Читать книгу По соседству с бывшим мужем - - Страница 7

Агата.

– Какого..? – Он удивлённо взмахивает руками и благоразумно проглатывает вторую часть вопроса. – Агата? А что происходит?

– Административно-территориальное деление, – пятясь назад, разматываю скотч. Тот с характерным хрустом отклеивается от рулона и не самой ровной линией ложится на пол. – Ноги подними.

Марат растерянно отступает в сторону, позволяя мне подвести черту к самому лифту.

– Не понял…

– Что ты не понял? – Выпрямляюсь. – Это – граница. Ты и я – государства в конфронтации. Однако если ты обязуешься не пересекать мою границу, я обещаю зарыть топор войны.

– А если нет? – Ноздри Марата хищно вздрагивают.

– Значит, я выкопаю топор войны и дам тебе по темечку.

Марат медленно осматривает подъезд. Скользит взглядом вдоль красной линии, упирается в пальму, а затем в Олега, небрежно прислонённого к стене, словно сверженный памятник собственной гордыни.

– Границы, – тянет пренебрежительно. – Только ты могла придумать такую чушь.

– Вообще-то, это я придумал, – Арсений, вклиниваясь между мной и Маратом, тянет руку. На лице его, однако, нет доброжелательности, лишь холодная вежливость. – Арсений. Живу над Агатой. Будем знакомы.

– Будем. Марат, – пожимает ровно с таким же непроницаемым выражением лица. – Значит, вы соучастник?

– А давайте так, Марат: я организатор. И если у вас есть какие-то претензии или вопросы к Агате, вы можете высказать всё лично мне.

Ладони их всё ещё крепко сцеплены. И мне совершенно не нравится резко сгустившийся воздух, что стремительно пропитывается неприкрытой мужской агрессией.

– У меня есть претензии и вопросы к Агате, – Марат сильней сжимает пальцы. – Но их я буду обсуждать с Агатой. Обойдёмся без секретарей, правда, любовь моя?

Стреляет в меня взглядом.

Ну вот, спрятать факт наших близких отношений не вышло… Скелеты буквально ломятся из шкафа.

Молодец, Марат!

– Арсений, спасибо вам за помощь. – Осторожно и мягко касаюсь его предплечья. – Идите домой, не связывайтесь лучше с ним.

– И бросить вас с ним наедине?

– Всё под контролем, правда. Не переживайте.

Арсений, нахмурившись, зависает на пару секунд. Видимо, принимает какое-то решение в своей голове.

– Ладно, – отступает, разрывая наконец затянувшееся рукопожатие. – Но если что…

Не заканчивает.

– Конечно, – улыбаюсь неловко.

Какой стыд! Ну почему именно он стал невольным свидетелем наших с Маратом разборок?! Что за тотальная несправедливость?

Арсений открывает дверь, ведущую к лестнице. Уходит.

Остаёмся с Маратом наедине.

– Кто он?

– Не твоего ума дело.

– Моего. Я здесь живу. И имею право знать, что за мужик сюда таскается. Может, он вор-рецидивист? Может, он опасен и…

– Ревнуешь? – Вскидываю взгляд, и сама удивляюсь тому, как спокойно и ровно звучит мой голос. Будто и не кипит от раздражения всё внутри.

– Ревн… Чего? – Фыркает Марат. – Я? Ревную? Тебя?

– Не знаю. Может, его?

– Агата, – рычит опасно.

– Чего ты хочешь, м? Жизнь мою разрушить? Так ты уже это сделал. Три года назад. Так дай же мне теперь спокойно жить дальше. Влачить, по твоему мнению, своё ничтожное существование, крутить букетики, играть в бирюльки и общаться с мужчинами, которые мне нравятся.

– Значит, нравится он тебе? – Марат сжимает челюсти. – Вот этот клоун в пальто?

– Тебя это меньше всего касается.

– Касается, если ты собираешься крутить шуры-муры перед моим носом.

– И каким же образом это станет твоим делом?

Марат нервно облизывает губы. С силой выталкивает из себя воздух и зарывается пальцами в волосы.

– Так, всё. Я не намерен это обсуждать. И вот это самоуправство, – небрежно тычет в скотч, – должно быть немедленно ликвидировано. Начнём с перестановки?

Он уверенно шагает к Маргарите Павловне, хватается за горшок и тащит в сторону.

– Марат!

– Прости, Агатик, придётся считаться с моим присутствием, – зло усмехается.

– Перестань!

– Фиг!

– Ты права не имеешь что-то здесь трогать! – Мгновенно вскипаю. – Марат, это мой цветок и мой подъезд!

– Ты его приватизировала? Свои порядки наводи в квартире, а это – общественное место!

Марат тянет пальму через скотч, подальше от окна.

Из последних сил борюсь с желанием приложить хорошенько бывшему мужу сумочкой по голове.

– Линию видишь? Не смей пересекать черту! Калачиком катись с моей границы!

Марат отпускает цветочный горшок, показательно ступает за линию, разграничивающую наши территории. Напирает, подходя вплотную.

Отступаю.

Лопатки вжимаются в холодное полотно моей двери.

– Иначе что, м, Агатик? – Марат костяшкой пальца ведёт по моей щеке. – Объявишь мне войну?

– Объявлю, – шепчу на выдохе.

– Да ты и дня не выстоишь. Лужицей растечёшься у моих ног.

– Вот и посмотрим, – прищуриваюсь мстительно. – Это война, Марат.

– Ставки?

– Проигравший переезжает.

Он расплывается в довольной кошачьей улыбке.

– Начинай собирать вещички. И не жди пощады, любовь моя. На этот раз я не стану с тобой церемониться.