаги странную химическую формулу – вторую часть секрета воскрешения. Символы и структуры, которые он рисовал, казались чуждыми, словно пришедшими из другой реальности.

Елена заметила, как рука Давида дрожит, а глаза иногда становятся отсутствующими, словно часть его сознания все еще находится в том странном месте между мирами, куда его забросил "Камень Лазаря".

"Что еще он там увидел?" – подумала она с тревогой. "И как это изменило его?"

Но времени на размышления не было. Часы тикали, и где-то в швейцарских Альпах культ "Хранителей Возрождения" готовился к следующему шагу в своем плане по возвращению древних существ в мир живых. А майор Торп, если он еще жив, возможно, был ключом к их операции.