Читать книгу Его грандиозность. Психологический роман - - Страница 3

В тот летний солнечный день на берегу реки, на пляже компания молодежи играла в волейбол. И там была я. С нами находились и другие девушки: красивые и спортивные, но они были немного постарше. Я же на их фоне выглядела обычным подростком, моложе своего возраста.

Неожиданное знакомство началось с того, что какой-то взрослый мужчина каким-то образом оказался совсем рядом со мной и сказал:

– А вы неправильно мяч держите.

В этой фразе сразу можно было бы заметить и доминирование, и определённого рода оценивание моих самых простых действий.

В те семидесятые годы прошлого столетия мир ещё ничего не знал о нарциссизме, хотя эта психологическая проблема существовала всегда. Нарциссическое расстройство – не болезнь в общепринятом понимании, но болезнь нравственности и морали. И эту особенность имеют нарциссические личности, поскольку вся их чувственно-эмоциональная сфера находится в недосягаемости. Их чувства и эмоции заменяются оцениванием. И если они с кем-то знакомятся, то это происходит совершенно не просто так: нарциссы находятся в поиске ресурса, способного дать им подкрепление своей исключительности. В этом поиске подобным людям помогает формула 4S (sex, safety, sourse, service).

Когда такой прекрасный мужчина-нарцисс выходит на охоту с целью восполнить свой ресурс, что может быть более им оценено, чем юная девушка? Обычно это не только вопрос престижа, но и атрибут успеха, к которому стремятся все нарциссы-достигаторы. А для того, чтобы заслужить их благосклонность, девушки должны прежде всего, иметь правильные в их понимании параметры, такие как: возраст, рост, вес.

Об этом мне тогда не было ничего известно, но мой новый знакомый по имени Виктор, увлекая меня разговором, сразу сфокусировал на себе мое внимание. Он всем своим видом источал загадочность и неординарность, а точнее сказать, уводил меня из реальности в какой-то новый иллюзорный мир, полный неопределенностей.

В тот день мы долго сидели у реки. А он, совершенно забыв о времени, был поглощен повествованием о своих достижениях в науке и о многом другом, в чем проявлялась его невероятная эрудиция. Он умел производить впечатление, а я слушала его с интересом, пока не почувствовала, что сильно проголодалась и засобиралась идти домой.

Считается, что питающая и исцеляющая сила эмпатов, как магнит притягивает нарциссов. И, может быть, поэтому отпустить меня просто так Виктор не мог. Он сбегал на свою дачу, расположенную поблизости, и принёс оттуда несколько камешков – необработанных агатов. Собирание их было одним из его увлечений. Он коллекционировал красивые камни и предложил мне взять в подарок те, что больше понравились. Я взяла несколько из них, и он удивился, что так мало. А кроме того, он принёс мне в подарок маленькую книжку по минералогии, на первой странице которой был уже написан номер его домашнего телефона.

Потом он поинтересовался, есть ли у меня телефон, и спросил мой номер. Я ответила, хотя записать было нечем, да и не на чем.

Меня тогда удивили и показались странными его невозмутимость и холодный, отстраненный взгляд. Я подумала, что вообще-то такие красавцы мне никогда не нравились. Просто не мой типаж.

Здесь надо помнить, что в отличие от обычных людей, у которых разум и эмоции взаимосвязаны, нарциссы руководствуются разумом, а в своём поведении используют имитацию и подстройку. Так выстраивается фейковая личность, хотя она может быть очень высокоинтеллектуальной.

Со временем я узнаю о том, как нарциссы завидуют тем, кто способен испытывать целый спектр настоящих эмоций, кто может радоваться разным мелочам из окружающего мира: ребёнку, котёнку, солнечному дню, вкусной еде. Оказывается, им это не доступно. Поэтому, спасаясь от пустоты, они заполняют свою жизнь той деятельностью, которая, по их мнению, принесёт им максимальную пользу и даст насыщение. Но такое насыщение обманчиво, оно приходит и уходит. И снова наступает ощущение пустоты, которая заставляет нарциссов искать новый ресурс, который даст им энергию для полноценной жизни.

Мой новый знакомый казался настолько мудрым, что выглядел старше своих лет. Но в разговоре он собирал информацию и обо мне, то есть сканировал, иногда давая свою оценку, сказав, например:

– Это хорошо, что у тебя такая реакция.

И было непонятно, чем именно мог заинтересоваться такой человек, переполненный знаниями, который к тому же мог сам говорить о чем угодно безостановочно и умел витиеватым многословием раскрыть любую тему или уйти от заданного вопроса, отговариваясь и незаметно ускользая.

А по поводу своего семейного положения он сказал только то, что у него есть дочь, которая тоже талантлива и уже в своём шестилетнем возрасте сочиняет стихи по типу: «В холодильнике творог весь продрог».

Он упоминал только отдельные факты из своей личной жизни, как будто никогда и не существовало никакой истории его семейных и супружеских отношений.

Обычно нарциссы в процессе общения видят в человеке объект влияния и думают о том, как использовать его для выстраивания собственного мира. Они изучают выбранного партнёра так же, как потребитель изучает инструкцию для эксплуатации необходимого оборудования, в то время как сами они никогда не бывают искренними и правдивыми. Нарциссы скрывают от партнера подробности своей личной жизни, боясь разоблачения, поскольку они готовят его к участию в своей игре под названием: «Моя грандиозность».

Вся правда нарцисса заключена лишь в том, что вы ему очень нужны. А значит, в вас он увидел ресурс или источник пользы, который предполагается затачивать под себя. А чтобы никто об этом не догадался, приходится много врать. И это помогает заманивать человека в свою фантазию, как в секту. И после этого начинается этап «лавбомбинга» или «сахарного шоу».

Через несколько дней я уехала отдыхать на Волгу к своей бабушке. И как только вернулась, дома меня ждал телефонный звонок.

Это был звонок от Виктора, и он предложил составить ему компанию для загородной поездки, где он собирался осмотреть месторождение флюоритов и выбрать для себя образцы. Я согласилась, чтобы по дороге в электричке продолжить начатый разговор, который произвел на меня впечатление.

После этой нашей поездки он то пропадал надолго, то неожиданно появлялся и звонил, ссылаясь на свою загруженность, из-за которой он сам себе не принадлежит. Как будто он участвовал в какой-то гонке, когда предлагал мне встречу, а потом сам же ее обрывал, говоря, что хотел только увидеть меня и ему уже нужно бежать куда-то дальше. Но было похоже, что то была гонка ради гонки.

Казалось, что такое общение, которое выражалось в отсутствии привязанности к человеку, не предполагало никакого продолжения. Такое поведение свойственно всем младенцам, которые человека воспринимают как обьект, необходимый периодически для их нужд. При этом у них нет страха потерять его безвозвратно. А во время отсутствия этого объекта у них стирается вся история их отношений. Как будто она закончилась.

Младенцы могут идеализировать свой объект, если с ним связано что-то хорошее, не осознавая, что у того объекта имеются своя собственная жизнь, свои желания и что его качества не всегда и во всем идеальны. Хотя это будет один и тот же человек.

Такое же черно-белое восприятие мира присуще и нарциссам. У них имеется ещё один элемент детского мышления, нормального для возраста до 5 лет. Это магическое мышление, которое является иллюзией контроля. И они считают, что мир вращается только вокруг них.

Виктор мне сказал, что я могу звонить ему домой в любое время. Он будет этому только рад. и это не будет воспринято в его семье подозрительно, поскольку никто никогда не может догадаться, какие отношения его связывают с той или иной девушкой, женщиной.

Причина этого в том, что те, кто наблюдал со стороны деловую и вежливую беседу, видели равнодушного, незаинтересованного человека, который не выявлял никаких эмоций из-за отсутствия таковых. Он, как актёр, уже сыгравший героический образ на сцене, придя домой, становился скучным обывателем.

Вообще-то, обычным людям, которые находятся в отношениях, трудно скрывать свои искренние эмоции. Для этого нужно постоянно держать себя под контролем или ходить с неподвижным и важным лицом. И только холодным, нечувствительным нарциссам, у которых нет доступа ни к эмпатии, ни к совести или стыду, можно просто не имитировать видимость эмоций, которых у них нет.

Они не могут любить, но могут испытывать эйфорию от предвкушения того нескончаемого ресурса, на который нацеливаются, надеясь им заполнить свою внутреннюю пустоту.

Но бывает, что сильные чувства испытывает партнер нарцисса, а он, поначалу создавая видимость взаимности, необходимой, чтобы поймать добычу, затем начинает проявлять снисходительное равнодушие, любуясь тем, что со стороны женского пола интерес к нему настолько велик. Это добавляет ему ощущения еще большей грандиозности и неуязвимости. В то время как ледяная реакция нарцисса на яркие чувства представительниц прекрасного пола причиняет им страдания. Они не подозревают, что нарциссам свойственнен аутоэротизм, который мешает установлению нормальных отношений в паре.

Слушая рассуждения Виктора на тему о незыблемости собственного превосходства, я узнала, что его знакомые эмоциональные девушки были способны дойти чуть ли не до суицида, но чаще до психушки. Ему это очень льстило, и на вопрос о том, не давал ли он повода для такого неадекватного реагирования, он отвечал, что если повод и был, то весьма незначительный.

На самом деле нарциссам нравится применять такую схему, когда в начале отношений они изображают влюблённость, а потом, напитавшись чужими эмоциями, теряют интерес и своей жестокостью доводят девушку до отчаяния.

При этом нарцисс чувствует себя героем, не признавая своей ответственности за произошедшее. Он становится холодным и рациональным, считая, что в этом и есть проявление силы и мужественности, заслуживающее уважения. А влюбчивость и эмпатичность – признак недалекого ума.

В наших с ним отношениях Виктор вел себя так, будто никакой цели у него нет, а его просто интересует современная студенческая молодёжь и не более того. А я как раз в то время была студенткой технического вуза. Он даже предлагал мне свою помощь, узнав, что мне нужно решить какую-то трудную задачку и удивлялся, что я не использую его по назначению.

А если учесть, что такой хитроумный и рациональный человек просто так никогда ничего не делает, значит, для чего-то эти отношения были ему очень нужны.

Иначе как можно понять, зачем взрослому женатому мужчине идти 7 км пешком по зимнему лесу, чтобы увидеть знакомую студентку, которая в зимние каникулы поехала в дом отдыха кататься на лыжах. Возвращался он затемно, и нужно было пройти те же километры обратно до электрички. А потом после зимних каникул постоянно ждать эту студентку возле института, чтобы после её занятий вместе с ней погулять по парку. Но все это он объяснял лишь пользой от пеших прогулок.

Виктор казался мне старомодным. Он был невозмутимым даже тогда, когда я ему говорила, что собираюсь идти на свидание с другим, настойчиво отправляя его домой.

А однажды, устав от его непредсказуемости, я попросила его больше не звонить.

В тот день я решила окончательно попрощаться и сказала об этом, когда он садился в трамвай. И вдруг произошло непредвиденное. Он выскочил из трамвая и стал трясти меня со словами:

– Ты что, с ума сошла? Ты соображаешь, что ты говоришь? – давая понять, что он не только светило науки, а что, оказывается, ему важны наши отношения и в этой сфере мы равны. Он понял, что его подстройка сверху больше не работает, Но в его словах, как обычно, не было никакой конкретики, поскольку нарциссы могут только имитировать свою внутреннюю связь с кем-то, а на самом деле её нет.

Однажды, узнав, что мы с подругой собрались ехать на каникулы в Ленинград, Виктор вдруг решил все бросить и ехать вместе. Сказал, что хочет походить по музеям. Но ехал он туда за своей мечтой, а не за мной. Я это понимала, но уже не могла отказаться от бережного ко мне отношения, к которому привыкла. А он использовал метод поглощения, постоянно игнорируя чужие границы, в результате чего я перестала понимать, где же мои собственные чувства, а где чужие.

Эмпат не может понять природу поступков эмоционально недоступных людей. Он думает, что все люди чувствуют одинаково, хотя выражают свои чувства и ведут себя по-разному. Но это не так. Нарцисс не чувствует и не стремится к открытости и к взаимопониманию. Он ищет спасения от внутренней пустоты, а чужие чувства ему совсем не важны.

Когда Виктор впервые пригласил меня в гости и познакомил со своими родителями, то представил меня просто как свою знакомую, которая хорошо играет на фортепьяно и имеет абсолютный слух. Казалось, что весь его интерес заключался в том, чтобы убедиться, что можно научиться играть на инструменте в обычной музыкальной школе, где, по его мнению, обучение слабое. Это было примером нарциссического черно-белого мышления, когда нужно обязательно противопоставлять себя всему остальному миру.

Взаимодействуя со своим богатым внутренним миром, нарцисс визуализирует чей-то образ, картинку которого он наделяет всеми качествами, которые создает его фантазия. Общение с этой картинкой даёт ему вдохновение, ресурс и временную наполненность.

Нарцисс играет в игру, где ему самому приходится подстраиваться под этот фантазийный образ своего партнера и создавать ложное Я, изображая те качества, которые соответствовали бы запросам этого партнера. Приходится соответствовать критериям идеального мужчины и становиться образцом мужского благородства и щедрости.

Но это была подделка. А Виктор внутренне оправдывал себя тем, что Гений не обязан быть ещё и хорошим человеком.

Сами же нарциссы нуждаются, чтобы фантазийный образ объекта совпадал с его живым воплощением. Но в дальнейшем, видя несоответствие реального объекта придуманному, в конечном счёте разочаровываются и ставят это в вину реальному партнёру. Так происходит переоценка и обесценивание носителя придуманного фантазийного образа, вслед за чем возникают проблемы в отношениях.

Спустя несколько лет я узнала, что в семье Виктора наметился кризис. Его супруга, имевшая высокопоставленного отца, была для него достаточно ресурсной. Но Виктор не мог там занять место на самом высоком пьедестале.

Злые языки усматривали в этом элемент потребительства, но он с данным не соглашался, говоря, что такое предвзятое отношение окружающих к его браку ему всегда только мешало, а не помогало ни в продвижении, ни в получении внешнего восхищения.

Он не был счастлив в семье, но говорил, что женился под давлением своих родителей. И вовсе не он, а они хотели этого брака.

Его супруга, с которой они вместе учились, говорила, что не понимает его и не может расшифровать его проблему. А он, ведя двойную жизнь, старался поддерживать видимость нормальных отношений в уважаемой семье. Общественное мнение не позволяло ему быть инициатором развода, при котором затрагивается вопрос этики и репутации.

И даже после того, как его тестя не стало, он выбрал стратегию, состоявшую в том, чтобы тянуть время и снять с себя ответственность за распад семьи. И чтобы не он, а его жена подала на развод.

Но этого не случилось, и пришлось ему согласиться на то, чтобы было совместное заявление супругов.

Бракоразводные дела Виктора требовали времени и длительных переговоров, но для меня эта тема была окутана тайной, и единственное, что я слышала от него, было:

– Я ради нас с тобой землю рою.

У него дома в гостинной висела старинная картина, на которой была изображена дама в накидке из горностая. Говорили, что это портрет дальней родственницы их семьи. В нем не было идеальной красоты, но он воспринимался как отражение какого-то архетипического образа, с которым мне приписывали некоторое сходство, и он предположил, что в моем роду могли присутствовать потомки аристократии, как и в его роду, которым он очень гордился.

Можно сказать, что в то время он был большим эстетом, ценящим все прекрасное и уникальное, но в отличие от окружающих, не считал меня красивой, говоря, что красивые – это Вивьен Ли и Грета Гарбо, а у тебя всего лишь породистое лицо и идеальная фигура. Поэтому он следил за тем, чтобы я сохраняла свою прекрасную форму. Чуть что:

– Давай-ка худей! Ты прибавила лишнего.

Он часто восхищался зрелищем, картинка которого его особенно впечатлила. Как я спускалась с горы во время нашего отдыха на Кавказе. В этом он находил какую-то поэзию, и поэтому ему так нравились наши совместные прогулки и поездки, которые он с удовольствием организовывал.

Но особенно ему нравилось, и это было для него отдельным развлечением – привозить мне красивую одежду из своих загранкомандировок. Ведь в то дефицитное время в наших магазинах купить было нечего. И он гордился, что имеет доступ к вещам, которые могут создавать прекрасные образы. Но всегда подчёркивал, что женщине, имеющей такое совершенное тело, это не очень-то и нужно, в отличие от всех других серых мышек, которым нужно многое.

Я не считала это хорошим комплиментом и не понимала, зачем нужно меня так идеализировать и обязательно противопоставлять всем другим. Это было похоже на романтизацию, но на самом деле означало другое: если он сам идеален и прекрасен, то и образ его спутницы должен быть его отражением и контрастировать с ужасающим внешним миром.

И эта установка побуждала его говорить красивые слова и совершать красивые поступки. Он использовал нарциссическую бомбардировку, понимая, что эти его инвестиции с лихвой окупятся полученным ресурсом.

Казалось, что так будет всегда. И невозможно было представить, что придёт время, когда он покажет себя в совершенно другом образе.