Читать книгу Развод под ёлку. В 45 все заново - - Страница 3

– Мама, как же так? – всхлипывает дочь на пассажирском сидении.

Я же вообще не в состоянии ни о чем думать. Грудную клетку сдавливает так, что там просто не остается места для боли.

Мне нечем дышать.

Да.

Это самое подходящее описание моего состояния.

Меня будто лишили кислорода.

Легкие вроде функционируют, но кислород закончился. Словно меня выкинули в открытый космос без скафандра погибать мучительной смертью.

Ведь так и есть.

Богдан был моим воздухом, моим всем. Я уже и не помню, как я жила до него. Кажется, что он всегда находился в моей жизни. Да и что значат двадцать семь лет осознанного существования против восемнадцати – детства и юношества, когда не то что жизни не знаешь, себя едва чувствуешь.

И теперь, как быть дальше, я не представляю. Меня будто выпотрошили изнутри, оставив оболочку, и хотят, чтобы она и дальше выполняла функции полноценного человека.

– Мама, что ты будешь делать? – слышу голос дочери, доносящийся до меня словно через толщу воды. – Мама?

Торможу на светофоре и чувствую, как на меня обрушивается весь кошмар случившегося. И в это мгновение вздрагиваю, услышав звук клаксона, оглушающего резким противным писком, звучащим настолько громко, что кажется, у меня из ушей вытащили заглушки.

– Я не знаю, – говорю то, что чувствую.

      Пока я не до конца осознаю масштаб катастрофы. Сердце кровоточит, и душа болит, но голова отказывается верить в увиденный кошмар.

– Ты действительно сейчас собираешься готовить ему ужин?

– Что? – изумленно смотрю на дочь. – Конечно же нет!

– Тогда что ты думаешь делать? Соберешь его вещи и выкинешь?

– Пока… пока я ничего не знаю.

Слишком много вопросов и мало понимания того, каким будет будущее.

Снова позади сигналит автомобиль. И я наконец-то трогаюсь с места. Меня обгоняет огромный джип, и мерзкий мужик, открыв окно, кричит:

– Тупая курица! Не умеешь водить – нехрен за руль садиться! – жмет на газ и уезжает вперед, оставляя после своих слов горький осадок, что наслаивается на случившееся в торговом центре.

Глаза жжет, изображение становится мутным, а в горле стоит такой ком, что я уже не в состоянии его сдерживать.

– Мамочка! – испуганно говори Милана. – Мамулечка, припаркуйся, пожалуйста.

На автомате сворачиваю на обочину и, закусив нижнюю губу, чтобы не разрыдаться в голос, прячу лицо в ладонях.

Меня колотит, а из глаз льются потоки горьких слез.

Я не понимаю, почему муж поступил так со мной.

Ведь у нас и в спальне, и вне ее все было прекрасно. Я никогда ему ни в чем не отказывала. Но не растворялась в муже. Занималась спортом, регулярно посещала косметолога и массажиста. Да и не делала я Богдана пупом земли.

Да, я помогаю ему в бизнесе. Занимаюсь организацией его деловых встреч. Потому что только моему вкусу доверяет супруг, игнорируя секретарш, занятых другими вопросами. А производить сильное впечатление он любит и привык быть лучшим во всем.

Поэтому пускать пыль в глаза его партнерам – моя задача.

И когда я поняла, что мне нравится заниматься этим, а друзья и знакомые наперебой стали просить меня организовать для них какое-то мероприятие, я стала это делать, сначала на бесплатных началах, а затем, когда пошла благодарность в денежном эквиваленте, начала выставлять цену за свои услуги.

Таким образом и появилась моя небольшая студия, занимающаяся организацией важных для людей событий.

У меня нет своих сотрудников. Я, как правило, нахожу артистов или обслуживающий персонал согласно запросу клиента.

Муж только поддерживает мое желание реализоваться. Да и льстит ему, когда меня хвалят со всех сторон. Статус для мужа очень важен. А чем дальше уходит моя слава организатора, тем более статусной женой я становлюсь.

Так неужели это все, что ему от меня нужно? Статус?

– Мама, – обнимают меня руки дочери. – Мамочка, – вздрагивает она вместе со мной, лежа щекой на моем затылке.

Мы оплакиваем с дочкой ее примерного отца и нашу прекрасную семью, прекратившую существование в канун Нового года. Мы обе понимаем, что как прежде не будет. И мне нужно принимать решение.

– Ты разведешься с ним?

– Да, – стараюсь взять себя в руки. – Я не готова к тому, чтобы он приходил ко мне от другой женщины. Не стану готовить ему и притворяться, будто все в порядке.

– Думаешь, он тебя отпустит?

– А куда он денется, – тяжело выдыхаю. – Жить с ним под одной крышей я не буду.

Милана отстраняется от меня, а я вытираю слезы, думая о том, что делать дальше.

– Как думаешь, Марина знала о том, что Ася с папой?.. – несмело спрашивает она.

– Не знаю, доченька, – глубоко вдыхаю и выдыхаю воздух через нос. – Хотелось бы сказать, что нет. Но оказывается, я совсем не разбираюсь в людях

– Они придут на ужин. Надо позвонить и сказать, чтобы не смели заявляться, – тянется она за смартфоном, а мне приходит в голову мерзкая и эгоистичная идея.

– Не надо. Пусть приходят. Сегодня мы проясним, сколько гнилых зерен в нашем саду.

– Что будет, если выяснится, что она была в курсе?

– А что делают с гнилыми овощами? – смотрю на дочь. – Они отправляются на помойку. И я уж точно хранить гниль не собираюсь.