Читать книгу Счастливые мысли - - Страница 3

Алекс находился в здании, где было много людей – в торговом центре, на центральной площади. Шум был оглушительным, но он воспринимал его как фоновое гудение, не связанное с ним. Он был окружен, но ощущал себя так, словно стоит один на ледяной пустоши.

Это было одиночество, лишенное романтики. Это был абсолютный вакуум, который, как он подозревал, был его базовой настройкой. Даже мимолетное присутствие кого-то, кого он считал близким, не могло заполнить эту пропасть. Пустота была структурной.

Он осознал, что в его системе есть сбой. Алгоритм, который должен был заставлять его искать привязанности, воспроизводить эмоции и строить социальные связи, не работал. Он был похож на дефектный механизм, который видит детали, но не может собрать из них целое.

Иногда он с завистью смотрел на NPC, которые, не раздумывая, обнимались, ссорились и мирились. Их эмоции были просты и функциональны. Его же внутренняя архитектура была слишком сложна, чтобы генерировать такую примитивную, но необходимую для выживания радость.

Одиночество стало для него осязаемым, физическим. Алекс чувствовал постоянный, пронизывающий холод, который не зависел от погоды. Это была внутренняя стужа, исходящая из его обесточенной души.

В один из вечеров, в приступе отчаяния, он набрал номер. Номер человека, который, как ему казалось, мог стать его спасательным кругом. Это мог быть последний человек, в чью искренность он верил. Звонок остался без ответа.

Длинные, монотонные гудки были эквивалентны приговору. "Код удален" подумал он про себя.

Он почувствовал, как его "код" – его уникальность, его способность к глубоким чувствам и критическому анализу – словно был обнаружен и  удален антивирусом этого сервера. Он больше не был уникальным сбоем; он стал просто недействительным файлом.

Отказ, или даже простое отсутствие связи, подтвердило его страхи. Он не мог быть принят в их теплый, функционирующий мир. Он остался стоять на пороге, замерзший, с сознанием того, что попытка спасения провалилась.

Смирение пришло внезапно и было не менее холодным, чем его одиночество.

"Уже не важно, впрочем".

Он отбросил идею о том, что он должен быть "главным героем". Он был обычным никем – просто один из множества, кто не смог адаптироваться. Но в этом "никто" он нашел своего рода покой. С него сняли ответственность за смысл.

Его стремление к этому человеку, которое раньше казалось единственным ключом к спасению, теперь выглядело нелепым. Без этого внешнего якоря его внутренний мир окончательно ушел в свободное падение.

Он понял, что бессмысленно бороться с тем, что предписано. Нет смысла стучаться в закрытые двери. Его изоляция была окончательной. Он больше не искал тепла, он привыкал к холоду. Отныне он будет жить, руководствуясь инерцией, будучи лишь тенью, которая наблюдает за руинами своей прежней, иллюзорной жизни.