Читать книгу Югэн - - Страница 6

Арина схватила его за рукав и потянула в темноту квартиры. Рэн был в той же любимой одежде, в которой она впервые его увидела – словно тот первый день так и не закончился.

Маленькая прихожая с порогом, куда она взобралась, чтобы вновь добраться до его губ, встретила их тишиной и тусклым отблеском уличных фонарей. Её пальцы утонули в коротком ёжике его волос, рот жадно приник к губам, требуя, выпрашивая. Они сдёрнули друг с друга куртки, словно сбрасывали последние границы, и Рэн, не разрывая поцелуй, сбросил берцы, поднял девушку за бёдра и прижал к себе так плотно, что она застонала.

Мужчина вжал её спиной в стену, пальцы жадно заскользили вверх по бёдрам, задирая шёлк. Он хотел чувствовать её. Всю. Сейчас.

Рэн рвано вдохнул, смахнул всё с ближайшей тумбочки и усадил Арину сверху. Его губы скользнули по шее вниз, к ключицам, оставляя мокрый след. На пол с глухим звуком посыпалась косметика и всякие мелочи – девушка даже не заметила.

Он раздвинул её ноги коленом, и горячие пальцы прошлись по внутренней стороне бёдер, едва касаясь. Рина задохнулась от ощущений, откинула голову назад и закрыла глаза. Когда его пальцы коснулись кружева и скользнули под трусики, она выгнулась, вцепившись в его плечи.

– Ты такая мягкая… тёплая… чёрт, ты же вся течёшь, – прошептал он хрипло, срываясь от возбуждения. Его дыхание стало прерывистым, горячим, скользящим вниз – туда, где она уже горела. Он приник губами к груди, через тонкий шёлк обхватил твёрдый сосок, втянул его в рот, посасывая медленно, с напором.

Одной рукой он мял вторую грудь – горячую, нежную, которая звала к ласкам. А другой он продолжал медленно, но настойчиво скользить пальцами в её влажном лоне – то аккуратно лаская, то слегка нажимая, вызывая волны всё более горячего трепета. Его движения были уверенными, будто он читал её тело, зная каждую скрытую точку. От этого у неё путались мысли, а сердце билось в бешеном ритме. Она уже не могла сдерживать стонов, цепляясь за него, словно он был её единственной опорой, чтобы не раствориться в бездне наслаждения.

Рэн поднял голову, задержал дыхание на её шее и, прикусив ткань, по очереди стянул бретельки зубами. Платье тут же сползло, обнажая грудь. Он начал целовать и посасывать соски по очереди, покусывать их, а пальцами пощипывать её упругую кожу, вызывая дрожь острого наслаждения, от которого тело отзывалось волной жара.

Затем мужчина провёл ладонями по её бёдрам, сжимая их крепко, словно боясь отпустить эту маленькую, дрожащую от желания женщину. Его глаза горели безумием, и ему казалось он сойдёт с ума, если не попробует её прямо сейчас, здесь и немедленно.

Кружево с треском полетело на пол.

Его руки крепко обхватили её, подтягивая ближе, чтобы полностью захватить своими ласками. Он стал облизывать нежную плоть, не оставляя ни одного сантиметра без внимания: начиная с мягких, осторожных касаний, постепенно увеличивая жар и напор, проникая внутрь, возбуждая до предела.

Его язык то скользил мягко, то нажимал точечно, целенаправленно, зарываясь в неё, снова и снова возвращаясь к самому чувствительному. В движениях не было ни намёка на сдержанность – только голодное, животное нетерпение. Он засосал её клитор, поцеловал его, провёл языком, и она чуть не согнулась пополам от нарастающего жара.

Пальцы Арины легли на его затылок, она прижимала его к себе, не в силах сдерживать стоны.

– Ещё… Рэн, ещё… – просила она, извиваясь, – не останавливайся…

Он ловил сбившееся дыхание, ощущал, как её тело напряженно сжимается под его ласками и дрожит. Его язык погружался глубже, а потом снова возвращался к клитору – быстрыми, ритмичными, точными движениями, заставляя её трепетать от наслаждения.

– Чёрт… Рэн, да… – выдох сорвался с её губ, превращаясь в стон, дрожащий и безудержный. Спина выгнулась, бёдра напряглись, обхватывая его голову, как будто только он мог удержать её в реальности. Волна оргазма нахлынула стремительно – горячая, резкая, глубокая. Девушка вскрикнула, вся затрепетала, словно её тело не выдерживало накатившего блаженства, растворяясь в нём до последней искры. Она сливалась в этом крике, дрожа, извиваясь, вжимаясь в его рот, – забыв обо всём, кроме него, кроме того, как он довёл её до края… и позволил сорваться.