Читать книгу Медвежья лощина - - Страница 8

Луговец был тихим, неприметным городком, но даже он мог похвастаться собственным архивом и музеем. И, конечно, какая же история без хранителей живой памяти? В Луговце эту роль выполняли многочисленные бабушки, которые бережно хранили домашние реликвии, фотографии, письма и могли, словно летописцы, пересказать историю страны, преломлённую через судьбы их родных и близких. Их рассказы, подкреплённые артефактами из сундуков и комодов, были ценнее любой энциклопедии.

Как мне удалось узнать позже, Луговец, несмотря на свои скромные размеры, был родиной более десятка довольно известных личностей, оставивших след в российской истории. Удивительно, но все они были выходцами из самых бедных, трудолюбивых семей, которые на протяжении многих поколений пустили глубокие корни в эту землю. Их взлёт, их достижения были особенно впечатляющими, учитывая их скромное происхождение. Истории этих людей, выросших в простых избах и познавших тяжёлый труд, стали для меня ещё одним подтверждением того, что талант и упорство могут преодолеть любые трудности. Изучая историю Луговца, я понимал, что за каждым тихим фасадом, за каждой невзрачной судьбой может скрываться нечто большее, нечто достойное внимания и восхищения.

Я потратила немало времени, внимательно слушая рассказы местных жителей и проезжих торговцев. В их словах попадались любопытные детали здешней истории, легенды о былых временах и даже забавные бытовые истории. Однако, несмотря на всю эту интересную, но по сути бесполезную для меня информацию, я так и не приблизилась к цели. В их повествованиях не было ни намёка, ни единого упоминания о замке, который, по моим сведениям, когда-то должен был здесь возвышаться. Не было ни слова ни о его загадочной хозяйке, ни даже о легендарном принце, который, возможно, когда-то искал здесь убежище или сокровище. Мне казалось, что я ищу иголку в стоге сена, и каждый услышанный рассказ, хоть и интересный сам по себе, лишь отдаляет меня от нужного направления.

Поэтому после долгих раздумий и перебора всех возможных вариантов у меня остался лишь один, казалось бы, самый трудоёмкий и, возможно, отчаянный выбор: отправиться в архив. Там, среди пыльных стеллажей и пожелтевших страниц, я планировала наводить справки, буквально поднимая документы за несколько веков. Мне предстояло погрузиться в кропотливый поиск, надеясь найти хоть малейшие упоминания о моих потеряшках, будь то затерянные предметы, забытые имена или утраченные связи. Это был долгий и тернистый путь, но у меня не было другого выхода, и я была готова к любым трудностям, лишь бы добиться желаемого результата.

***

Я проснулась от раскатов грома за окном. Первая весенняя гроза обрушилась на лес и Медвежью лощину после полуночи. Крупные капли дождя барабанили по крыше, словно миллионы потерянных душ стучались ко мне с просьбой о помощи. Ветер завывал между деревьями, его жалобный вой перекликался с раскатами грома, создавая ощущение хаоса и беспомощности. Я почувствовала легкий озноб, несмотря на теплое одеяло, и подтянула его ближе к себе. В доме было темно, лишь слабый отблеск молнии на мгновение озарял комнату, выхватывая из мрака очертания мебели и знакомые предметы. Каждый новый удар грома, казалось, сотрясал не только стены дома, но и мою душу, напоминая о хрупкости и уязвимости перед лицом стихии. Мне не спалось, и я лежала, прислушиваясь к разбушевавшейся природе, размышляя о том, что принесёт с собой этот бурный весенний дождь. Может быть, очищение и обновление, а может быть, лишь разрушение и страх.

Когда я поняла, что сон как рукой сняло, почувствовав, что сон окончательно отступил и больше не планирует возвращаться в эту предрассветную тишину, я медленно выползла из-под нагретого за ночь одеяла, ощущая лёгкий холодок комнаты на коже. Накинула тёплый махровый халат, который уютно обволакивал тело и согревал остатки сна, и, тихо ступая босыми ногами по прохладному полу, пошла на кухню в поисках чего-нибудь горячего и бодрящего.

Но до своей цели я так и не добралась. Желание, которое только что горело во мне, отошло на второй план, затмившись внезапным и необъяснимым чувством тревоги. Сквозь стекло входной двери я увидела фигуру человека, поднимавшегося по ступенькам на крытую веранду. Сердце бешено заколотилось в груди. Кто это может быть посреди ночи? Здесь же в округе нет человеческого жилья, кроме моей заимки. Неужели кто-то решился забрести в такую глушь в такое время? Может, у кого-то сломалась машина на просёлочной дороге или кто-то заблудился в лесу и только сейчас добрался до моего дома, отчаявшись найти другой приют? Или кто-то ищет меня намеренно? Эта мысль заставила меня вздрогнуть. Нужно быть осторожной, иначе быть беде.

Я уже миллион раз пожалела о том, что в своё время игнорировала попытки отчима научить меня стрелять и приёмам самообороны. Тогда казалось, что это не пригодится, что это какая-то ерунда. Лучше бы я посидела с подружками, посмотрела сериал. А теперь расхлёбываю. И что мне теперь делать? Сердце колотится в бешеном ритме, руки предательски дрожат, а в голове только одна мысль: «Как же я была глупа!» Если это женщина, то я в любом случае справлюсь, найду способ, заговорю зубы, убегу, в крайнем случае закричу. Но если это представитель сильного пола, да ещё и крепкого телосложения, то мне конец. Надеюсь, поможет хотя бы то, что он не ожидает от меня сопротивления. Надо собраться и придумать план. У меня должен быть хоть какой-то шанс.

Пока я погружалась в свои мысли, размышляя о прошедшем дне и пытаясь разобраться в собственных чувствах, резкий стук вырвал меня из задумчивости. Незнакомец, видимо, нетерпеливый или настойчивый, подошел к самой двери и с силой, оглушительно постучал. От неожиданности я не просто вздрогнула, а буквально подпрыгнула на месте, как будто меня ударило током. Страх мгновенно сковал меня, и я затряслась всем телом, как кролик, беспомощно попавший в силки и осознающий надвигающуюся опасность.

Продолжая дрожать от страха, ощущая холодные мурашки на коже и слыша бешеное биение собственного сердца, я, повинуясь инстинкту самосохранения, выхватила из подставки самый большой и острый нож. Лезвие сверкнуло в полумраке кухни, отражая мое испуганное лицо. Сжимая оружие в дрожащей руке, я медленно, стараясь не издавать ни звука, двинулась к двери, готовая ко всему, что могло ждать меня за ней. Каждый шаг гулко отдавался в тишине дома, усиливая тревогу и предчувствие неминуемой опасности.

Тонкий луч света, пробивавшийся сквозь щели неплотно закрытых ставней, дрогнул. В кромешной тишине затерянного в глуши дома каждый звук отдавался гулким эхом.

– Есть кто-нибудь? – внезапно раздался из-за двери хриплый, словно простуженный, мужской голос. В нем чувствовалась усталость и какая-то испуганная неуверенность. – Помогите, пожалуйста, я заблудился.

Я застыла на месте, сердце бешено колотилось в груди. Инстинкт самосохранения мгновенно взял верх над любопытством. Впустить его в дом? Впустить совершенно незнакомого человека в мою маленькую, такую хрупкую крепость, единственное место, где я чувствовала себя в безопасности? А если он пришел сюда, чтобы поживиться моим нехитрым скарбом? В доме, конечно, не было сокровищ, но для кого-то и старая швейная машинка могла показаться ценной добычей. А что, если у него совсем другие, более зловещие цели? Мысли вихрем пронеслись в голове, рисуя картины одна мрачнее другой. Доверять незнакомцу в этом богом забытом месте было равносильно подписанию смертного приговора. Но как можно было отказать в помощи заблудившемуся путнику, особенно в такой глуши?

После пяти минут мучительных колебаний и сомнений, разрываясь между любопытством и опасением, я всё же решилась. Сердце колотилось в груди, как птица в клетке, а руки слегка дрожали. Аккуратно ступая по шаткому, скрипучему полу, прогнившему от времени и сырости, я, стараясь не шуметь, подошла к двери. В маленькую щель между косяком и дверью я посмотрела на мужчину, который стоял снаружи, ссутулившись от усталости и пронизывающего холода. Его плечи поникли, а голова была опущена, словно он нёс на себе непосильную ношу. Мне вдруг стало искренне жаль его, потому что я прекрасно знаю, каково это – брести по тёмному лесу в ужасную погоду, когда ветер пробирает до костей, а дождь хлещет в лицо, и не знать, получится ли где-нибудь преклонить голову, согреться и найти хоть какое-то подобие убежища. Эта мысль кольнула меня в самое сердце, заставив забыть о собственных страхах и сомнениях.

Приоткрыв дверь на цепочку, я осторожно присмотрелась к нежданному гостю. Холодный ночной воздух просочился в щель, обдав лицо влажной прохладой. В свете редких, но ярких вспышек молний мне все же удалось разглядеть довольно молодое лицо, напряженное и серьезное. Темно-зеленая военная форма с чуть потускневшими шевронами на рукавах плотно облегала плечи. Незнакомец, казалось, промок до нитки, а на его подбородке виднелись капли воды, стекающие по щекам. В его глазах читалась тревога, смешанная с какой-то отчаянной надеждой. Я не могла понять, что ему нужно в такую непогоду и так поздно в лесу.

– Слава богу, что дом не пуст, – еле слышно произнёс он, его голос звучал устало и хрипло, словно он долго шёл и мало говорил. Его лицо было бледным, а на щеках виднелись красные полосы от холода. Капли дождя стекали с его промокшей одежды на деревянный пол, образуя одну огромную лужу.

– Проходите скорее, – произнесла я, шире открывая дверь и отступая в сторону, чтобы пропустить его внутрь. Из дома веяло теплом и запахом свежеиспечённого хлеба. – Только скажите мне, что вы делали в лесу в такую погоду, да ещё и так поздно? – Я с беспокойством смотрела на него, гадая, что могло случиться с этим незнакомцем, чтобы заставить его бродить по лесу в такую бурю. Его взгляд был растерянным, словно он сам не знал ответа.

Едва переступив порог, мужчина упал в обморок, как подкошенный, рухнув на пол с глухим стуком. Его тело обмякло, как кукла, из которой высыпали весь наполнитель. Повисшая в комнате тишина казалась оглушительной, подчёркивая неестественную неподвижность фигуры на полу. Пыль поднялась лёгким облачком от падения и медленно оседала, словно подчёркивая сюрреалистичность происходящего.

Я лишь растерянно развела руками и вздохнула. Сердце заколотилось, а в голове пронеслись беспорядочные мысли. И что мне с ним делать? Звать на помощь? Пытаться привести в чувство? И кто он вообще такой? Незнакомец. Ввалился ко мне как снег на голову и теперь лежит без сознания, создавая массу проблем.