Читать книгу Белкин выбор - - Страница 2

Белла Ерохина родилась в эвакуации. Её родителей вывезли из Москвы в Чувашию в 41-м, когда немцы уже были в Вязьме. Поселили их на краю Чебоксар в частный дом, в семью, где остались одни женщины. Все их мужчины были уже на фронте. А отца Беллы не взяли на фронт из-за ноги – он сильно хромал.

Там, в Чебоксарах, летом 44-го года Белла и родилась. А уже весной 45-го их вернули назад в Москву, в их комнату на первом этаже в бревенчатом двухэтажном доме на Тихвинской улице. Это был один из старых дореволюционных бараков для рабочих, сложенных из чёрных просмоленных брёвен. В доме всегда было холодно и сыро. Центрального отопления не было. Была только общая большая кирпичная печь в конце коридора и свои печки буржуйки в комнатах. Двери всех комнат выходили в коридор, в другом конце которого был туалет и общая кухня. Душа, горячей воды и ванной не было. Все мылись, как могли, в тазиках в своих комнатах и регулярно ходили в городские бани.

Об этом времени Белла почти ничего не помнила. Запомнила только курицу. Соседка по квартире держала всего одну курицу в сарайчике во дворе. И разрешала Белле её гладить и брать на руки. Когда родители уходили на работу, Белла часто сидела на крыльце с этой курицей на коленях и ждала родителей. Если она смотрела налево, то и курица смотрела налево, если направо – то и курица направо. Было очень смешно наблюдать за ними. В семье даже сохранился чёрно-белый снимок этого крыльца из чёрных досок с девочкой в чёрном пальтишке и с этой тоже чёрной курицей. Как это часто бывает в семейной истории, эту курицу родители потом будут Белле вспоминать всю жизнь…

Папа пропадал на своём вагоноремонтном заводе. В те годы вся страна работала по шесть дней в неделю. Но иногда и по семь. То есть без выходных. Папа работал в плановом отделе начальником. А мама работала инкассатором. Ездила на машине с охранником и носила при себе настоящий пистолет Макарова в кобуре. Но после возвращения из эвакуации мама вскоре родила младшую сестру Беллы – Лору. И им тут же дали из-за этого новое жильё – две очень маленькие смежные комнатки на первом этаже в настоящем сером кирпичном большом доме в пять этажей на Госпитальном валу. Тут уже была и горячая вода из газовой колонки, и ванная, и большая кухня. В квартире было ещё несколько комнат и хорошие соседи. Жили дружно.

И вот тут впервые у Беллы появилось полностью своё пространство – под её кроваткой. И там она устроила себе аэродром. Она где-то нашла чертежи, как из картона сделать самолётики. Она их сделала много, очень аккуратно и точно. Склеила, раскрасила. У неё под кроватью на авиаполе был идеальный порядок. Коробка из-под туфель с нарисованными окнами была зданием аэродрома. Под кроватью Белла могла провести и час, и два. Гудела двигателями, отдавала команды. И вдруг вырывалась из-под кровати с самолётиком в руке и начинала кружить по комнате, гудеть и стрелять из пулемётов с криками: «Получай, фашист, получай!»

А потом вырывалась на просторы коридора и с этим самолётиком в руке или даже с двумя в обеих руках летела на бомбометание на кухню и там тоже кричала: «Получай, фашист, получай!» – и возвращалась, гудя, назад в свою комнату под свою кровать за новыми бомбами. Соседи говорили: «Белка, ненормальная, ты же девочка! Ну когда ты повзрослеешь?»

А Белла была нормальная, потому что у неё на кровати жили и куклы, и даже большой медведь. И она с ними тоже играла так же упоённо, как с самолётиками. Одевала, кормила, баюкала. Рассказывала им добрые сказки. Но она была дитя военного времени. И она не могла обойти в своих играх тему войны, которую она не видела, но чувствовала по глазам всех окружающих её взрослых, по разговорам, по инвалидам, наполнившим Москву…

В школу Белла пошла самую обычную – через дорогу. Но почти сразу стала учиться лучше всех в классе. Возможно, потому что мама научила её рано читать и передала Белке очень много пословиц и поговорок, которых сама знала столько, что, казалось, могла разговаривать только ими. А, возможно, потому что папа много занимался с ней математикой дома. Занимался строго, регулярно, как по расписанию. Это было чуть ли не единственное их общение один на один в детстве Белки.

И Белка, как только научилась читать и считать, не расставалась с книжками и техническими журналами. Белка читала много, так как мама стала больше внимания уделять младшей сестре. Чтение позволяло Белле уйти в мир повестей и рассказов и выключиться из обычной жизни.

Но при этом её тяга к технике тоже не знала границ. Она обожала всякие книжки с чертежами и журналы про технику. Когда папа что-то чинил, Белка была всегда рядом. Лезла своим носиком прямо в то место, где папа что-то делал. Даже научилась сама паять, чинить свой велосипед, склеивать и сбивать досточки. И ещё, конечно, она многое знала про самолёты. Больше, чем обычный мальчишка её возраста. И обожала читать фантастику про космос и другие планеты. Заканчивались 50-е годы. СССР и США начали запускать в космос ракеты. Космос становился всё ближе. Это приводило Беллу в полный восторг. Она не пропускала ни одной новости об этом…

Её влекла космонавтика. Её влекли книги. И так она жила и училась все десять лет, посвящая себя литературе и технике.