Читать книгу Сердце Ведьмы - - Страница 10

Воздух всё ещё дрожал им.

Пространство казалось узким не из-за стен – из-за него.

Даже когда он ушёл, его тепло не покинуло мою кожу.

Оно жгло – на запястье, там, где его пальцы обвивали мою руку, и на талии, где он держал меня так, будто мог распоряжаться моим дыханием.

Сердце билось не в груди – а в его ритме.

И даже пустота, оставшаяся после него, пахла им – чем-то холодным, пряным, запретным.

Чёртов Кайл.

Его голос всё ещё звенел в ушах – низкий, обжигающий, будто царапал изнутри.

Он говорил тихо, но его слова разрезали воздух, как лезвие.

Разрезали меня.

Сердце взорвалось где-то между его дыханием и моим.

Я ненавижу, как тело реагирует. Как дрожь проходит по коже, когда он смотрит.

Как будто между нами натянут провод, и каждый его взгляд – как искра, проходящя сквозь меня.

Он видел это. Чёрт, он чувствовал каждую реакцию, будто считывал по венам.

А я – не могла спрятаться даже в собственном теле.

И всё же внутри что-то тянуло.

Не пустота – вибрация. Ток, живущий под кожей.

Как будто он оставил во мне часть себя, невидимую, но осязаемую.

Каждый вдох отдавался электричеством, каждая мысль – звуком его голоса.

Он будто включил во мне что-то, чего я не знала.

Что-то, что больше не хотело спать.

Перед глазами вспыхнула та сцена.

Лампа.

Свет.

Треск.

И запах горелого воздуха.

Осколки сыпались, будто дождь, а он лишь хмуро посмотрел и бросил: «старьё».

Но я помню не звук – ощущение.

Как будто внутри меня сорвалось что-то натянутое.

Как будто весь воздух вокруг стал наэлектризованным и не выдержал.

Его взгляд был искрой, моя злость – топливом.

И тогда всё просто… взорвалось.

Я обхватила себя за плечи.

«Нет, это бред.»

Нервы. Шок. Адреналин.

– «Это не бред, Эви.»

Голос прозвучал так, будто кто-то прошептал прямо в мозг.

Я замерла, дыхание застряло где-то между вдохом и страхом.

Женский. Мягкий. Слишком живой, чтобы быть воображением.

Он не пришёл снаружи – он жил во мне.

Под кожей.

Между мыслями.

И от этого было страшнее всего.

– Кто… кто это? – прошептала я, оглядываясь, хотя знала, что вокруг никого нет.

– «Не бойся. Это я. Лира.»

Мурашки пробежали по коже.

Лира.

Я вспомнила – ту самую собаку из парка. Те глаза. Тот голос. Тогда я думала, что схожу с ума.

Но сейчас… этот голос звучал чётко, ясно, с лёгкой улыбкой в интонации.

Слишком живо, чтобы быть воображением.

– Я… я сплю, да? Или у меня крыша едет?

– «Если хочешь – можешь считать, что спишь.»

– Прекрасно. – Я усмехнулась нервно, прикрыв лицо ладонями. – Теперь я разговариваю с голосами. Идеально.

– «Не с голосами, Эви. Со мной. И нет, ты не сходишь с ума. Просто твоя магия наконец-то проснулась.»

– Моя… что? – голос предательски дрогнул.

Внутри всё будто перекосилось. Слово повисло в воздухе, я даже не могла понять, смеяться мне или закричать.

– «Магия. Она связана с эмоциями. А Кайл… он стал спусковым крючком. Когда ты разозлилась – лампа лопнула. Это не совпадение.»

Я почувствовала, как по спине прошёл холодок.

Магия?

Слово обожгло сознание, и я вдруг расхохоталась – коротко, нервно, будто звук вырвался сам.

– Да, конечно. Следующий шаг – метла и котёл, да?

– «Шути сколько хочешь, Эви. Но отрицание не делает реальность менее настоящей.»

Голос стал мягче, будто она улыбалась, но в нём звучала тень силы.

– «Ты почувствовала это, правда? Как будто что-то внутри тебя сорвалось. Не просто злость – вспышка. Сила, которой некуда было деваться.»

Я сглотнула.

Да.

Она была права.

Я чувствовала.

Это ощущение – как электричество под кожей, как будто кто-то на секунду включил свет во мне.

И от этого стало страшно.

– «Не бойся, Эви. Это не что-то чужое. Это не зло. Это ты. Просто твоя магия слишком долго спала.»

В её голосе не было приказа – только тихая уверенность, от которой внутри стало ещё беспокойнее.

Я провела рукой по лицу – пальцы дрожали, будто тело само не верило в то, что слышит.

– Почему сейчас? Почему вдруг всё это началось? – голос сорвался, чуть громче, чем хотелось.

– «Потому что ты взрослеешь. Твоё тело готовится принять силу обратно. Скоро всё изменится.»

Я замолчала.

Гул стоял в голове, будто кровь шумела слишком громко.

Её голос – ровный, ласковый, почти материнский – странно контрастировал с тем, что творилось внутри.

Всё во мне дрожало – не от страха даже, а от того, что я не могла понять, где заканчиваюсь я и начинается то, что просыпается.

– «Скоро ты поймёшь. Но сначала – перестань бояться себя, Эви.»

И тишина.

Как будто кто-то выключил звук в мире. Воздух стал плотным, неподвижным, и я не сразу поняла – это голос исчез… или я перестала его слышать.

Я осталась стоять одна, глядя на пустой коридор, чувствуя, как сердце всё ещё бьётся слишком быстро.

«Не бойся себя.»

Смешно. Я всегда боялась не людей, не боли – только потери контроля.

И вот сейчас – именно это и происходит. Контроль утекает сквозь пальцы, как вода, а я даже не пытаюсь его удержать.

– Эви! – окликнула Вики, едва я вышла из коридора.

Я вздрогнула. Голос Вики выдернул меня из мыслей. Она стояла у окна, прижав к груди учебники, глаза блестели от нетерпения.

– Где ты пропадала? Я уже успела похоронить тебя мысленно! – Она подлетела ко мне, цепляясь за запястье. – Кайл только что прошёл оттуда, – она кивнула на коридор, где я только что была. – И угадай, кто появился сразу после него? Ну?!

– Ничего… – я выдохнула, будто воздух сам пытался вырваться из груди. – Просто разговор.

Слова прозвучали ровно, но внутри всё ещё бурлило, сердце стучало, словно пыталось сорваться наружу. Я пыталась спрятать дрожь в голосе, но знала, что Вики чувствует её.

– Просто разговор?! – она округлила глаза. – Это же Кайл Майерс! Он с девушками не разговаривает, он их… – она закатила глаза. – Ну, ты поняла.

Я слышала каждое её слово, но оно словно отскакивало от моей собственной паники. Внутри меня что-то сжалось, будто его холодный взгляд всё ещё оставался на моей коже, прожигая насквозь.

– Что он хотел? – Вики не отставала, глаза блестели от нетерпения. – Сказал хоть что-нибудь? Или просто стоял там, как обычно, с этими своими убийственными глазами?

Я невольно закрыла глаза, ощущая, как воспоминание о его взгляде снова вспыхивает внутри меня, как раскалённая лава. Холодное. Хищное. Оно прожигало насквозь, оставляя странное, болезненное тепло за рёбрами.

– Ему… просто нужно было что-то уточнить. Мы соседи, – выдохнула я, пожав плечами, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Словно я не придавала значения тому, что только что произошло, хотя внутри всё ещё бурлило.

– Соседи?! – Вики подпрыгнула на месте, будто её тело не могло вместить столько удивления. – Почему ты сразу не сказала?! Ты живёшь рядом с ним?!

Я почувствовала, как в груди что-то сжалось. Сердце застучало быстрее, и я инстинктивно отвела взгляд.

– Это… неважно, – выдохнула я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, ровно. Словно я сама пыталась убедить себя в этих словах.

– Ещё как важно! – Вики скрестила руки на груди, и её глаза загорелись почти огнём. – Ты понимаешь, сколько девчонок готовы убить за то, чтобы просто узнать, где он живёт?

Я замерла, наблюдая за ней, и вдруг осознала что-то новое: в её взгляде не просто любопытство. Ревность. Тихая, едкая, почти невидимая на поверхности, но такая настоящая, что будто могла укусить. И внутри меня что-то скользнуло – странное чувство смешанной боли и удивления.

– Ты же вроде говорила, что он тебе просто нравится, – напомнила я тихо, стараясь звучать спокойно, хотя внутри всё ещё бурлила смесь смущения и странного напряжения.

Вики фыркнула, отвернувшись и закатив глаза. – Ну, может, немного больше, чем просто. Но неважно! – её голос дрожал от возбуждения, будто ей самой трудно было сдержать эмоции. – Что он тебе сказал?

Я сжала учебники в руках, чувствуя, как ладони слегка дрожат. – Я уже сказала. Ничего особенного.

Она сузила глаза, прищурилась и недоверчиво хмыкнула.

– Угу. Конечно. А ты вся красная, будто с пробежки вернулась.

Я вздохнула, ощущая, как кровь всё ещё стучит в висках.

– Вики… давай просто забудем, ладно?

Она нахмурилась, слегка отступив, но в её глазах осталась неугомонная искра любопытства.

– Ладно. Но если он вдруг снова подойдёт к тебе – ты обязана рассказать мне всё. До последней детали.

Я кивнула, едва заметно, скорее как сигнал, чтобы она наконец замолчала, чем потому что хотела что-то раскрывать.

И всё же, пока мы шли по коридору, моё сердце стучало слишком быстро, а взгляд сам собой возвращался к воспоминанию о его глазах – холодные, хищные, с тенью, будто он мог прожечь насквозь даже стены. Словно оставил внутри меня невидимый шрам, который шептал о его присутствии.

– Пойдем в кабинет 203, – сказала Вики с лёгкой улыбкой, словно ничего страшного не произошло, хотя сама искрилась от предвкушения. – У нас сейчас урок у миссис Ховард.

Коридор был шумный: голоса, смех, скрип каблуков по плитке. Я пыталась идти спокойно, но каждое движение отзывалось эхом в груди, словно коридор отражал не просто мои шаги, а каждое чувство, что я пыталась спрятать.

Класс встретил нас шумом, как будто стены дышали чужими голосами. Кто-то спорил у доски, кто-то смеялся, а миссис Ховард – строгая женщина с холодными глазами, аккуратным пучком – стояла у окна, записывая что-то в журнал.

– Тише, – её голос мгновенно притушил весь гул. – У нас сегодня новенькая. Проходи, милая. Представься.

Несколько пар глаз тут же скользнули по мне. Кто-то хмыкнул, кто-то едва заметно улыбнулся. Я ощутила странное напряжение в плечах: внимание было липким, как чужие руки, и сердце стучало слишком громко, будто его могли услышать даже через стены.

– Эвелина Карвер. Мы недавно переехали, – сказала я ровно, но тихо, чувствуя, как каждая фраза колеблется на грани уверенности и смущения.

– Добро пожаловать, мисс Карвер, – кивнула миссис Ховард. – Надеюсь, ты быстро привыкнешь. Можешь сесть… рядом с Вики, кажется, да?

– Ага! – радостно воскликнула Вики, хлопая ладонью по свободному стулу, как будто каждый звук её руки успокаивал моё пульсирующее сердце.

Я подошла, села, стараясь не зацепиться взглядом за кого-либо. И тут лампа над головой слегка мигнула. Всего на мгновение. Но я заметила. И сердце сбилось с ритма.

«Опять?» – мысленно пробормотала я, сжимая ручку, ощущая, как ладонь прилипает к холодному пластику.

– «Это тоже я?»

Голос откликнулся почти сразу – мягкий, с лёгкой насмешкой:

– «Нет, на этот раз нет. Просто остаточный след. Энергия не уходит сразу. Она всегда рядом, пока ты не научишься управлять ею».

Я сглотнула, чувствуя странное тепло и холод одновременно.

– «Ты хочешь сказать, что это… магия?» – мысленно спросила я, и сердце начало биться ещё быстрее.

– «Хочу сказать, что отрицать её – всё равно что пытаться не дышать» – прозвучало в голове, живо и уверенно.

Я выдохнула, нервно посмеялась – смешно. В новой школе, среди обычных подростков, я слышу голос, который утверждает, что во мне есть магия. Отличное начало года.

Вики толкнула меня локтем, прошептала:

– Что-то ты побледнела. Точно всё нормально?

Я отвернулась, пытаясь скрыть дрожь в голосе:

– Да. Просто… странный день.

– «Он ещё станет страннее» – усмехнулась Лира мысленно. «И ты это знаешь.»

По спине пробежал холод, поднимаясь, будто кто-то провёл пальцами по позвоночнику. Сердце стучало неровно, и я не знала, от страха ли, или оттого, что где-то глубоко внутри – эти слова отзывались странным, почти болезненным эхом.

День тянулся бесконечно.

Первый день в новой школе.

И, кажется, я уже успела пройти целый год за эти часы.

Слишком много нового, для первого дня.

Игра, этот чертов Кайл и его хищный взгляд, который прожигает насквозь.

Дурацкая лампа, которая взорвалась

И Лира. Ее голос, слишком живой, что бы быть просто эхом.

Я шла по коридору, стараясь не встречаться взглядом ни с кем.

Вики болтала рядом, жестикулируя, как обычно, будто не существует ничего, что не может быть обсуждено.

Она рассказывала про кого-то из старшеклассников, но я едва слышала – мой разум всё ещё пытался осознать все то, что произошло со мной сегодня.

Когда мы вышли к воротам школы, шум коридоров остался позади, но в ушах ещё звучали голоса и смех. Вики повернулась ко мне с улыбкой, яркой и заразительной, как солнечный луч среди серых стен.

– Хочешь, подвезу? Папа за мной заедет через пару минут, – сказала она, и в её глазах мелькнуло нетерпение, будто ждала, что я скорее соглашусь, чем откажусь.

Я покачала головой, стараясь выдавить ровный тон, хотя сердце всё ещё стучало слишком быстро.

– Нет, спасибо. Я живу недалеко. Хочу пройтись.

Вики не сразу ответила. Потом её лицо оживилось, и она подсказала с лёгкой озорной ноткой:

– Как хочешь. Но завтра расскажешь, что там было с Кайлом. – Она наклонилась чуть ближе, глаза блестели любопытством, почти невинной жадностью к деталям. – Не прикидывайся, я видела, как он на тебя смотрел!

Я натянула улыбку, прикрыв дрожь, которая всё ещё пробегала по рукам и спине.

Не хватало ещё объяснять то, чего сама не понимала, – все эти чувства, магия, лампа, его взгляд.

Я шла по знакомой улице. Город, казалось, внезапно стал тише. Шум машин и голосов растаял в воздухе, который теперь казался плотным, густым, почти осязаемым. Мои шаги отдавались в голове слишком громко. Каждое движение казалось странно выделенным, будто я шла по сцене, где все глаза обращены на меня, даже если их никто не видел.

Поднявшись по ступеням, я подошла к двери дома, и замерла. Внутри слышались голоса, обрывки фраз.

– Ей пока рано, знать… – тревожно сказала мама. – Она не готова.

– Она должна знать, Лилиан, – прозвучало женским, мягким голосом, наполненным силой и уверенностью. – Время пришло. Магия просыпается, ты не сможешь её сдерживать.

Сердце сжалось, а дыхание застыло.

Магия.

То же слово, которое Лира повторяла мне в коридоре, когда лампа взорвалась. Холодок пробежал по спине, и ладони непроизвольно сжались в кулаки.

Я не двигалась, будто сама улица замерла вместе со мной, и лишь шум моего сердца звучал слишком громко, отдаваясь эхом в ушах.

Щёлкнул замок, и дверь распахнулась, словно сама реальность открыла мне новый, незнакомый мир.

В гостиной стояли две фигуры. Мама, спокойная, но с тревогой в глазах, и рядом – девушка с необычно светлыми волосами, мягкими чертами лица и глазами цвета дымки. Они казались одновременно знакомыми и чужими, словно призраки из сна, в который не хочется просыпаться.

– Эви… – мама моргнула, будто не ожидала увидеть меня так рано. – Ты уже пришла.

Я ступила внутрь медленно, будто каждый шаг отдавался в груди громким эхом. Взгляд метался между ними, сердце сжалось в комок.

– Кто это? – выдавила я, пытаясь держать голос ровным, но он дрожал от напряжения.

Девушка улыбнулась, мягко, тихо, но в улыбке была сила, словно она знала ответы на все вопросы мира.

– Мы уже знакомы. Просто в другом обличии.

Я моргнула. Голова закружилась.

– Что? – голос почти сорвался.

– Рада наконец-то встретиться с тобой, Эвелина, – сказала она, делая шаг ближе. – Это я, Лира.

Имя ударило током по всему телу. Я отпрянула, словно кто-то резко дернул меня за плечо.

– Это… невозможно. Ты – собака.

– Не совсем, – её губы тронула лёгкая, почти человеческая улыбка. – Это лишь одна из моих форм. Человеческий облик я применяю, когда это необходимо.

Я застыла, словно замороженная. Внутри всё дрожало: страх, удивление, смятение и невероятная тревога. Сердце билось в груди так громко, что казалось, оно хочет прорваться наружу.

– Мам… Что происходит? – я перевела взгляд на мать, надеясь найти там хоть немного ответов. Она казалась спокойной, как всегда, и это только усиливало ощущение нереальности происходящего.

Мама медленно вздохнула, опуская плечи, и в её движениях была усталость, смешанная с пониманием: сегодня всё изменится.

– Я знала, что этот день придёт, – сказала она, голос дрожал впервые за все мои семнадцать лет. – Эви… ты должна кое-что узнать.

Сердце застучало быстрее, воздух в комнате будто сгущался. «Кое-что узнать… о чём? Почему всё так сложно?» – мысли перескакивали друг через друга, и я ощущала, как в груди поднимается странное предчувствие.

Я сделала шаг вперёд, будто хотела сократить расстояние между мной и правдой, которая лежала прямо перед глазами, но все ещё оставалась скрытой.

– Узнать? – повторила я почти шёпотом, хотя в горле стоял ком. – О чём, мам? Что вообще это значит?

Мама посмотрела на меня, её глаза были полны тревоги и усталости, смешанной с тихой решимостью.

– О нас, – сказала она наконец, почти шепотом, как будто боялась, что сама правда может причинить боль, если прозвучит слишком громко. – У нас с тобой есть огромная сила. Сила, способная изменить весь мир.

Я моргнула, не успевая осознать каждое слово.

Сила.

Изменить мир.

Всё это казалось слишком невероятным, чтобы быть правдой.

– Эвелина… – мама продолжила, и голос её стал мягче, чуть теплее, почти умиротворяюще, – ты и я… мы ведьмы. А Лира… она действительно твой фамильяр, хранитель, наставник, часть тебя самой. Она связана с тобой с самого твоего рождения.

Мир вокруг будто сдвинулся. Слово «ведьмы» висело в воздухе, тяжёлое и острое. Я даже не сразу смогла выдохнуть.

– Ведьмы? – вырвалось у меня, голос дрожал. – Мам, серьёзно? Это розыгрыш, да? Или я попала в чёртов сериал?

Лира стояла рядом спокойно, её глаза искрились мягким светом, без тени насмешки.

– Это правда, – сказала она. – Ты чувствуешь магию. Она откликается на твои эмоции.

Я почувствовала, как ладони сжимаются в кулаки. Всё тело будто сжалось, сердце колотилось в бешеном ритме, а разум пытался переварить услышанное.

Мама осторожно протянула руки, словно хотела меня коснуться, но я шагнула назад.

– Нет. Нет, это бред. Лампа просто старая, ты – просто голос в моей голове, а мама… – я сорвалась. – Мама просто боится, что я схожу с ума, вот и придумала сказку.

Мама медленно подошла ближе, глаза её были полны тревоги и нежности одновременно. Я стояла на месте, сердце сжималось от того, что вот-вот услышала то, что раньше казалось невозможным.

– Эви… – сказала она тихо, – когда ты была маленькой, твоя сила начала проявляться раньше времени. Ты не могла её контролировать, а мир вокруг был слишком опасен для того, чтобы позволить тебе свободно её использовать.

Я не могла поверить в услышанное. Все это казалось сном, бредом сумасшедшего.

– Я заморозила твою силу, стерла часть воспоминаний о магии… – голос матери дрожал, но в нём была решимость. – Всё это было сделано, чтобы ты могла жить как обычный человек, хотя бы какое-то время.

Я зажмурилась, ощущая, как в груди поднимается смесь злости и ужаса.

– Эви, – мягко сказала мама, подходя ближе. – Я скрывала это, чтобы защитить тебя. Всё, что я делала, было ради твоей безопасности.

– Ты врала мне всю жизнь, – выдохнула я, руки дрожали. – Всё это время!

– Я защищала тебя, – тихо ответила мама.

– От чего?! – крик вырвался наружу. – От самой себя?!

Тишина опустилась тяжёлым покрывалом. Лира стояла рядом, спокойно, словно свет среди хаоса, наблюдая за мной с мягкой, но непоколебимой уверенностью.

– Она сделала то, что должна была, – сказала Лира. – Но теперь всё изменилось. Магия проснулась. И больше её не остановить.

Я смотрела на них обеих, чувствуя, как под кожей снова пульсирует странная сила – та самая, что заставила лампу взорваться.

И впервые в жизни – я не знала, боюсь я этого или хочу узнать больше.

– Всё это… – руки сжались в кулаки. – Это невозможно. Я не понимаю… я…

– И ты не должна сразу понимать, – сказала Лира, подходя ближе. – Сила внутри тебя проснулась только сейчас. Всё остальное придёт постепенно.

Я подошла к окну.

За стеклом вечер плавился в золоте, но я не чувствовала тепла.

Мир будто сдвинулся – на миллиметр, но достаточно, чтобы я больше не узнавала его.

Ведьмы.

Магия.

Фамильяр.

Слова пульсировали в голове, как инородное тело.

Я не знала, что страшнее – то, что они могли быть правдой… или то, что я начинала в это верить.

В груди что-то непрерывно пульсировало, будто жидкая энергия пробегала по венам, стучала в сердце, вибрировала в пальцах рук. Каждое движение – будь то вдох или шаг – отзывалось эхом внутри, и я почувствовала странное, почти болезненное ощущение силы, которую никогда раньше не знала.

– Эви, – тихо сказала Лира, – не бойся. Ты не потеряешь контроль, пока я рядом.

Я резко обернулась, но её глаза снова встретились со мной, мягкие и уверенные, как будто она знала каждую мою мысль, каждую дрожь в теле. Несмотря на всё, что происходило, на весь этот хаос – её присутствие было странно успокаивающим. Но спокойствие это не снимало волну страха.

– Это… это реально? – голос срывался, дрожал. – То, что я чувствую… магия?

Лира кивнула, её движения были плавными, почти человеческими, но с лёгкой грацией, которой нельзя было объяснить просто привычкой.

– Да, – мягко ответила она. – Всё, что ты ощущаешь, откликается на эмоции. Когда ты злишься, пугаешься, радуешься – это пробуждает силу внутри. Сегодня ты увидела, как она проявилась сама, без контроля.

Я опустила руки, но пальцы всё ещё дрожали. Внутри всё колотилось, стучало, словно дрожащий ручей, готовый прорвать дамбу. Я почувствовала, как энергия словно течёт по всему телу, растекается по рукам, по спине, по коже, и от этого становится и страшно, и невероятно захватывающе.

– Но… – выдохнула я, голос дрожал от непонимания, – почему никто мне об этом не сказал раньше? Почему теперь, когда я вроде бы должна быть готова?

Мама подошла ближе. Её присутствие было спокойным, но каждый её шаг отдавался тяжёлым эхом внутри.

– Потому что пришло время, – сказала она тихо. – Ты взрослеешь, и магия в тебе просыпается сама. Я не могла позволить тебе узнать это раньше, когда твоя сила была неуправляемой.

Я сжала кулаки, но ощущение силы под кожей не отступало. Оно было как живое существо, держащее меня в своих объятиях, не спрашивая разрешения, но и не причиняя вреда… пока я сама не теряла контроль.

Лира шагнула ближе и наклонилась, словно пытаясь вложить в мои мысли уверенность:

– Сегодня ты увидела только тень того, что можешь. Я буду рядом, буду направлять и защищать. Но чтобы понять всё, что происходит, ты должна слушать себя. Прислушиваться к своим ощущениям. Магия – это часть тебя, Эви. Не враг, но и не игрушка.

Я чуть дрожащей рукой коснулась подоконника, и воздух вокруг слегка завибрировал. Маленькая дрожь – но это был отклик силы. Сердце ушло в бешеный ритм, дыхание сбилось, а внутри поднялась дикая смесь страха и восторга. Я вдруг поняла: теперь ничего не будет прежним.

– Ты понимаешь, – мягко сказала Лира, – что это только начало. Ты уже ощущаешь, что внутри тебя есть то, чего никто кроме тебя не сможет увидеть. И да, это пугает. Но именно это делает тебя сильной.

Я сжала пальцы, ощущая вибрацию энергии под кожей. Она была холодной и горячей одновременно, резкой и мягкой, как пульсирующий ток. Всё тело требовало движения, выдоха, действия – а мозг кричал, чтобы остановиться.

Мама подошла ближе, коснулась плеча, но я так и осталась у окна, пытаясь осознать, как всё это возможно.

– Дай себе время, – тихо сказала мама. – Время понять, что ты видишь и чувствуешь. Не торопись.

Я глубоко вдохнула, закрывая глаза, ощущая, как энергия, пульсирующая в моих руках и по спине, постепенно укладывается в ритм. Но внутри меня всё ещё бушевал шторм эмоций – страха, злости, любопытства, желания контролировать и одновременно бежать.

И в этот момент я впервые осознала одну простую истину: мир, который казался мне обычным и понятным, треснул. Через трещину просочился свет. Свет, который теперь жил во мне, дрожал вместе с каждым моим вдохом, с каждым чувством, с каждой мыслью.

Мир изменился. Я изменилась. И мне предстояло узнать, насколько далеко может зайти эта сила… и чем она может быть для меня – искуплением или опасностью.