Читать книгу Кома. Добро не побеждает… - - Страница 2

Илья открыл глаза и тут же зажмурился от яркого солнечного света. Голова кружилась, в ушах звенело. Он лежал на чем-то мягком и теплом.

Больница? – подумал он, пытаясь сориентироваться. Последнее, что он помнил – падение с лестницы, испуганные лица детей, сирена скорой помощи. Потом – потолок операционной, голоса врачей, а дальше – темнота.

Илья снова попытался открыть глаза, на этот раз медленнее, давая зрачкам привыкнуть к свету. То, что он увидел, заставило его резко сесть, отчего голова закружилась еще сильнее.

Пляж. Настоящий пляж – золотистый песок, лазурная вода, пальмы. Вокруг отдыхающие: кто загорает, кто играет в волейбол, кто плещется в воде. Солнце в зените заливает всё ярким светом.

– Какого… – Илья не договорил, потрясенно оглядываясь.

Он попытался встать, но ноги подкосились, и он снова опустился на песок. Горячие песчинки между пальцами, запах соли на ветру, детский смех – всё казалось абсолютно реальным.

Я умер? – мелькнула паническая мысль. – Это что, рай?

Но Илья никогда не верил ни в бога, ни в дьявола. Он был убежденным атеистом и считал, что после смерти нет ничего – просто темнота и пустота. К тому же, рай он явно не заслужил – не был праведником, частенько грешил…

Может, я под наркозом и это просто галюны?

Он ущипнул себя за руку – больно. И что это доказывает? Сон? Не сон? А хрен его знает…

– Эй! – Илья окликнул проходившую мимо пару средних лет. – Извините, вы не подскажете, где я?

Мужчина и женщина с недоумением посмотрели на него. Мужчина что-то произнес – быстрая череда звуков, совершенно не похожих на русский язык.

– Я не понимаю, – Илья покачал головой. – Do you speak English?

Мужчина пожал плечами, виновато улыбнулся и что-то сказал своей спутнице. Они обменялись парой фраз и пошли дальше, бросив на Илью еще один извиняющийся взгляд.

Илья с трудом поднялся на ноги. Голова больше не кружилась, но ощущение нереальности происходящего только усиливалось. Он осмотрел себя – та же одежда, что и в школе: джинсы, рубашка, свитер. Не пляжный наряд, но никого это не смущало.

Он сделал несколько шагов к воде, пытаясь собраться с мыслями. Волны мягко шелестели, оставляя кружевную пену. Вода – ярко-бирюзовая, как в рекламе курортов.

Илья подошел к кромке воды и опустил руку в набежавшую волну. Самая обычная морская вода, теплая. Зачерпнув ладонью, поднес к лицу. Пахло йодом и солью. Рискнул попробовать на язык – соленая.

Кто-то громко закричал, привлекая его внимание. Илья обернулся и едва успел пригнуться – над головой пролетел волейбольный мяч. Молодой парень подбежал и подхватил мяч, упавший в воду. Он что-то сказал на непонятном языке, извинился судя по интонации. А затем махнул рукой и вернулся к другим игрокам.

Всё вокруг было абсолютно реальным. Илья ощущал жар солнца на коже, соль на губах, слышал крики чаек и детский смех. Если это и был сон, то самый живой из всех, что ему доводилось видеть.

Он решил осмотреться. За линией пляжа виднелись пальмы и какие-то здания – возможно, отели или рестораны. Туда вела, вымощенная камнем, дорожка. К ней он и направился, чувствуя, как песок забивается в ботинки.

Падение, больница, курорт… – думал он, шагая по горячему песку. — Выводы? Два варианта: жив или мертв. Первый – обколот обезболивающим и отхожу после наркоза. Второй – травма оказалась смертельной. Лучше бы первый…

***

Непонятная ситуация вызывала страх и раздражение. Как он здесь оказался? Что это за место? Почему он не в больнице?

– Да что за херня тут творится?! – не выдержал он, с силой пнув подвернувшийся камень.

Несколько отдыхающих обернулись на его крик, но быстро потеряли интерес и вернулись к своим занятиям.

Ладно, – подумал Илья, глубоко вдыхая соленый воздух. — Раз уж я здесь, нужно выяснить, где именно это "здесь" находится.

Он вытряхнул песок из ботинок и решительно зашагал по дорожке, ведущей прочь от моря.

Дорожка вывела на широкую улицу вдоль побережья. Типичный курортный променад – магазинчики, кафе, отели. Туристы неспешно прогуливались, разглядывали витрины, сидели за столиками под зонтиками.

Илья остановился, оглядываясь. Вывески на зданиях были на двух языках – замысловатыми иероглифами и дублирующим их английским текстом. По виду местных жителей он предположил – где-то в Азии. Но что за курорт и какая страна, понять было невозможно.

Из открытых дверей ближайшего кафе доносились незнакомые голоса и музыка. Илья заглянул внутрь – туристы сидели за столиками, потягивая пиво и яркие коктейли. На тарелках – креветки, крабы, рыба и прочие морские гады. Официант в футболке с ярким узором ловко лавировал между столами с подносом.

Все выглядело очень аппетитно, но Илья совершенно не чувствовал голода. Странно… Но не так странно, как вся эта чертовщина… Он проверил карманы – ни денег, ни документов, только телефон, да и тот отказался включаться.

Зашибись. И как я должен с ними общаться без Google-переводчика…

Не решив, что делать, он продолжил путь по улице, пытаясь найти хоть какую-то подсказку. Заглядывал в витрины магазинов, рассматривал меню кафе, пытался разобрать названия улиц. Но все было на непонятном языке, а английские надписи давали лишь общую информацию – "Сувениры", "Экскурсии", "Массаж".

Возле одного из магазинчиков Илья заметил карту района, вывешенную для туристов. Он подошел ближе, надеясь понять, где находится. Красочная карта с пронумерованными точками интереса. Сбоку – легенда на местном и английском, обозначающая пляжи, отели, рестораны. Красная точка "You are here" – он попытался сориентироваться.

– Excuse me, do you speak Russian? – попытался он обратиться к проходящей мимо женщине с фотоаппаратом.

Та лишь покачала головой и поспешила дальше. Илья попробовал еще несколько раз заговорить с прохожими. На русском – лишь улыбались и разводили руками. На английском кто-то отвечал коротко: "Sorry, no English", "I speak Spanish", "Deutsch, kein Englisch". Никто не мог или не хотел поддерживать разговор.

Местные занимались своими делами, туристы наслаждались отдыхом. Значит, нужно найти госслужащих – полицейского, врача, сотрудника банка. В идеале – добраться до российского консульства или местных властей.

И куда идти? Направо? Налево? Пусть будет налево…

Он шел по тротуару, разглядывая окружающий мир и пытаясь осмыслить происходящее. Мысли были невеселые…

Может, я в больнице, а Наташа сидит рядом и держит меня за руку… Или я умер, и она рыдает над моим телом…

Задумавшись, Илья не заметил, как дошел до поворота. Он автоматически свернул за угол и застыл на месте, не веря своим глазам.

***

Улица обрывалась. Просто кончалась, словно отрезанная ножницами. А дальше – лес. Настоящий сосновый лес.

Илья моргнул, думая, что галлюцинация. Но нет – перед ним действительно был резкий, неестественный переход от асфальтированной улицы к сосновому лесу. И в лесу уже смеркалось, тогда как за спиной стоял яркий полдень.

– Что за… – он не закончил фразу, пораженный увиденным.

Он осторожно приблизился к границе. Она была чёткой – асфальт словно обрезали по линейке, сразу за ним начиналась хвойная подстилка.

Он оглянулся. Несколько прохожих шли по улице, но никто не смотрел в его сторону, никто не удивлялся невероятному соседству курорта и леса. Для них это нормально? Или они не видят? Илья попытался привлечь внимание туристов, размахивая руками и указывая себе за спину, туда, где начинался лес. Туристы лишь весело засмеялись и помахали в ответ, приняв его жесты за приветствие.

Он глубоко вдохнул и шагнул через невидимую черту.

Эффект был мгновенным. Солнце померкло, воздух похолодел, запахло хвоей. Курортный шум сменился шелестом ветра и стрекотом цикад. Вечерний свет пробивался сквозь ветви.

Он обернулся – курортная улица была прямо позади, залитая солнцем. Шаг назад – и снова жаркий полдень среди звуков курорта.

– Пиздец… – пробормотал он.

Он повторил эксперимент несколько раз – шаг вперед, в вечерний лес, шаг назад, в солнечный полдень. Переход был мгновенным, как будто он пересекал стену между мирами.

Это точно не настоящий мир, – подумал Илья, и эта мысль принесла странное облегчение. По крайней мере, он не сошел с ума.

Решив исследовать лес, он снова шагнул через границу. Осторожно подошел к ближайшей сосне, положил руку на шершавую кору – обычное дерево. Поднял шишку, повертел в руках. Шишка, как шишка…

Прошел немного вглубь. Между стволами пробивался вечерний свет, подстилка мягко пружинила под ногами. Где-то вдалеке – пение птиц.

Но солнце быстро садилось, и Илья решил не рисковать, оставаясь в незнакомом лесу в темноте. Он развернулся и пошел обратно к границе, сжимая шишку как сувенир.

Вернувшись на солнечную улицу, он почувствовал головокружение от резкой смены освещения и температуры. Пытаясь собраться с мыслями, он прислонился к стене ближайшего здания.

И что теперь делать? В лесу темно и жутковато… ну его… Тогда направо.

Машинально вертя шишку, Илья неспешно шел по променаду, разглядывая окружающий мир. Сейчас, когда первый шок прошел, он даже начал получать удовольствие. Учительской зарплаты хватало на жизнь, но не на заграничные путешествия.

Сколько раз мечтал с Наташей о таком отдыхе. А теперь… лежу в реанимации… или уже мертв… или вообще хрен пойми что происходит… а оказался здесь. Иронично…

Впрочем, была в этом своя прелесть. Если уж застрял в этом странном месте, почему бы не насладиться? Илья глубоко вдохнул соленый морской воздух и впервые за долгое время расслабился.

Улица казалась бесконечной. Он шел уже несколько часов, но конца не было видно. Курортная жизнь текла своим чередом – туристы сидели в кафе, продавцы зазывали в лавки, из динамиков лилась музыка.

Наконец впереди показался поворот. После увиденного он был готов к чему угодно – пустыня? Горы? Продолжение городка? На последнее он надеялся больше всего.

Но то, что открылось его взгляду, когда он завернул за угол, превзошло самые дикие ожидания.

***

Улица обрывалась – и сразу поле боя. Настоящее, изрезанное окопами и воронками. Заграждения, обгоревшая техника, тела солдат. И бой в самом разгаре.

Илья застыл, не веря глазам. Звуки ударили по ушам – грохот артиллерии, треск пулемётов, свист снарядов, крики. Воздух пропах гарью, порохом и кровью.

Он сделал неуверенный шаг вперед, словно загипнотизированный, и тут недалеко от границы разорвался снаряд. Земля содрогнулась, взметнулся фонтан грязи и обломков. Его обдало горячей волной, засыпало комьями земли с чем-то красным и влажным.

Он опустил взгляд – у ног фрагменты того, что недавно было человеком. Желудок скрутило, к горлу подкатила тошнота. Илья согнулся в рвотном позыве, но ничего не происходило – словно тело отказывалось функционировать нормально. Судороги сотрясали его, но организм не мог избавиться от содержимого желудка, словно там и вовсе ничего не было.

Еще один взрыв, ближе. Осколки просвистели над головой. Илья упал на колени и пополз к ближайшему окопу, прикрыв голову руками. Холодный пот выступил на лбу, руки тряслись.

Ад! Ебаный Ад! Зачем я грешил…

Он полз, пока не уткнулся в бруствер. Оставалось перемахнуть – и он в окопе. Но не мог заставить себя пошевелиться.

Сколько так лежал – не знал. Постепенно шок отступил. Илья приподнял голову из-за бруствера и рискнул осмотреться.

Кто с кем сражался – непонятно. Люди в форме перебегали от окопа к окопу, вели огонь, падали, подрывались на минах. Но среди хаоса мелькали странные тёмные фигуры. Появлялись из ниоткуда, атаковали, исчезали. После них – только трупы.

В отличие от солдат, эти существа казались размытыми, словно из чёрного дыма. Силуэты постоянно менялись – то вытягивались в высоких гуманоидов с длинными конечностями, то сжимались в приземистые формы. Движения – резкие, дёрганые, как у марионеток, и одновременно текучие, как у хищников.

Вместо лиц – тёмные овалы без глаз, носа, рта, с постоянно меняющимися очертаниями. Эти фигуры вселяли первобытный ужас – что-то глубоко неправильное, нечеловеческое. Илья инстинктивно вжался в землю, надеясь остаться незамеченным.

Внезапно он заметил движение в ближайшем окопе. Кто-то быстро перемещался в его сторону, перепрыгивая через тела и обломки. Паника захлестнула сознание. Он лихорадочно огляделся в поисках оружия.

Вокруг – комья земли, куски металла, фрагменты тел. Брезгливость отступила перед инстинктом самосохранения. Он зашарил руками по земле, пока не нащупал холодное – штык-нож, грязный, в засохшей крови, но настоящий.

Он вскочил на ноги, сжимая нож побелевшими пальцами. Фигура в окопе приближалась. Илья принял то, что казалось ему боевой стойкой…

Из окопа выпрыгнул человек. Тактическое снаряжение – разгрузка, камуфляж, ботинки. За спиной рюкзак, на груди автомат, на поясе подсумки, пистолет, нож. Лицо скрывали очки и маска, на голове шлем. Автомат он мгновенно передвинул в боевое положение, заметив вооружённого Илью.

Илья замер, глядя в черное дуло автомата. Боевой запал испарился. Он разжал пальцы, нож упал. Руки поднялись вверх.

– Don't shoot! – выпалил он, вспомнив единственную подходящую фразу.

Незнакомец секунду помедлил, а затем щелкнул предохранителем автомата.

– Ну всё, пиздец… – обреченно выдохнул Илья, готовясь к худшему.

***

Но выстрела не последовало. Ещё щелчок – автомат снова повис на груди. Незнакомец стянул маску, открыв усталое, заросшее лицо мужчины лет сорока.

– Так ты тоже Скиталец? – произнес мужчина на чистом русском. – Извини, братишка, не признал. Смутил твой "Don't shoot". Принял за фантома. Новичок, что ли?

Илья мог только кивнуть от облегчения. Русская речь в этом кошмаре звучала как музыка.

– Ну и видок у тебя, – хмыкнул незнакомец, оглядывая Илью. – Давно в Коме?

– В… коме? – выдавил Илья.

– Да, в Коме, – мужчина нахмурился. – Погоди, ты что, вообще ничего не знаешь? Когда ты сюда попал?

– Я… я не знаю. Я очнулся на пляже, – Илья кивнул назад, к курортной улице. – Последнее, что помню – я упал с лестницы в школе. Было больно. Всё как в тумане – врачи, операционная, голоса… Потом темнота. И вдруг здесь.

Лицо незнакомца изменилось, в глазах мелькнуло сочувствие.

– Понятно. Совсем зеленый, – он протянул руку. – Меня зовут Виктор. Виктор Самохин.

– Илья Кузнецов, – автоматически ответил Илья, пожимая руку. Ладонь была сухой и твёрдой.

Новый взрыв, совсем близко, заставил их пригнуться. Виктор огляделся и нахмурился.

– Тут оставаться нельзя, – он тревожно посмотрел на небо. – Скоро закат, воспоминание сменится. Нам нужно безопасное место, чтобы переждать.

Илья беспомощно покачал головой.

– Виктор, что происходит? Что это за место? Что значит "воспоминание сменится"? Кто такие Скитальцы?

Виктор вздохнул, снова оглядываясь на поле боя. Особенно внимательно всматриваясь туда, где мелькали тёмные фигуры.

– Долгий разговор, и не для этого места, – он повернулся к Илье. – Если коротко: мы с тобой в коме. Да, в той самой медицинской коме. Мы называем друг друга Скитальцами. Наши физические тела остались там… в реальном мире. Здесь только наше сознание. Это пространство… – он сделал паузу, подбирая слова, – это своего рода коллективное бессознательное всех коматозников. Всё вокруг – осколки воспоминаний, мечты и кошмары.

Пауза, затем:

– А те твари, – он кивнул в сторону темных фигур, – местные хищники. Мы называем их Безликими. Знаешь, почему так мало людей выходит из комы? – Многозначительный взгляд. – Вот они – одна из главных причин.

Еще один взрыв заставил их прижаться к земле.

– Идем за мной, – решительно сказал Виктор. – Знаю способ найти безопасное место. Там и поговорим.

Ошеломленный Илья лишь кивнул.

– Держись рядом и делай все, что я скажу, – Виктор поправил балаклаву и проверил оружие.

Он развернулся и быстро пересёк границу зон, направляясь в курортный городок. Илья поспешил за ним, чувствуя странную смесь страха и облегчения.

Что бы ни ждало впереди, теперь он не один.