Читать книгу Любовь со скидкой - - Страница 2

В котором тётя Матильда устраивает крокодилью ловушку, а Ева узнаёт, что баронство продаётся и в рассрочку, но только если успеешь не утонуть

Ворота замка скрипели так печально, что я пожалела, что у меня нет масла и жизненного опыта XVII века.

– Не переживай, – прошептал Григорий из внутреннего кармана. – Главное – не показывай страх. Здесь это чувствуют быстрее, чем Wi-Fi.

В главном зале нас встретила тётя Матильда. Представьте себе Мерил Стрип в образе Мисс Марпл, только в клетчатом халате и с крокодиловым клатчем.

– Добро пожаловать, новенькая, – произнесла она, будто произносила слово «новенькая» через мясорубку. – Надеюсь, ты умеешь плавать.

– Почему? – спросила я, отряхиваясь от тумана.

– Потому что сегодня вечером у нас "Мокрый крокодил". Все гости обязаны переплыть болото с факелом в зубах. Кто доплывёт – тому доверие семьи. Кто утонет – тому прощение.

Григорий тихо взвыл у меня в кармане.

– Это нововведение, – прошептал он. – Раньше было достаточно выпить чаю и не чихнуть на герб.

Тётя Матильда провела меня по коридорам. На стенах висели портреты предков, все они смотрели одинаково недовольно, будто их заставили позировать после обеда в столовой № 3.

– Вот дед Август, – показала она на пузатого джентльмена с уткой в руке. – Утонул в собственном фонтане. А вот прабабка Луиза – утонула в фонтане соседа. У нас фонтаны – семейная страсть.

Я записала себе в телефон: «Купить спасательный круг. И носовой платок».

Мой номер находился на третьем этаже, где ковры были такие толстые, что я провалилась по колено. Григорий вылез из кармана, вздохнул:

– Когда-то здесь висел гобелен "Вакх умыкает нимфу". Теперь здесь висят твои носки, если успеешь их постираать.

– Спасибо за поддержку.

– Держу марку.

Пока я распаковывала чемодан, в дверь постучали. На пороге стоял высокий рыжий юноша в резиновых сапогах до пупка.

– Слуга Густав, – представился он. – Принёс баронессе ужин и инструкцию по выживанию.

– Инструкция вкусная?

– Зависит от того, как вы её пожуёте.

На подносе стояла тарелка, покрытая крышкой, и сверток с надписью: «Если накроет – раскрой».

Густав шепнул:

– Тётка Матильда подсыпала в суп болотный прах. Он либо растворит вашу память, либо вашу фигуру. Никто не знает заранее.

– Какая вероятность?

– Пятьдесят на пятьдесят. Но если вы выпьете антидот до первой ложки, шансы улучшатся.

Он протянул мне маленький флакончик, похожий на духи «Авон» 1998 года.

– Это антидот?

– Почти. Это валерьянка с лимоном. Но успокоит, когда начнёте таять.

Григорий, которого я прятала за пазухой, высунулся:

– Густав, ты ещё тут? Как замок?

– Ржавеет, милорд. Как и ваше терпение.

– Хорошо. Завтра в пять утра чини мост. Если провалишься – считай, что получил премию.

Густав ушёл, качая головой. Я закрыла дверь.

– Ты тут хозяин? – спросила я Григория.

– Пока хозяин размером с кофейную чашку. Но завтра наступит Совет, и мне нужно вырасти хотя бы до кофейного столика.

Я открыла сверток. Внутри лежала карта болота, на которой красным маркером было написано:

«Опасность № 1 – тина. № 2 – крокодилы. № 3 – тётя Матильда в 6:30 утра».

– Крокодилы? – переспросила я.

– Разводят для фестиваля. Настоящих нет, но они об этом не знают.

Я допила валерьянку, упала в постель и проснулась в 3:17 от странного скрипа. Григорий стоял на моей груди (лёгкий, но самоуверенный) и тыкал меня бумажкой:

– Срочно! Только что в коридоре пронеслась тень с ножницами. Похоже на тётю Матильду, только в балаклаве.

– Балаклава в барочном замке? Это нонсенс.

– Здесь всё нонсенс. Двигайся.

Мы выскользнули в коридор. Лунный свет падал через пробоину в крыше, превращая лестницу в пианино. Внизу слышалось бульканье, будто кто-то варил глинтвейн в ванне.

– Это крокодилы проснулись, – прошептал Григорий. – Им подбросили печенье с мелиссой. Они становятся агрессивными и начинают петь шансон.

Мы спустились на первый этаж. Тень с ножницами исчезла в библиотеке. Я толкнула дверь. Пахло старым фолиантом и вареньем.

В центре стоял глобус, на котором кто-то повернул Болото так, что оно оказалось на месте Италии.

– Кто тут? – прошептала я.

Ответом был щелчок. Свет включился. На диване сидел кузен Рупрехт в пижаме с крокодилами и держал… мой паспорт.

– А вот и новенькая, – ухмыльнулся он. – Подумал, познакомимся поближе.

– Отдай документы!

– С удовольствием. Если подпишешь отказ от титула.

Григорий выскочил у меня из кармана, взобрался на глобус и пнул его. Глобус покатился, Рупрехт споткнулся, паспорт полетел вверх. Я поймала, но тут же почувствовала, как пол провалился под ногами.

– Ловушка! – крикнул кто-то с потолка.

Пол библиотеки оказался настоящим люком. Я повисла на краю, держась за ковёр. Рупрехт ухватил меня за руку, но не тянул вверх, а тянул к себе:

– Подписывай, и я вытащу!

– Ты с ума сошёл?

– Возможно. Но зато с титулом!

Григорий с разбегу врезался Рупрехту в лоб. Тот взвыл, отпустил. Я выбралась, но люк захлопнулся с таким грохотом, что проснулись даже портреты.

– Беги! – скомандовал Григорий.

Мы выбежали в коридор, где нас уже ждала тётя Матильда в балаклаве, но без ножниц. Зато с ружьём для игры в крокодила.

– Милости прошу к нам на завтрак, – сказала она. – Главное – не опаздывай. Плов из болотных трав. Кто опоздает – сам станет пловом.

Она улыбнулась и исчезла в тумане.

Я перевела дух.

– Григорий, – сказала я. – Если мы выживем до обеда, я тебя официально усыновлю.

– Обещай, что поставишь меня на книжную полку.

– Только если вырастешь минимум до Лермонтова.