Читать книгу Необычайно обычные люди - - Страница 6

Свинья не виновата

Буфел

Кто Аполлинарию Митрофанычу Тимофееву дал кличку «Буфел», сия тайна была покрыта мраком. Но кличка была дана не в бровь, а в глаз.

 Аполлон действительно был похож на буйвола. Бессмысленный взгляд из подлобья и упёртость в любом вопросе была его отличительная черта, при чём он постоянно что-то жевал. Буфел лежал на кровати с печальным  лицом, покрытым как обычно трёхдневной щетиной. В его поросячьих глазках была не проходящая грусть. И именно о поросятах сейчас размышлял Аполлинарий, глядя на умирающую в паутине муху. Ему в очередной раз надо было доложить зам по тылу подполковнику Давыдову, что 6 маленьких, розовеньких поросят, только ещё начинающих похрюкивать, опять съела их мать. И он думал, как бы намекнуть  Давыдову, что эту опорось всегда изымает прохиндей нач. прод. майор Новосельцев. Использовать чужой труд и воровать было в крови у наших офицеров и прапорщиков, ведь надо было как-то кормить семью, раз уж государство не хотело содержать армию. Но Новосельцев порой переходил все рамки. Однажды у него от непонятной болезни сдохли две любимые собаки и вместо того, чтобы закопать, он разделал их, отнёс на холодильник, а оттуда взамен прихватил тушу коровы. Ну и в течение месяца кормил собачатиной солдат, вместо телятины.

Время шло, но в светлую голову Буфела не заглянула ни одна умная мысль. Хлопнула дверь, и в избушку на курьих ножках вошёл Давыдов.

Опять ты, Буфел, валяешься, хоть бы встал при виде старшего по званию.

Аполлон медленно соскрёб себя с кровати.

Пойдём, поросят посмотрим.

Да почто их смотреть то, поросята как поросята, сдохли и всех делов то.

Как, опять матка съела? Придётся её колоть, проку то никакого, –  сказал Давыдов.

Не надо её колоть, она всё осознала и больше не будет, – ответил Буфел.

Зам по тылу был далеко не глупым человеком.

Пойдём, в её наглые и бесстыжие глаза посмотрим.

Они вышли из избушки и направились в сарайку. Подойдя к свинье, Давыдов сказал:

Ну-ка, смотри мне в глаза, Марфа, – и ухватил её за пяточок. – А ну, Аполлон, иди-ка и ты сюда. Ты посмотри в её кристально-чистые очи. Она ведь своих детей не ела?

Хрю-Хрю-Хрю – прохрюкала Марфа.

Ты слышал, Буфел? Она сказала, что это Новосельцев, собака серая, упёр её детей.

Хрю-Хрю-Хрю – ответила Марфа.

Вот видишь, и прошлые разы тоже он.

Хрю-Хрю – хрюкнула свинка.

Слышишь, жалуется, замучалась уже рожать говорит.

Буфел опустил глаза, переминая носком сапога коровью лепёшку.

Да я хотел вам признаться, товарищ полковник…

Я подполковник и полковником уже не буду.

Давыдов когда-то занимал должность зам нач полигона и мог бы стать полковником. А может даже генералом.Но однажды на одном мероприятии перебрал со спиртным и переспал с женой своего начальника. После этого его должностной ранг резко поменялся и новых звёзд на погонах уже не светило.

Послушай, Буфел, свинья не испугалась нач. прода. А ты то что зассал? Ты же за мной как за каменной стеной.

Да она просто испугалась, что её прирежут, – промычал Аполлинарии.

Ну что, Буфел? Новосельцева на кол? Изнасиловать его во все щели?

А проку то, тов. подполковник?

Да, Аполлон, я думаю, этого делать не стоит. Ты на него посмотри, он и так всё время в раскорячку ходит, привык уже и я даже подозреваю испытывает от этого удовольствие. Ты вот что, Буфел, выводи своих подопечных на прогулку, а свинью здесь оставь.

Аполлон построил скотину в  шеренгу и повёл на выпас, только один козёл упирался и никак не хотел идти.

Козёл он и в армии козёл, – бурчал Буфел, – Мухтар, иди сюда, ну-ка разберись.

Тут же прибежал, виляя хвостом, Мухтарыч и быстро навёл порядок.

Ну вот, хоть и не по ранжиру, но на организованное подразделение похоже, смотрю на них и сразу наших бойцов вспоминаю, – сказал Давыдов – Они тоже так в столовую ходят.

Бе-бе- блеели овцы, погоняемые Мухтаром.

Разговорчики в строю! – крикнул Буфел.

Новосельцев

Майор Новосельцев сидел у себя в кабинете и, ковыряясь пальцем в носу, строил планы на будущее. Сегодня утром он отправил поездом Мурманск-Санкт-Петербург свою жену на какой-то там конгресс врачей-стоматологов и у него было впереди целых 2 недели холостяцкой жизни.

На вечер уже был заказан столик в ресторане на двоих. Эх, и оторвётся же он со своей драгоценной Марусей! А Маруся была действительно драгоценной. Всё, что он наживал своим непосильным воровством за долгие часы службы, мгновенно превращалось в серёжки, колечки, шубки, бельишко на теле Маруси. И все эти покупки были для него нужны лишь для того, чтобы побыстрее их с неё скинуть. Нач. прод. прекрасно знал, что головой надо думать, а не головкой. Он знал, что вот так, из за низменых инстинктов, сдавались целые города и даже страны. Но ничего не мог с собой поделать. Ведь он же родину не предавал? Наверное? А впрочем. Ну, может быть, чуть- чуть. А может нет? У нас ведь как, если изменник родины, а не родине, то родина и предала.

Мечты Новосельцева прервал вошедший Давыдов.

Ну что, опять в носу ковыряешься, чудо кривоногое? Ты знаешь, что свинья опять поросят съела?

Да ну, что, опять? – Удивился нач. прод., – какая-то ненормальная нам свинья попалась. Надо её колоть.

Нет, колоть пока не будем, собирайся, майор, поедешь на ЦПХ (центральное подсобное хозяйство), к ведущему ветеринару, повезёшь её на обследование. Может таблеток ей каких или травки живительной выпишет, чтобы ганнибализмом не занималась. Узи сделает, мясо ведь долго усваивается. Узнаем, может вовсе и не ела она своих детей. Может кто из офицеров стащил, а Буфелу молчать сказал. У нас ведь знаешь, некоторые офицеры такие суки, последний кусок у солдата готовы отнять. Потом спускают на водку да на баб.

Давыдов хотел увидеть хоть капельку вины в глазах Новосельцева, но, увы, в них была видна только простота и невинность.

Да, есть ещё в наших рядах некоторые индивиды, позорящие честь российского офицера, только бы водку жрать, да по бабам шляться, а о родине и солдатах не думают, – ответил нач. прод.

Постой, а не тебя ли я, Новосельцев, вчера видел у ресторана в обнимку с какой-то дамой, ты ещё песню горланил про белые ночи, про ракеты на страже родины?

Да не, да вы что, да я вчера весь вечер дома полы мыл, картошку чистил, устав вот ещё раз прочитал.

Ну и что там в уставе пишут про расхищение государственной собственности?

Да как что? Карать по всей строгости закона, тов. подполковник.

Ну, если ворюгу найдём, под расстрел тогда пойдёт, я ему устрою сладкую жизнь, – сказал Давыдов.

Да не, тов. подполковник, это точно свинья съела, экология худая, вот они и мутируют.

Да вот я и посмотрю, мутантов у нас в части хватает. Так вот зайдёшь в кабинет, а там мутант сидит, в носу ковыряется.

Я бы вас попросил, тов. подполковник, не унижать моё человеческое достоинство.

Да нет, это я не про тебя, просто сейчас к твоему другану нач. склада заходил, сидит, понимаешь, в носу ковыряться, а что ему ещё делать, склад то пустой, всё мыши поели, даже консервы изгрызли. Главное, даже банок не оставили, одни этикетки в мусорку аккуратно сложили. Наверное, не успели ещё вынести. Какие-то мыши мутанты у нас на складе живут. Ну так вот что. Вся надежда только на тебя, больше никому доверить не могу, ведь на таких как ты наша армия и держится. Скотовозка уже на парах, поедешь в кузове, там две медсестры в кабине тоже туда поедут. За свинью головой отвечаешь, привезёшь здоровую, в целостности и сохранности.

Товарищ подполковник, но у меня же жена, дом.

Жена твоя уехала на 2 недели, а домом твоим будет свинарник, пока свинью не вылечишь.

Ну а как же поставки продовольствия, накладные, тов. полковник? Без меня же тут весь личный состав с голоду помрёт.

Не помрёт, если с тобой не помер. Не переживай, я этот тяжкий труд и заботу возложу на себя. Езжай спокойно, телеграфируй по рации, если что. Возвращайся поскорее, будем ждать. Приедешь обратно, будет тебе и цветы и грамота и премия и орден. Или ордер на арест, посмотрим по ситуации. Сапоги резиновые не забудь, а лучше сразу общевойсковой защитный костюм!

Сидя в кузове, вдыхая ароматы поросюшки и слушая её похрюкивание, Новосельцева стали терзать смутные мысли и сомнения. Но, с каждой новой кочкой на дороге, мысли в голове майора встряхивались и перемешивались к тому моменту, когда он их умудрялся собрать и сформировать в нужном порядке, опять образовалась новая кочка. В конце концов ему пришлось бросить это не благодарное дело. Путь был не близким, грузовик всё углублялся и углублялся в таёжные леса нашей необъятной родины.

Эх, как же там моя Маруся. Даже ведь не знает, что меня ни за что, ни про что заслали свинью охранять, – с грустью думал нач. прод.

Не знал Новосельцев, что у Маруси таких кривоногих нач. продов. хоть пруд пруди. И думает она ни о нём и даже не о них, а о молоденьком солдатике, которому скоро на дембель и как она прекрасно заживёт с ним. Ну, а о чём думает дембель и зачем ему нужна Маруся, догадаетесь сами.

 Грузовик затормозил Новосельцев плавно, не задевая пузом, перемахнул через борт и приземлился в месево жидкой грязи.

Ляпота, – вскрикнул с душевной тоской нач. прод., оглядывая местные пейзажи.

Вокруг были бескраийние минные поля из производных местной живности.

Сюда бы роту солдат с лопатами.Столько навоза пропадает.вот же они жидкие и сухие деньги прямо под ногами. Ни какой организаций! Подумалось нач проду.

Му-му, – приветственно мычали коровы, – иго-го, – словно бы над Новосельцевым ржали кони, – хрю-хрю-хрю, – захрюкала свинка, почуяв вдали своих сородичей.

Ты то что хрюкаешь? У, свинюга. Погрозил кулаком нач прод. Мясом тебя что ли накормить? Ты мясо жрать будешь? Надо бы как то это дело тайком изладить.

Но изладить у Новосельцева не получилось. Подошли два солдата с ветеринаром и увели Марфу. А к нач проду подошёл офицер.

Здравия желаю, тов. майор, я нач. хоз., капитан Заваротнюк. Вы поступаете в моё распоряжение по приказу подполковника Давыдова.

Какой ещё Заворотник, ты что капитан, перед тобой целый майор стоит. – Не Заворотник, а Заворотнюк, а стоять вы у меня не будите. У нас сенокос, нужны рабочие руки. Давыдов сказал, вы стремились подымать армию с колен. Косить умеете?

Да я в руках косы не держал. Завтра в 4 утра пойдём учиться.

Да нет, Заворотник, ты меня не понял. Я тут приехал быстренько свинью обследовать и обратно.

Ну, товарищ майор, это процесс долгий, пока ветеринар разберётся что к чему, мы с вами травку и покосим. Вы же понимаете, скотину то зимой кормить чем-то надо.

И начались трудовые будни Новосельцева. Прошла неделя, потом вторая. Нач. прод. научился лихо махать косой и даже никого не поранил. Заваротнюк периодические контролировал процесс и на третью неделю показал Новосельцеву как надо её точить  и дело пошло горазда быстрее. Новосельцев стал свыкаться с выпавшей на его долю участью. Ему стали нравиться запахи прелой травы и навоза. Он научился слушать пение птиц,журчание речки, стрекотание кузнечиков. И даже комары и мошкара стали кусать его как-то по-родному. Он перестал думать о Марусе и всё чаще стал вспоминать жену и задумываться, а не завести ли им детишек. И вот однажды ему сообщили, что со свиньёй всё в порядке, своих  детей она не ела, психических отклонений нет,признаков мутации тоже. И они с Марфой могут возвращаться в часть.

По возвращению в родные пенаты нач. прод. сразу направился в избушку на курьих ножках в подсобном хозяйстве. Аполлинарий Митрофаныч прибывал в прежней позиции и всё так же наблюдал, как паук доедает очередную жертву.

Ааа, лежишь, гадёныш, ворвавшись в каморку Буфела, – вскричал Новосельцев – Ты меня Давыдову сдал, из-за тебя я на исправительные работы уехал.

Я? Да ни за что, товарищ майор, это всё Марфа нажаловалась, я сам слышал, – сказал Буфел, не моргнув глазом, приняв из лежачего сидячее положение.

Ах ты, свинопас вонючий, да ты у меня, да я тебе.

Что Вы мне? Отправите коровам хвосты крутить? – спросил Аполлинарий, прикуривая сигарету. И вообще, здесь Вам не продовольственный склад. Да и должность у Вас неизвестно теперь какая. Покиньте режимный объект.

Ну, Буфел, я смотрю, ты тут в конец оборзел. Я с тобой попозже разберусь.

Новосельцев, как ему и было предложено, покинул помещение, хлопнув дверью, а Буфел вернулся к прежним занятиям.

Вызывали, тов. подполковник, – сказал Новосельцев, входя в кабинет Давыдова.

Слушай, майор, я с тобой вокруг да около ходить не буду. Пока ты отсутствовал, я просмотрел всю документацию. Мы все, конечно, воруем, жизнь заставляет, и я на многое закрывал глаза. Но ты слишком злоупотребил своим положением. На тебя собралась объёмистая папочка. Ты пока останешься в занимаемой должности, но если положение дел не исправится, то я дам ход этому делу. Ты меня понял.

Да, конечно, товарищ подполковник, я всё исправлю, комар носа не подточит, у меня солдаты и офицеры будут питаться лучше всех на полигоне.

Ну, смотри у меня, а то поедешь на лесоповал и все комары твои будут.

Вот такая вот история. Новосельцев исправился и продовольственный кризис у нас в части закончился. Всё же близость к природе меняет человека. А может и весомые аргументы, приведённые во время.