Читать книгу Пульс - - Страница 4

Шум машин стихал. Толпа расступилась, и на дорогу выехали двое на мотоциклах.

Двигатели рычали неровно, как звери перед прыжком.

Всё вокруг будто вычистилось – запах спирта сменился запахом скорости.

Я не знала, почему смотрю именно на них.

Может, потому что в этих движениях было что-то правильное – опасная точность, полёт, граничащий с безумием.

Толпа кричала, снимала на телефоны, делала ставки.

А я просто ловила каждый поворот.

Первый гонщик держал руль уверенно, без суеты.

Спина прямая, будто он – часть мотоцикла, не человек.

Второй шёл чуть позади, выжидая.

Асфальт блестел, фары разрезали тьму, как ножи.

– Они психи, – сказал кто-то рядом.

Я не ответила.

Чёрный байк с красными полосами дышал, будто живой.

Стартовый сигнал разорвал ночь – и всё рванулось вперёд.

Рёв моторов ударил в грудь, и мне показалось, что это моё сердце выстрелило вместе с ними.

Асфальт скользил под воображаемыми ногами, ветер рвал волосы.

Я дышала в такт звуку.

Они летели вдоль реки, фары мелькали, исчезая за поворотом.

Толпа ревела, кто-то бежал следом, а я стояла неподвижно.

Не могла отвести взгляд.

Это было не состязание – это было падение без страха.

И где-то там, в одном из них, я вдруг ощутила нечто знакомое:

чужое сердце билось в моём ритме.

Моторы стихли не сразу, будто не хотели сдаваться.

Воздух вибрировал, гудел, пах перегретой резиной.

Толпа бросилась вперёд.

Джейсон уже был там, кричал что-то вроде:

– Вот это да! Вот так надо ездить!

Я подошла ближе.

Два мотоцикла остановились у края света.

Первый гонщик снял шлем – и толпа взревела.

Лицо блестело потом, волосы прилипли к вискам, но он улыбался.

Легко.

Так улыбаются те, кто ничего не боится.

Я смотрела, не мигая.

Он провёл рукой по волосам, сказал что-то напарнику – коротко, негромко.

Голос не слышно, но было ясно: низкий, спокойный, без позы.

Мир на секунду вырезало из шума.

Огонь в бочке, пар над асфальтом, тени, дрожащие от света – всё стало резким.

Он – тот, кто был первым.

Я тогда не знала его имени,

но знала, что запомню этот взгляд.

– Видела?! – Джейсон схватил меня за руку. – Он почти на повороте шёл боком!

Я кивнула, не отрывая глаз.

Он стоял чуть в стороне, будто гонка была не риском, а способом дышать.

Толпа шумела, а он просто смотрел в ночь.

Тишина внутри него тянула сильнее любого мотора.

Музыка, смех, вспышки фар – всё расплывалось.

Я стояла между бетонной колонной и бочкой, чувствуя, как в груди ещё вибрирует звук.

Он разговаривал с кем-то из своих.

В руке – шлем, на губах тень улыбки, будто он всё ещё не вернулся из скорости.

И вдруг обернулся.

Всего на пару секунд.

Но этого хватило.

Взгляд – прямой, спокойный, без намерений.

Просто – видящий.

Как будто внутри меня кто-то перестроил ритм дыхания.

– Ава! – Джейсон махнул рукой. – Пошли, познакомлю с ребятами!

Я вздрогнула, отвела глаза.

Когда повернулась обратно – он уже отвернулся.

Кто-то хлопал его по плечу, смеялись, делали ставки.

– Ты чего в воду уставилась? – усмехнулся Джейсон, обнимая за талию.

– Просто смотрю.

Но это была ложь.

Я не смотрела – искала.

Музыка стала громче, лица слились в один сплошной блеск.

А внутри – всё та же вибрация, то же дыхание, тот же пульс.

Мы уехали под утро.

Дорога опустела, фонари мелькали в тумане.

Пахло бензином и спиртом.

Джейсон вёл чуть быстрее, чем нужно.

– Круто, да? – улыбался он. – Прямо как раньше.

Я кивнула, глядя в окно.

Ночь выжата до последней капли, но в ней жила тишина.

Он что-то рассказывал про гонку, про риск, про драйв.

А я думала, что впервые за долгое время почувствовала жизнь.

Не ту, где кричат и пьют,

а ту, где одно движение может оставить след.

Он заметил, что я молчу.

– Устала?

– Немного.

Он пожал плечами, включил радио.

Луна шла рядом с машиной, отражаясь в мокром асфальте.

Мир выглядел обугленным, но красивым.

Я прижалась лбом к стеклу.

В отражении – мои глаза, мелькающие огни и короткая вспышка: фары, рев мотора, взгляд через шлем.

Одного мига хватило, чтобы понять —

что-то внутри уже сдвинулось.

Когда Джейсон свернул к дому, я поймала себя на мысли:

не хочу выходить.

Хотелось остаться в дороге —

между ночью и утром,

между «до» и «после».