Читать книгу Измена – шанс на жизнь - - Страница 3

– Маам, мы дома. Мы тут … Ты это … Только ты не волнуйся, – послышался голос младшенького.

Таак… Вот значит как! И как после услышанного не волноваться? Что за манера начинать с «Ты только не волнуйся»! Какой нормальный человек не начнёт волноваться после того, как услышал эти слова. Если уж говорят «не волнуйся», значит как раз и надо волноваться. Что же у них там произошло? Ох… Но они же сейчас дома? А раз уж он сказал «мы», значит вдвоём. А если они приехали, то живы и, надеюсь, здоровы, значит и правда ничего страшного, а с остальным мы разберёмся.

Я услышала голос Тимофея из прихожей и даже не смогла выйти из кухни, так и села. Видимо, что-то всё же произошло, раз он просит не волноваться и так и не заходит. Ох, что ж там может быть такое? Не поступили? Да, нет! Что ещё тогда?

Я глубоко вздохнула, одновременно переводя дух и успокаиваясь, выдохнула и вышла в прихожку.

На моё удивление они приехали не одни, а с друзьями, которых было не разглядеть за широкими спинами моих сыновей, а там точно ещё кто-то находился. А сыновья у меня были не мелкие. В нашу породу пошли – под сто девяносто ростом, от отца разве что рыжие шевелюры, да широкие плечи достались, ну и лицом тоже похожи, а вот рост у них – это от меня. Друзья, что с ними приехали были помельче, вот их и было не очень видно.

Это они меня компанией что ли думали напугать? Так у нас часто их друзья бывают. Из-за этого что ли волноваться?

Ой, улыбнулась я, «ты только не волнуйся» – напугали компанией, а я уже тут и обомлела, понапридумывала не весть что.

– Ну, что ж вы в прихожей толпитесь? Проходите в зал. Хотя, небось, голодные? Идите-ка на террасу, я вас сейчас покормлю.

– Мам, – немного замялся Тимка, – давай в зал пройдем, тут такое дело…

Интересно, что он так мнется? Если бы это был Сашка, то я бы и не удивилась, а тут Тимка. Что же у них там произошло? Подрались что ли где? Да, вроде, нет…

Я быстро осмотрела сыновей. Не видно ничего: ни синяков, ни ссадин, ни порванной одежды. Что ж тогда?

– Ну, проходите в зал, раз так.

Они, один за другим, зашли в зал и сели на диван. Я вошла последней, взглянула на сидящих сыновей со своими друзьями и забыла, как дышать.

Передо мной сидели четыре похожих… Нет, не как две капли воды… Ну разве что мои близнецы, они-то точно, как две капли, только не для меня. Я их и внешне, и по голосу различаю. А вот двое других, очень сильно схожих между собой, были похожи на моих близнецов, словно их родные брат и сестра. Три парня и девушка, сидевшие рядом выглядели словно четверняшки, родившиеся у одной матери. Только вот я родила близнецов! То, что двое были мои – я не сомневалась. Слава Богу была «в себе», когда рожала, и всё помню, словно это было сейчас. А вот в то, что и еще один паренёк, и девушка, примерно возраста моих сыновей, так сильно похожие на Сашку с Тимкой, не были нашими близкими родственниками… В это никто бы не поверил! Да, тут и никаких тестов не надо! Все фамильные черты на лицо! А я уже и не знала, что тут думать.

Сходство четверки, сидящей на диване, было настолько очевидным, что я не смогла ни двинуться, ни отвести от них взгляд, ни сказать ничего. Я была так поражена первой пришедшей на ум мыслью, что от шока словно окаменела.

Я бы сказала, что все они выглядели как родные братья и сестра. Любой бы со мной согласился, если бы только их увидел. Да и с Аришкой, нашей старшенькой, тоже было видно хорошо заметное сходство, хоть она и была больше похожа на меня.

Я с удивлением рассматривала четверняшек. По-другому их и не назовешь.

Передо мной сидели трое рыжих, как хорошее пиво, вихрастых, даже подстрижены почти одинаково, с едва заметными веснушками парней и такая же девушка, у которой разве что волосы были длинные и собраны в хвост.

Конечно, цвет глаз у них был разный. У моих – тёмно-зелёные, как и у меня, а у паренька – карие, да и цвет волос у него чуть потемнее, а у девушки – серые, как у моего мужа. Серые глаза так сильно мне напоминающие Аришкины. Конечно, были и незначительные различия в форме носа, овале лица, но вот упрямые подбородки с ямочкой были абсолютно одинаковые у всех. У девушки он, конечно, был не такой как у парней, и ямочка едва заметная, но форма была почти одинаковой у всех четырёх – такая же, как у моего мужа.

Пока я их разглядывала, у меня ещё мелькнула мысль, что они могут быть дальними родственниками моего Ваньки. Но мой червячок интуитивного сомнения, который теперь уже был больше похож на большую жирную гусеницу, вгрызающуюся и разрушающую наше семейное наливное яблочко идеальной формы – крепкого традиционного брака, наводил мои мысли на то, во что не хотелось верить.

Нет! Этого просто не может быть! Нет! Ванька на такое не способен! Я не могу и представить, чтобы он… Наверно, всё же какие-то дальние родственники. Скорее всего.

Все эти мысли пронеслись в одно мгновение, не оставляя и следа на лице, потому что на деле это выглядело, как легкое удивление. Минутная слабость. Немного затянувшаяся, но не долгая. Хорошо, всё-таки, быть воспитателем – знаешь и умеешь держать лицо и не показывать никаких эмоций. А я была воспитателем с большим стажем и опытом и умела не только держать лицо, но и не поддаваться панике раньше времени, поэтому и вернулась к своему первоначальному предложению: накормить и … разговорить в процессе, расспросить, узнавая детали, которые могут быть и интересны, и важны.

Возможно, это было мне нужно для успокоения. Хотя, я и чувствовала, что его больше уже не будет. Не сейчас точно, а может и не потом.

– А давайте-ка я вас покормлю. Время уже послеобеденное, так что… Прошу на террасу. Покормлю вас и заодно познакомимся. Я – мама Тимки и Сашки, Анна Витальевна, если что. Так, «двое из ларца», приглашайте ваших друзей и покажите им, где у нас тут что.

Мои сыновья сразу подскочили и начали суетиться, объясняя, где можно помыть руки, где терраса и попутно отметая их робкие «нет, спасибо, мы не голодны». Они прекрасно знали, что у нас сначала кормят и поют, а потом «сказки рассказывают и спать укладывают». Так что никому от обеда не удалось отвертеться.

Всё-таки молодежь тем и хороша, что если речь заходит о «подкрепиться», то все остальные дела отходят на второй план, заглушая любые сомнения и стеснения легким постукиванием ложек и вилок. Молодой растущий организм требует своё. А какая радость смотреть с каким аппетитом со стола сметается и рассольник, и пюрешка с котлетами, и компот.

– Вы не стесняйтесь, кушайте. У нас тут всё по-деревенски – щи да каша…

– Ну, мам, мы уже давно не деревня, а пригород. Между прочим, самое престижное место сейчас, – возразил мой младшенький.

Ох и не любит он, когда мы наш теперешний пригород называем деревней. А то как же, теперь он в городе будет учиться. Городским стал!