Читать книгу Черный автостоп - - Страница 3

Табличка «Докудино» говорила сама за себя. Смотреть, который час, не хотелось, но петухи уже драли глотки, а куры кудахтали. Интересно, есть ли здесь магазин или почта. Возле третьего дома из-за забора раздался скрежет цепи, грозный, бас, прикованного пса.. «Не боись!» – сказал дед, шагавший мне навстречу с пустым ведром. «Да я не то чтобы… Просто неожиданно, – пробормотал я. – А вы куда с пустым ведром?» «Куда иду – не твое дело. Ты вообще кто такой, чтоб допрашивать? Оборванец». Я промолчал, зашагал дальше. С такими персонажами связываться с утра не хотелось. Магазин найду и так. «Есть то хочешь?» – крикнули мне в спину шагов через двадцать. Оборачиваюсь. Дед стоит на том же месте, смотрит. «Не откажусь». «Ну, иди со мной. Покажу, куда ведро несу, а обратно тащить поможешь». Оказалось, он с утра по-раньше ходил на колхозное поле – картошку себе подворовывал, пока никого нет. Лопату в овраге припрятал. Накопал ведро, сунул мне: неси. А сам пошел впереди, шагах в пятнадцати, будто и не знакомы. Дом его был пятым по улице. Распахнул дверь – пахнуло сыростью, старостью, залежалым сеном и амбре навоза. «Ставь тут». Сам поднялся в избу, меня не приглашая. Я постоял с минуту. Понял, что просто использовал меня дед, чтоб ведро не тащить. Развернулся, вышел. У калитки услышал, как за спиной скрипнуло окно. Дед высунулся: «Ну и куда? Непутевый. Говорил – есть хочешь. Заходи. Завтракать будем». Скинул рюкзак, вошел в избу. Стою, кроссовки снимать не хочу, смотрю на старика из-под лба. Стыдно. Такого о нем понадумал, а он… вроде, порядочный. «Простите, я подумал…» – начал лепетать. Он перебил: «Садись. Рассказывай, пока картошка варится. Из дома сбежал?» Стал рассказывать. Про автостоп, романтику приключений, как можно всю страну пересечь, у людей истории слушать. Он слушал. Смотрел то на меня, то на мокрые следы от носков, оставшиеся на его полу. Сопровождаемые запахом пота и нечистот и прелости. Молчал. Григорий Иваныч – так его звали – встал на полуслове, сходил, принес крошечное зеркальце. Сунул мне. «Смотри». Смотрю. Ну, я и есть я. Уставший. С мешками под глазами. «И?» «Чего "ииии"? – передразнил он. – Нравится рожа, твоя, неумытая? Не беспризорник, говоришь, а выглядишь как побитый, тощий кот». Я опустил глаза. Замолчал. «Чего желваками задергал? Глаза-то правда колет?» Вскочил, хотел уйти. Он схватил за руку – хватка железная, неожиданная для старика. «Садись. Ешь. Пей. Потом в баню пойдешь. Будем тебя отмывать, да одежду стирать. Человека делать, а не червя дождевого».