Читать книгу Генетическое совпадение - - Страница 2

Свет был слишком белым, безжалостным. Он падал с потолка ровными холодными полосами, выбеливая до серости дорогой паркет, отбрасывая резкие тени от минималистичного стола. Воздух пах не офисом – не бумагой, кофе и человеческим теплом, – а лабораторией: приглушенный гул очистителей, едва уловимый запах озона и чего-то стерильного, медицинского. Здесь не жили. Здесь анализировали. И сейчас главным объектом анализа был Алекс, но анализировал он сам.

Он не сидел. Он замер, упершись ладонями в холодный край стола, его тело было натянуто как тетива. Взгляд, обычно быстрый, сканирующий, сейчас был прикован к единственной точке – огромному экрану, вмонтированному в стену. На черном фоне горели строгие белые буквы и цифры, лишенные всякой графической мишуры. Это был интерфейс «ГЕНМЭТЧ», его детища, его оружия, его религии.

ГЕНМЭТЧ v.7.3. Завершение глубокого анализа.

Объект: Алексей Воронов (профиль ADMIN_ALPHA)

Сопоставление с объектом: Vera_Art (ID 734-889-Gamma)

Расчетная генетическая и психологическая совместимость: 99,99%.

Рекомендация: ИДЕАЛЬНЫЙ МАТЧ. УРОВЕНЬ УГРОЗЫ: НОЛЬ. УРОВЕНЬ ПОЛЬЗЫ: МАКСИМУМ.

Идеальный матч. Ноль угрозы. Максимум пользы.

В груди у Алекса не вспыхнуло ничего теплого. Ни удивления, ни радости. Вместо этого по жилам разлилась тяжелая, густая волна холода, которая моментально достигла конечностей и сжала виски ледяными щипцами. Ярость. Не горячая, истеричная, а тихая, концентрированная, абсолютно рациональная. Как формула, доказывающая, что все его расчеты – ложь.

Девяносто девять целых девяносто девять сотых процента. В его мире, мире вероятностей и стандартных отклонений, такая цифра не существовала. Она была математическим призраком. Статистической невозможностью. Если ты видишь стопроцентное совпадение отпечатков пальцев – перед тобой один и тот же человек. Если ты видишь стопроцентную прибыль на бирже – тебя обманывают. А девяносто девять целых девяносто девять – это была насмешка. Кто-то очень умный, или очень наглый, или и то, и другое вместе, решил поиграть с богом его вселенной – с данными.

Он оттолкнулся от стола, заставив себя сделать глубокий вдох. Воздух обжег легкие.

– Взлом, – прошептал он сам себе, и слово прозвучало в тишине камерно, как выстрел. – Точечный, ювелирный взлом. Внедрение в обучающую выборку. Подмена весов в нейросети. Или…

Он провел рукой по лицу, чувствуя подушечками пальцев легкую щетину. Он не спал почти двое суток, готовя презентацию для инвесторов из Дубая. И вот такой подарок.

– Или кто-то подсунул приманку, – продолжил он мысль, начиная медленно расхаживать по кабинету. Шаги отдавались глухим эхом. – Идеально сконструированный профиль. Кукла. Виртуальная невеста, собранная из моих же предпочтений, выведенных за годы. Чтобы я клюнул. Чтобы я ослабил контроль. Чтобы я… что?

Он остановился у панорамного окна, за которым лежал ночной мегаполис – море холодных огней, упорядоченная сеть дорог. Его царство. Его система. И в эту систему кто-то бросил камень, рассчитав траекторию так, чтобы рябь дошла точно до него.

Конкуренты? Возможно. «БиоСфера» или «ГеномЛайф» уже пару лет пытались выведать ядро алгоритма «ГЕНМЭТЧ». Но взломать его извне… это было маловероятно. Система безопасности была его личным кошмаром для хакеров. Значит, внутренняя утечка? Кто-то из своих? Мысль была неприятной, но оттого не менее вероятной. Каждый человек в его компании проходил через «ГЕНМЭТЧ» на совместимость с корпоративной культурой. Утечки не должно было быть. Но люди, как он хорошо знал, – самый нестабильный, а потому и самый предсказуемый фактор риска. Предсказуемостью их глупости, жадности, страха.

Он вернулся к столу и коснулся пальцем сенсорной панели. Экран ожил, разделившись на десятки окон: логи сервера, цепочки доступа, IP-адреса, временные метки. Его пальцы летали по поверхности, выдергивая из цифрового хаоса ниточки. Он углубился в код, проверяя каждую строку, каждую переменную, которая могла быть связана с профилем Vera_Art. Откуда пришел запрос на сравнение? С какого устройства? Через какой прокси?

Данные были чисты. Слишком чисты. Профиль был создан полгода назад. Заполнен скрупулезно, с деталями, которые нельзя было просто сфабриковать: предпочтения в искусстве (абстрактный экспрессионизм, что совпадало с его собственным скрытым интересом), аллергия на пенициллин, даже такая мелочь, как идиосинкразия к вкусу кориандра. У него самого была та же. Это было либо невероятное везение, либо колоссальная работа по сбору информации о нем. Личной информации.

Холод внутри сгустился, превратившись в твердый, острый кристалл решения. Он откинулся в кресле, и оно тихо вздохнуло. Смотрел на профиль. На аватар. Девушка. Вера. На фотографии она стояла, отвернувшись к мольберту, в залитой солнцем мастерской, вся в пятнах краски. Лицо было видно вполоборота – сосредоточенное, с легкой улыбкой у губ. Не модель. Не блогер. Художница. Согласно данным, не слишком успешная. Жила на съемной квартире, имела долги. Сестра, больная редким генетическим заболеванием. Деньги уходили на лечение.

Идеальная мишень. Идеальная приманка. Уязвимая. Мотивированная. Контролируемая.

Алекс чувствовал, как его мозг, уже отбросив первоначальную ярость, переключается в привычный режим – режим расчета, оценки, стратегии. Угроза. Да. Но любая угроза, если подойти к ней правильно, может быть конвертирована. В актив. В инструмент. В данные.

Он больше не видел в этих 99,99% насмешку. Он видел вызов. Кто-то потратил огромные ресурсы, чтобы создать эту девушку-призрак и подкинуть ему. Хорошо. Он примет вызов. Он найдет этого человека. Эту Веру. Не для того, чтобы разоблачить или устранить – это было бы слишком просто, слишком грубо. Нет.

Он превратит угрозу в актив. Вживую, в плоти и крови. Он изучит ее, разберет на составные части, поймет, чья это кукла и на каких ниточках она дергается. А потом возьмет эти ниточки в свои руки. Или оборвет их. Зависит от того, что окажется выгоднее.

Люди были риск-фактором. Но они же были и самым ценным ресурсом. Потому что ими можно было управлять. Потому что в их поступках всегда была логика – логика страха, жадности, любви. Эту логику можно было просчитать. Как любой код.

Алекс потянулся к интеркому. Нажал кнопку.

– Марина, – его голос прозвучал ровно, без эмоций. – Отмените все встречи на завтра. И найдите мне всю доступную информацию, все цифровые следы на человека. Вера, художница, профиль в «ГЕНМЭТЧ» – Vera_Art. Я хочу знать, где она живет, где покупает кофе, какую краску предпочитает и кому должна. Все. К утру.

В динамике послышалось легкое, профессиональное:

– Сделаю, Алексей Сергеевич.

Он отключился. Снова взглянул на экран. На цифры 99,99%. На снимок улыбающейся девушки в мастерской.

«Игра начинается, Вера, – подумал он беззвучно. – Посмотрим, чья логика окажется сильнее. Твоих человеческих слабостей. Или моих алгоритмов».

Он выключил экран. Комната погрузилась в полумрак, нарушаемый только мерцающими огнями города за стеклом. Холодная ярость окончательно кристаллизовалась, превратившись в холодную твердую решимость. Завтра он перейдет от анализа к действию. А люди, как он знал, всегда делали только то, что от них ожидали. Оставалось понять – чего же от этой девушки ожидал тот, кто ее ему подбросил. И оправдать его ожидания. С лихвой.