Читать книгу Сердце Януса - - Страница 3

Ночь была безлунной, и густой, бархатный мрак плотно окутал дом на Английской набережной. Дмитрий не ложился спать. Он сидел в кресле в библиотеке отца, уставившись на ларец. Записка отца обжигала воображение. «Сердце Януса». «Проклятие и спасение». Эти слова не давали ему покоя, кружились в голове вместе с образами мертвых родителей и циничным лицом Петьки.

Он чувствовал себя не в своей тарелке, как актер на чужой сцене. Этот огромный дом, наполненный дорогой мебелью и картинами, больше не был его домом. Он стал хранилищем чужих тайн. Он осторожно поднял механизм, завернул его в бархатную подложку и уложил обратно в ларец. Теперь он выглядел еще более безобидным – просто тяжелый деревянный ящик. Но Дмитрий знал, что внутри него спит сила, способная, судя по словам отца, перевернуть мир.

Наконец, измотанный эмоционально и физически, он поднялся на второй этаж, в свою спальню. Дмитрий разделся, не гася свечу, и лег на кровать, уставившись в потолок. Сон не шел. В доме стояла такая тишина, что, казалось, можно было услышать, как пыль оседает на паркете. Каждый скрип половицы, каждое завывание ветра за окном заставлял его вздрагивать. Он прислушивался, и ему казалось, что он слышит шаги на первом этаже. Шаги чужие, бесшумные, крадущиеся.

Он списал это на расстроенные нервы и усталость. Но шаги не прекращались. Они были реальными.

Дмитрий замер, задержав дыхание. Да, это были шаги. Три, а может быть, четыре пары ног. Они двигались по коридору внизу, осторожно, стараясь не производить шума. Затем послышался тихий, скрежещущий звук – кто-то пытался открыть дверь в библиотеку.

Сердце Дмитрия ухнуло в пятки. Воры. Но какие воры пробираются в дом князя Волкова, зная, что почти вся прислуга спит в флигеле, а в самом доме – лишь хозяин и один слуга? И почему они направляются в библиотеку? Там не было ни серебра, ни денег. Там были только книги и… ларец.

Он вскочил с кровати. Холодный пот выступил у него на лбу. Что делать? Оружия у него не было. Он был абсолютно беззащитен. Он был просто молодым человеком, привыкшим, что за его безопасность отвечают другие, а теперь оставшимся один на один с опасностью.

Внизу раздался глухой удар – дверь в библиотеку, видимо, выломали. Дмитрий похолодел. На ватных ногах он подкрался к двери. Он хотел спрятаться, запереться, но понимал, что это бесполезно. Он должен был что-то делать. Он должен был защитить… что? Мертвый механизм? Или отцовский последний завет?

Дмитрий тихо, на цыпочках, вышел из спальни и проскользил на лестничную площадку. Оттуда был виден коридор первого этажа. Дверь в библиотеку была распахнута. Внутри, в свете одного фонаря, который несли незнакомцы, копошились три темные фигуры. Они были одеты в черное, их лица были скрыты.

– Быстрее, ищи! – прошептал один из них, его голос был низким и хриплым. – Князь сказал, что он здесь. В ларце.

– Я не могу найти этот чертов ларец, – ответил другой, более высокий. – Здесь одни книги.

– Ищи везде! – рявкнул третий, видимо, главарь. – Нам нужны часы! «Часы князя». Это важнее любых драгоценностей.

Дмитрия обдало холодом. Они искали механизм. Его отец был прав. Опасность была реальной. Он стоял на лестнице, парализованный страхом, и понимал, что через несколько секунд они найдут ларец, и тогда…

Внезапно по всему дому пронесся оглушительный, вибрирующий звук.

БЫЫЫЫЫМ!

Это был такой мощный, низкий гул, что, казалось, задрожали сами стены. Звук похожий на удар колокола, но только в сто раз громче и ближе. Он исходил из вестибюля, с первого этажа.

Незнакомцы в библиотеке замерли, как вкопанные.

– Что это было? – испуганно прошептал один.

– Сигнал! Тревога! – выдохнул главарь. – Нас заметили! Быстрее, прочь отсюда!

Паника охватила их. Они бросили фонарь, который с грохотом упал на пол и погас, и бросились к выходу. Дмитрий слышал их топот по коридору, скрип входной двери, и вот уже тишина. Они исчезли так же внезапно, как и появились.

Весь дом пришел в движение. На лестнице появились заспанные слуги, зажигая свечи. В коридоре загомонили, задавая друг друга вопросы. Дмитрий все еще стоял на площадке, не в силах пошевелиться.

И тут он увидел его. Из-за колонны в вестибюле вышла фигурка Петьки. В руках он держал тяжелую колотушку от большого медного гонга, который висел в холле для сбора прислуги. На лице слуги было выражение вины, но в глазах плясали чертики.

– Что это было, Петька? – крикнул Дмитрий, спускаясь по лестнице.

Петька вздрогнул и обернулся.

– А, барин, вы не спите? – сказал он, пряча колотушку за спину. – Так, мелочь случилась. Мышь. Огромная, как кот. Пробежала по полке с сервизом, я за ней, а она – прямо на гонг. Вот и вышло. Громко, а?

Дмитрий подошел к нему вплотную. Он посмотрел в глаза своему слуге. Он знал, что Петька лжет. Но он знал и то, что эта ложь только что спасла его, и, возможно, спасла механизм.

– Я слышал их голоса, Петька, – тихо сказал Дмитрий. – Они искали «часы князя».

Лицо Петьки мгновенно стало серьезным. Циничная маска спала.

– Я тоже слышал, барин, – так же тихо ответил он. – Когда полз по чердаку, чтобы до гонга добраться. Они прямо под мной прошли. Говорили, что в ларце какая-то штука лежит, которую ваш покойный батюшка от всех прятал. И что за эту штуку хорошо заплатят.

Дмитрий обернулся и посмотрел на темный проем библиотеки. Теперь он понимал все. Это не были обычные воры. Это были наемники, посланные теми, кто знал о существовании механизма. Возможно, теми, кто был причастен к смерти его родителей.

Он снова посмотрел на Петьку. На этого тощего, насмешливого крепостного, который только что проявил больше смелости и сообразительности, чем он, князь Волков. Он не испугался. Он не спрятался. Он нашел способ создать панику и спугнуть врагов.

– Спасибо, Петька, – сказал Дмитрий, и это было первое искреннее, теплое слово, которое он сказал ему за все эти дни.

Петька смутился и почесал затылок.

– Да не за что, барин. Куда ж это годится, чтобы чужие люди по нашему дому ходили и ваше имущество трогали. Тем более такое… ценное. Он покосился на библиотеку, и Дмитрий понял, что Петька догадался о важности содержимого ларца.

В эту ночь Дмитрий Волков окончательно понял, что его наследство – это не только имения и крепостные. Это тайна, за которую уже убили его родителей и которая теперь угрожала ему самому. И он понял, что в этом огромном, враждебном мире у него есть один союзник. Союзник в смешном мундирчике, с остроумным языком и смелым сердцем. И этот союзник был его крепостным.