Читать книгу Аромат лимона - - Страница 5

“Упала на земли Квелендиля чешуя инеистого дракона, и родились из неё верховные дриады, Асфария и Исфария. Из слезы дракона появилась на свет верховная нереида — Таллиса. Жизнь трем верховным ореадам, Иссии, Маллии и Эссии, дало пламя огненных Колючих гор. Нет духов и жизни в пустыне Отчаяния, да не породит она более великих пустынных магов”.

– “Книга Жизни”.

Семь лет назад

Шорох листьев в кронах дубов Священной Рощи заставлял Аролана вздрагивать от испуга. Он оглядывался по сторонам, ступая по высокой траве, страшась услышать лай собак или голос магистра Лунтана, идущего по его следу. Аролан знал, что его найдут, что амулет-сокрытия, сжатый в узкой ладони, не поможет скрыться от всемогущего учителя Лунтана. Но юноша продолжал упрямо идти вперёд, кутаясь в тени деревьев, как в спасительный плащ.

В вышине громко ухнула сова, знаменуя начало ночи. Аролан пригнулся и затаился в траве. Феи, собирающие вечернюю росу, недовольно заворчали на принца. Их звонкие голоса пробуждали дремавших дриад.

От злости на свою робость Аролан поднялся в полный рост и махнул плащом на фей, прогоняя их. Те, ощерив мелкие острые зубки, кинули в эльфа снопом бордовой пыльцы и скрылись за могучими стволами дубов.

«Что за глупые создания, – Аролан резким жестом смахнул с колен травинки. – В Элленгоре фей почти всех истребили пикси, хоть бы и до Алтерхэйла они добрались».

Вдалеке послышался гул горна, предвещающего начало ночной охоты в Курчавом лесу неподалёку от Рощи. Аролан выругался и ускорил шаг. Из стволов на принца с интересом поглядывали дриады, чем изрядно бесили принца, но он не стал ругаться с обитателями Рощи: кто знает, выберется он тогда отсюда или навеки сольётся с корнями священных деревьев.

– Тебе нельзя здесь находиться. Лес опасен для пещерных эльфов.

Аролан остановился, заслышав звонкий девичий голосок. Он поднял голову и заметил в кроне дуба девочку лет двенадцати. Её светло-зеленые глаза сливались цветом с листьями, длинные русые волосы пушились, путаясь в ветвях. На худых плечах эльфийки висел тёмно-зеленый плащ, под которым виднелась грязная белая рубашка на несколько размеров больше необходимого.

Принц потянулся к ножнам на бедре, куда впопыхах сунул столовый нож, украденный им со стола за завтраком.

– Кто ты? – сощурившись вопросил он, дрожащими пальцами цепляясь за рукоять ножа.

Эльфийка спустила ногу с ветки и, шмыгнув носом, простодушно закачала ею.

– Если назову своё имя, не скажешь никому, что видел меня?

Догадавшись, что перед ним беглянка, такая же, как он сам, Аролан расслабился и убрал нож обратно в ножны.

– От кого ты прячешься?

Девочка утерла нос, размазав по лицу грязь, и пожала плечами.

– Не знаю. От отца, наверное. А ты?

Аролан скрестил руки на груди и вскинул подбородок.

– Я не прячусь.

Девочка рассмеялась и, ловко цепляясь за ветки, слезла с дуба на землю.

– Врунишка, – она приблизилась к Аролану и протянула ему испачканную в смоле ладонь. – Я – Юмэлия.

Принц брезгливо поморщился и на рукопожатие не ответил.

– А я… Не могу сказать.

Юмэлия нисколько не смутилась недружелюбности незнакомца. Она отвела руки за спину и беспечно перекатилась с пятки на носок.

– Ну и ладно. Заблудился? – Юмэлия хитро прищурилась.

– Да, – не стал лукавить Аролан, оглядываясь через плечо на притихшую сумеречную Рощу. – Поможешь выйти?

Юмэлия задумчиво поджала губы.

– Смотря, куда тебе надо.

– Я… – Аролан приуныл и умолк. Он так долго мечтал о побеге из родительского замка, так долго грезил о свободе, что совершенно позабыл продумать свой план. – Не знаю. К морю.

Юмэлия побледнела и покачала головой.

– К морю не пойду, но из Рощи выведу. Идём.

Девочка вновь протянула Аролану ладонь, тот скептически изогнул бровь и хмыкнул.

– За руку? Ну уж нет.

Но Юмэлия настойчиво тянула руку с горделивой ухмылкой.

– Пока ты со мной, лесные духи тебя не тронут.

– Они не трогали меня и раньше, – ответил ей заносчивой усмешкой Аролан, на щеках его появились две аккуратные ямочки.

Юмэлия тяжко вздохнула и любовно погладила ствол дуба.

– Потому что я их попросила тебя пропустить, – заметив недоуменный взгляд Аролана, девочка смутилась. – Я следила за тобой. От скуки.

Аролан хотел ответить остротой, но вдали загрохотало, послышался лай гончих псов и приглушенные крики. Юмэлия уставилась на принца в ожидании ответа, но тот уверенно и безмолвно взял теплую ладошку эльфийки и побежал. Юмэлия, опомнившись, взяла инициативу на себя и свернула на правильную дорожку, не отпуская руку Аролана. Двое бежали среди голубоватых магических огней, призрачно мерцающих в воздухе, совершенно не думая о том, что может ждать их впереди.

***

Подперев щёку кулаком, Аролан выслушивал доклад советника Жерволана, сидя на бронзовом троне в Малом зале для приёмов. Лесной эльф с тонкими едва заметными морщинами вокруг изумрудных глаз монотонно читал со свитка прошения жителей Алтерхэйла, со скрупулёзной тщательностью описывая украденных соседями коров, разбитые озорными детьми окна, утерянные вещи, наветы на ближних и дальних, опасения из-за войны с Аванором и набегов троллей на столицу.

Аролан старательно вслушивался в слова советника, однако мысли его витали в далеком прошлом, когда семь лет назад он ступил на земли Алтерхэйла после гибели своего дяди. Тогда Аролан впервые почувствовал вкус свободы, за которую дорого заплатил. И с этим вкусом неизменно ассоциировалась она – Юмэлия, та, кто не помнила ни дня из проведенных вместе с принцем в лесах Алтерхэйла.

С давно утихшей ненавистью Аролан отыскал взглядом Лунтана, гордо застывшего среди напыщенных членов Совета, к услугам которых принц так редко прибегал. Льдисто-голубые глаза Лунтана потухли, обращенные в неведомые просторы дум, однако Аролан знал, что слух его направлен на речи Жерволана, кои совершенно наскучили принцу.

– Довольно, – вскинул ладонь Аролан, прерывая советника на полуслове. – Приступим к основным насущным вопросам города. Исхир, прошу.

Принц кивнул высокому статному пустынному эльфу с хитрым прищуром светло-карих глаз. Исхир поклонился в пояс и вышел вперед из строя советников.

– Благодарю, Ваше Высочество. Поселения людей на северо-востоке просят разрешить постройку водяных мельниц на притоке Ледяной реки.

– Пусть строят, – вальяжно взмахнул ладонью Аролан. – Но, если речные эльфы начнут жаловаться, что люди загрязняют реки, мельницы тут же снести. Дайте людям год тишины, а потом пусть платят пятую долю с доходов.

Советники одобрительно закивали, Исхир же вежливо склонил голову к плечу.

– Как прикажете, Ваше Высочество.

Аролан взмахнул пальцами, поощряя советника продолжать.

– Необходимо расширить поля пшеницы к югу от города, – размеренно проговорил Исхир. – Людей всё больше, потребности растут. Да и новым мельницам понадобятся ресурсы.

Аролан потёр саднящий от бессонной ночи висок и сухо бросил:

– Пусть расширяют. Нельзя допустить, чтобы народ снова голодал. Отдайте приказ местным старостам, чтобы они организовали ополчение из крестьян на случай, если придётся защищать новые границы полей, пока я не выделю для этого воинов. Что ещё?

Исхир замялся, оглянулся через плечо на советников, потупивших взгляды.

– Король вновь настаивает на… – осторожно начал Исхир, но Аролан жёстко оборвал его:

– Нет. Жители Алтерхэйла не станут отстаивать его амбиции в этой глупой войне. В Квелендиле достаточно эльфов, готовых сложить голову на поле брани. Ещё?

Резкий тон принца не терпел споров. В распахнутые витражные окна Малого зала ворвался промозглый морской ветер. Советники поклонились, их покорный вид красноречиво твердил, что более они к поднятому вопросу не вернутся.

– Ваша матушка прислала письмо, – Исхир вытащил из-за пазухи песочного цвета камзола свиток с королевской печатью. Аролан улыбнулся, позабыв о недавней вспышке гнева.

Аролан кивнул слуге, покорно застывшему возле трона, чтобы тот передал ему письмо, и обвёл взглядом притихших советников. По их нахмуренным бровям и поджатым губам принц понимал, что они недовольны его пренебрежением к просьбам короля, однако потакать затянувшейся войне с Аванором Аролан не собирался: уж слишком много потерь приносили кровопролитные сражения эльфов континента с коалицией островных людей, дварфов и эльфов.

– Если из важного на этом всё – свободны.

Советники, вновь склонив спины, покинули Малый зал, оставив Аролана наедине с Лунтаном. Магистр никогда не покидал принца, пока тот лично не спроваживал его.

Аролан не смутился присутствию Лунтана, опершегося о посох. Он развернул письмо и с озорной улыбкой принялся за чтение. Спустя пару минут, принц бережно свернул свиток и убрал его за пазуху.

– Ждёт в гости с супругой, – коротко пояснил Аролан ожидавшему магистру.

Белесые брови Лунтана поползли вверх.

– Простите, с супругой?

– А я не говорил? – безмятежно вопросил Аролан, любуясь изумленным выражением лица учителя. – Я вскоре женюсь.

– Но… – Лунтан выпрямился, язык его путался в словах. – На ком? Когда? Нужно подготовить ритуалы. Из каких она эльфов? Знатных кровей?

Аролан поморщился от суетливости магистра.

– Это не имеет значения. Горные духи примут её в любом случае. Подготовь всё к полной луне.

Лунтан порывался задать ещё вопросы, выяснить детали, образумить принца от совершения глупой ошибки из-за очередной забавы, но не дал себе волю и покорно склонил голову.

– Слушаюсь, Ваше Высочество. Мне стоит беспокоиться? – всё же решил попытаться Лунтан.

Золотые глаза Аролана опасно сверкнули, не предвещая ничего хорошего.

– Боюсь, тебе не понравится мой выбор. А родители и вовсе решат, что я обезумел.

Одной лишь этой фразы магистру оказалось достаточно, чтобы понять намерения принца. Раскрыв рот в изумлении, Лунтан схватился за грудь.

– Невозможно. Она не могла сломать чары. Я же наблюдал за вами, и она…

– Не могла, – мрачно кивнул Аролан. – Да разве меня это остановит? Приступай к работе.

Махнув рукой, принц погрузился в раздумья и не заметил, с какой тревогой и сочувствием на него посмотрел учитель, покидая зал.

***

После пира в честь совершеннолетия Аролана Юмэлия почти семь лун не покидала кузню. Лишь один раз Жюли удалось выманить подругу из дома на прогулку по городскому рынку, где развернули свои цветастые шатры торговцы из далёкого Ганорала, города пещерных эльфов. Но Юмэлия была настолько отстраненной и печальной, что Жюли сжалилась над ней и оставила подругу наедине с золотистым сапфиром и тоскливыми думами.

Днями и ночами Юмэлия обтачивала и шлифовала драгоценный камень. Но настолько сильно погрузилась в работу, что совсем источила сапфир, и теперь его хватало лишь на одну серьгу. Удрученная своей невнимательностью, Юмэлия подготовила золотую основу для украшения, переплавив обручальное кольцо матери, которое пылилось без дела на полке в кузнице. Когда золотистый обруч плавился от огненного дыхания горна, Юмэлия ощущала жгучее облегчение, граничащее с безумием.

Сиолан не вмешивался в дела дочери, как и не позволял Юрдзангу тревожить сестру без надобности. Не впервой кузнец видел дочь такой, и не первое украшение её матери нашло своё новое начало в жерле пылающего горна.

Поглядывая искоса на занятую обработкой Юмэлию, Сиолан нередко порывался нарушить гнетущее молчание кузни, но его порывы стихали быстрее, чем раскалялось железо в его руках.

На седьмую ночь Юмэлия закончила подготовку сапфира, когда почти полная луна взошла над сизыми пиками Тихих гор. Откинувшись на стуле, эльфийка устало потёрла глаза. В голове её было непривычно пусто. Усталость подкрадывалась к Юмэлии незаметно, шаг за шагом, даруя долгожданное успокоение.

Она взяла в руки сапфир, который принял под её умелыми пальцами каплевидную форму. Юмэлия вгляделась в золотистые брызги света, танцующие на ровных гранях камня. В полумраке кузни, освещаемой затухающими угольками в горне, сапфир казался крохотным солнышком, заточившим в себе ослепительный свет тёплого дня.

Улыбка растеклась на устах Юмэлии, кончики пальцев закололо от исполненных ожиданий. В мыслях эльфийки роились виды чар, которые она хотела бы наложить на украшение, но пока ни один из них не приглянулся придирчивой Юмэлии.

– Это ты кому? – звонко осведомился Юрдзанг, юркнув из-под стола, где всё это время прятался в ожидании, пока отец отправится спать.

Юмэлия зевнула и взлохматила волосы брата свободной рукой.

– Не знаю. Пока никому.

Стряхнув пыль с колен, Юрдзанг наклонился к сестре и заговорщически зашептал:

– Ты же будешь зачаровывать камень, да? А меня научишь, пока отец не видит?

Юмэлия, покачав головой, любовно вгляделась в лицо брата, так похожего на отца, и лишь его глаза, чуть раскосые, выдавали в нём черты матери.

– Ты слишком мал. Даже от крохотного заклинания свалишься в беспамятство на несколько дней.

От слов Юмэлии Юрдзанг нахмурился и упер руки в бока.

– А вот и не свалюсь, – но тут же сменив гнев на неутолимое детское любопытство, сложил руки в молитвенном жесте. – Ну пожалуйста!

Юмэлия тихо рассмеялась и ткнула в лоб брата указательным пальцем.

– Обещаю, когда тебе стукнет двенадцать, обязательно научу.

– Целых два года ждать! – всплеснул руками Юрдзанг, но, спохватившись, понизил тон и покосился на дверь кузни. – Обещаешь? Точно?

– Конечно, – улыбнулась Юмэлия и указала за спину на шкаф с магическими ингредиентами. – Подай масло имирского кита. Только будь осторожен, не пролей, а то шершавые осы налетят.

Юрдзанг энергично кивнул и торопливо направился к шкафу, пока Юмэлия подготавливала кисть и вспоминала нужные слова для заклинания.

– А подари серьгу принцу, – вдруг произнёс Юрдзанг, передав сестре глиняную баночку с густым желтоватым маслом. Юмэлия от неожиданности чуть не выронила её, но брат поспешно подхватил баночку и поставил на стол от беды подальше.

– Это ещё почему? – поперхнувшись, Юмэлия вскинула тонкие брови.

Юрдзанг взял сапфир и покрутил его, восхищенно разглядывая.

– У него глаза такого же цвета, – заявил он и положил камень на стол. – Думаю, ему понравится. Жаль ты раньше не закончила, отдала бы, когда принц к нам заходил.

Юмэлия вскочила со стула и в порыве двинулась к двери, но вовремя себя остановила, осознав, что сейчас-то принца в их доме быть никак не могло.

– Аролан заходил к нам? Когда?

Юрдзанг уселся на освободившийся стул, следя за тем, как Юмэлия меряет шагами кузню.

– Пару дней назад, когда ты ушла гулять с Жюли.

Юмэлия остановилась и прикрыла пылающее лицо ладонями. Былого спокойствия, как не бывало. Внутри эльфийки зарождалась буря, источником которой вновь являлся Аролан.

– Зачем он приходил? – сквозь щелочку меж раздвинутых пальцев Юмэлия посмотрела на брата. – Долго здесь пробыл?

– Недолго. А зачем – не знаю, – Юрдзанг лукаво прищурился, ковыряя пальцем спинку стула.

– Юрдзанг, – Юмэлия скрестила руки на груди и выжидающе уставилась на брата. Тот немного помялся для вида, но, хитро улыбнувшись, протяжно проговорил:

– Научи заклинанию.

Желание выведать правду пересилило здравый смысл, а потому Юмэлия, вздохнув, покорно взмахнула рукой.

– Ладно. Научу тебя зажигать магический фонарь.

– И тушить, – Юрдзанг соскочил со стула и на цыпочках подбежал в угол кузни, где схватил с полки спящий фонарь.

– Говори уже, – окончательно сдалась Юмэлия, падая на стул.

Вернувшись к сестре, Юрдзанг, приставил ладошку ко рту и зашептал ей на ухо:

– Я плохо слышал, уловил только крошки. Принц хочет на ком-то жениться и попросил отца сделать его будущей жене подарок.

Юмэлия быстро заморгала. В груди эльфийки что-то неприятно заворочалось. Юмэлия не сразу сообразила, что это было её сердце. Обозлившись на себя за неясную грусть, она едко вопросила:

– Жениться? На ком? На Идрисии? Или на очередной фаворитке знатного происхождения?

Юрдзанг от неожиданной вспышки сестры отпрянул от неё и пожал плечами.

– Чего не знаю, того не знаю.

Подперев голову пальцами, Юмэлия уперлась взглядом в угли горна. Они на миг вспыхнули, чтобы вновь потухнуть.

– А подарок какой? – безынтересно вопросила Юмэлия, ощущая, как тело её каменеет.

– Кольцо конечно же, – усмехнулся Юрдзанг. – Что же ещё дарят на свадьбах?

Юмэлия не стала вдаваться в подробности, перечисляя возможные подарки от мужчины для его любимой женщины. Она лишь вскинула бровь, поражаясь странности выбора исполнителя прихоти принца.

– Но отец не ювелир.

– Нет, – перекатываясь с пятки на носки, скучающе зевнул Юрдзанг. – Поэтому отец, скорее всего, попросит тебя.

– Как-то странно всё это, – под нос пробурчала Юмэлия, переводя взгляд на сапфир, издевательски сверкавший золотом с поверхности стола. Горечь встала комом в горле эльфийки. Отворив ящик стола, она закинула в него камень и резко захлопнула.

– Так что там с заклинаниями? – Юрдзанг вынырнул прямо перед лицом сестры, прогоняя мрачную тревогу, протянувшую к Юмэлии скользкие щупальца.

– Хорошо, проказник, – эльфийка попыталась пробудить в себе жизнерадостность. – Запоминай хорошенько. Покажу только один раз.

Остаток ночи брат и сестра провели за оттачиванием заклинаний, не ведая, что все это время за дверью кузни стоял их отец, то и дело смаргивая накатывающие слёзы.