Читать книгу Вызовы России. От Рюрика до Ленина - - Страница 17

Обратим внимание на очевидные характеристики двух основных битв Александра Невского: они не были масштабными, не принесли ни мира, ни освобождения. Но имя отважного полководца и мудрого государственного деятеля славится в веках, он признан святым, ему поставлены памятники, в его честь учреждены ордена. Такой высокой чести Александр Невский удостоен за исторический выбор, который он сделал в трудное, рубежное для Русского государства время. В чем смыслы исторического выбора Александра Невского?

Восстановим картину прошлого, в условиях которого князю Александру предстояло принимать решения. Монголо-татарское нашествие прокатилось по Северо-Восточной и Южной Руси и накрыло своей властью эти огромные пространства, порядком напугало Восточную и Центральную Европу. К этому времени монгольский хан Батый уже обосновывался в низовьях Волги, создавая там город Сарай – будущую столицу своего русского улуса.

Александр Невский знал о трагедии северо-восточных русских земель, но до сих пор не соприкасался с монгольским войском, так как, во-первых, отряды Батыя не дошли до Новгорода сто верст и повернули на юг, а во-вторых, Новгородскую республику с востока прикрывали владимиро-суздальские земли, где великим князем с 1239 года был его отец Ярослав Всеволодович. Но оставаться и дальше в стороне князь Александр не мог, ему предстояло определить свое место в глобальных военно-политических событиях. И это место окажется центром противостояния Востока и Запада.

События разворачивались стремительно. Уже в 1243 году монгольский хан Батый в Сарае провел смотр князей всех русских земель. Первым на призыв хана приехал владимирский князь Ярослав Всеволодович и покорился ему. Сделают это и другие русские князья, за исключением черниговского Михаила Всеволодовича, который не покорился и был убит. В сентябре 1246 года в столице монгольской империи Каракоруме Ярослав Всеволодович был отравлен, а уже в следующем году в Сарай к Батыю были вызваны сыновья великого князя Александр и Андрей Ярославичи.

Встреча с могущественным монгольским ханом – это тоже момент выбора пути и для Александра, и для всей Руси. Князь Александр, победитель шведов и немцев, продолжил линию поведения с монгольским ханом, которую принял его отец. Он тоже покорился Батыю, покорился неизбежности, силе, которую нельзя было одолеть в тот момент. Но его покорность имела своеобразное достоинство русского князя, прославленного полководца. Все русские князья, прежде чем предстать перед ханом, должны были пройти между очищающими огнями двух костров и поклониться идолам. Александр отказался последовать этой процедуре, заявив, что ему, христианину, не подобает кланяться твари. Это было опасное пренебрежение монгольскими правилами. Год назад черниговский князь Михаил Всеволодович именно за отказ пройти этот монгольский обряд был казнен в Сарае. Батый сделал исключение для князя Александра и принял его без соблюдения установленного ритуала. Однако Александр, войдя в шатер к Батыю, четырежды пал перед ним на колени, что соответствовало татарским обычаям, и так объяснил свой поступок: «Царь, тебе поклоняюся, понеже Бог почтил тебя царством, а твари не поклоняюсь»[58]. Жестокий и не склонный к милосердию монгольский хан помиловал новгородского князя, возможно, увидев в его поступке личную храбрость и честь полководца. Так начинали выстраиваться отношения князя Александра с монгольскими ханами.

Но Александр не мог сосредоточиться на отношениях только с монгольской державой, которой была подвластна Русь. Его не оставляли в покое западные силы, возглавляемые папой римским. В 1248 году Иннокентий IV написал Александру Невскому две специальные буллы – 23 января и 15 сентября. В одной из них содержалась ссылка на встречу в Каракоруме специального посланника папы монаха-францисканца Плано Карпини с отцом Александра Ярославом Всеволодовичем, на которой якобы великий владимирский князь высказал желание подчиниться римскому престолу. Скажем сразу, никто из исследователей не нашел документального подтверждения этого факта, равно как и сам Плано Карпини в своих отчетах о поездке в Каракорум не приводит этого эпизода. Но в папской булле именно на этом основании князю Александру предлагалось подчиниться римскому престолу – якобы осуществляя намерение отца, не успевшего это сделать из-за смерти.

В булле от 23 января папа предлагает князю признать римскую церковь, самому ей повиноваться и подданных привести в ее лоно. Не ограничиваясь обещаниями вечного блаженства, которое наступит после присоединения к латинской церкви, папа предлагал Александру и сугубо материальные выгоды от союза с католиками: «Как только проведаешь, что татарское войско на христиан поднялось, чтобы ты не преминул немедля известить об этом братьев Тевтонского ордена, в Ливонии пребывающих, дабы… мы смогли безотлагательно поразмыслить, каким образом, с помощью Божией, сим татарам мужественное сопротивление оказать»[59].

Вернувшегося из Каракорума князя дожидались два римских кардинала, которых Александр терпеливо выслушал, посоветовался с приближенными боярами и дал папе письменный, а кардиналам устный ответ: «Сии вся добре съведаем, а от вас учения не приемлем»[60].

За этими простыми словами – от вас учения не приемлем – судьбоносный выбор: политический и религиозный. Мы не зря упомянули, что принимал князь Александр папских кардиналов после поездки в далекую Монголию. По дороге туда и обратно он увидел состояние разоренной и разобщенной Руси на контрасте с могучей монгольской державой без конца и края. Увидел и убедился: «При малочисленности, нищете и разрозненности остатков тогдашнего русского населения в восточных землях нельзя было и думать о том, чтобы выбиться оружием из-под власти монголов»[61].

Князя Александра не поняли и не поддержали его братья – великий князь Владимирский Андрей и тверской князь Ярослав. Они вместе с галицко-волынским Даниилом Романовичем образовали антиордынский союз. Хан тут же направил на Русь свои отряды: рать Неврюя – во Владимирское княжество, а рать Куремсы – в галицко-волынские земли. «Татары же рассыпались по земле, и княгиню Ярославову схватили, и детей поймали, и воеводу Жидослава здесь убили, и княгиню убили, и детей Ярославовых в полон отправили, и людей без числа повели, и коней, и скот, и, много зла сотворив, ушли»[62].

Труден был путь Александра Ярославича Невского на посту великого владимирского князя. Пришлось снова воевать со шведскими крестоносцами, утихомиривать новгородских и псковских бояр, выстраивать непростые отношения с монгольскими ханами, чтобы обеспечивать мир и покой в русских землях. Много добрых дел успел сделать князь Александр Невский за свою короткую жизнь. Одним из таких достижений будет освобождение русских воинов от участия в татарских войнах. Но все же главным его историческим подвигом стал непростой выбор, который он сделал, находясь между двух сил и двух цивилизаций – Запад и Восток.

Отчетливо, точно расставленными акцентами рисует ситуацию на Руси и место в ней князя Александра Невского историк Н. И. Костомаров, начиная свое исследование такими словами: «XIII век был периодом самого ужасного потрясения для Руси. С востока на нее нахлынули монголы с бесчисленными полчищами покоренных татарских племен, разорили, обезлюдили бо́льшую часть Руси и поработили остаток народонаселения; с северо-запада угрожало ей немецкое племя под знаменем западного католичества. Задачею политического деятеля того времени было поставить Русь по возможности в такие отношения к разным врагам, при которых она могла удержать свое существование. Человек, который принял на себя эту задачу и положил твердое основание на будущие времена дальнейшему исполнению этой задачи, по справедливости может назваться истинным представителем своего века. Таким является в русской истории князь Александр Ярославич Невский»[63].

Глубокую по смыслу оценку деятельности князя Александра Невского дал Г. В. Вернадский в своей работе «Два подвига Александра Невского». О каких двух подвигах, которые спасли Русь, ведет речь Вернадский? Первый подвиг – это борьба с Западом. Второй подвиг – смирение перед Востоком. Два самых сильных русских князя того времени сделали каждый свой выбор. Даниил Галицкий выбрал Запад и с помощью католиков предпринял попытки борьбы с Востоком. Александр Невский, ровно наоборот, принял решение бороться с Западом, используя защиту Востока. История рассудила выбор русских князей. Князь Даниил, как пишет Г. В. Вернадский, «…выиграл несколько отдельных сражений, но проиграл самое главное – Православную Россию. Результатом его политики были долгие века латинского рабства юго-западной Руси. Не прошло и ста лет после смерти Даниила, как вся его отчина – Галицко-Волынская земля – была расхватана соседями: уграми, поляками, литовцами»[64]. Галицко-Волынское княжество осталось лишь в истории.

Великий князь Владимирский Александр Невский своим смирением перед Востоком сохранил государственность и Русь православную. Нас сегодня не может не удивлять и поражать, насколько точно и верно оценил он тогда источник главной опасности для страны и народа, понял, что при веротерпимости и даже покровительстве всем религиям «…монгольство несло рабство телу, но не душе. Латинство грозило исказить самое душу. Латинство было воинствующей религиозною системою, стремившеюся подчинить себе и по своему образцу переделать православную веру русского народа»[65].

Александр Невский сохранил государственность, Русь, а его потомки, основав московскую династию и укрепившись, стряхнули с себя монголо-татарское иго, открыли новую страницу государства, которое вскоре получит гордое имя Россия.