Читать книгу Магия умирает и с ней умираем мы - Группа авторов - Страница 2

В деревне Лир’Тан, у подножия гор Ор’Мадра, жила девочка по имени Элия.

Ей было четырнадцать.

Она не умела колдовать.

Но она слышала, как магия умирает.

Не слухом.

Не разумом.

А всем собой.

Как будто её тело выполнили не из плоти и костей, а из эха, и каждый звук уходящей магии отражался в ней, как удар в колоколе, который давно перестали бить.

Каждую ночь ей снились голоса.

Не сны посещения.

Она стояла в пустоте, где не было ни земли, ни неба, ни времени.

И вокруг неё шептали.

Не на языке.

Не словами.

Но она понимала.

Это были голоса тех, кого больше не было:

• Древние друиды, что пели рекам, и те слушались их.

• Звездочёты, чьи глаза видели будущее в созвездиях.

• Ткачи туманов, что пряли из воздуха мосты между мирами.

И все они говорили одно:

«Мы уходим.

Нас больше не помнят.

Нас больше не слышат.

И потому нас больше нет».

Однажды ночью ей приснилось, что она стоит в центре Академии Ветров, где когда-то кипела магия.

Теперь там пустота.

Стены покрыты инеем.

Книги в библиотеке превратились в пепел.

И по коридорам бродит тень высокая, в плаще, с пустыми руками.

Кто ты? спросила Элия.

Тень обернулась.

У неё не было лица.

Только светящиеся глаза, как у мёртвой звезды.

«Я последнее заклинание», прошептало оно.

«Меня произнесли… но не закончили.

И теперь я брожу.

Я незавершённая магия.

Я боль, которую никто не чувствует».

Оно протянуло руку.

Элия взяла её.

И проснулась с обожжённой ладонью будто коснулась пламени, которого не было.

Её отец, Горен, кузнец, посмотрел на ожог и вертикальные ролики.

Это не огонь, сказал он, проводя пальцем по коже. Это знак.

Проклятье? спросила мать, Лира, стоя у окна с миской трав.

Может быть, ответил он. Или… что-то хуже.

А может, лучше, тихо сказала она. Она ведь не болеет. Не плачет. Не боится.

Боится, прошептала Элия. Просто боится не того, что вы думаете.

Они посмотрели на неё.

Чего? спросил отец.

Что Я проснусь… и перестану слышать.

Следующей ночью сон вернулся.

На этот раз более яркий.

Она стояла на краю Бездны Забвения, огромной трещины в земле, куда, как говорили, падали все, кто забывал имена богов.

Из бездны поднимался свет, но не тёплый холодный, как лёд.

И в этом свете плавали голоса.

Они кричали.

Просили.

Молили о памяти.

Помни нас

Скажи наше имя

Не дай нам исчезнуть

Элия закрыла уши.

Но звуки шли не снаружи.

Они шли изнутри.

Она упала на колени.

Крикнула:

Я слышу вас, Я слышу

И в этот момент один из голосов вырвался из бездны.

Не тень.

Просто звук чистый, как первый шёпот в мире.

Он обвил её, как плащ.

И прошептал:

«Спасибо».

Потом исчез.

А Элия проснулась с новым ожогом на шее, в форме волны.

Через день пришёл Хранитель Книг.

Тот самый, что приезжал раньше.

Его звали Тар’Вейл.

Он был из Академии Ветров, но не маг.

Он хранитель памяти.

Он вошёл в дом, не стучась.

Посмотрел на Элию.

Потом на ожоги.

Потом в окно, где небо было серым, как пепел.

Ты их слышишь, сказал он.

Да, ответила она.

Кого? спросил отец.

Магию, сказал Тар’Вейл. Не как силу. Не как заклинание.

А как живое существо.

Как душу.

Как голос, который умирает, потому что его не слушают.

Это невозможно, сказал Горен. Магия – это инструмент.

Нет, ответил Хранитель. Это согласие.

Люди не создали магию.

Они подписали с ней договор.

“Мы будем слышать вас. Мы будем помнить вас. Мы будем называть ваши имена”.

И мы забыли, прошептала Лира.

Да.

И магия… ушла в спячку.

Но не все её части.

Те, кого забыли умирают.

Их голоса исчезают.

Их сила рассыпается.

Они превращаются в тени в тишине.

А Элия? спросила мать.

Она Последняя Слушающая, сказал Тар’Вейл.

Такие были в древности.

Не маги.

Не пророки.

А мосты.

Те, кто слышат, даже когда мир молчит.

Почему она? спросил отец.

Потому что она не просила.

Потому что она не использовала.

Потому что она не боится тишины.

Он подошёл к Элии.

Посмотрел ей в глаза.

Ты знаешь, что будет, если ты продолжишь слышать?

Что?

Ты начнёшь видеть.

Потом чувствовать.

Потом помнить то, чего не знала.

И однажды…

Ты станешь голосом.

А если я перестану слушать?

Тогда магия умрёт.

И мир за ней.

Потому что магия – не только сила.

Это память мира.

Без неё мы забудем, кем были.

Мы забудем, как любить.

Как мечтать.

Как надеяться.

На следующий день в деревне перестал петь петух.

Не умер.

Не заболел.

Просто…

Открыл клюв.

И из него вылетел пепел.

Люди шептались:

Это начало.

Это наказание.

Это конец.

Но Элия знала:

Это последний звук.

Той ночью ей приснилось, что она стоит в библиотеке, где книги плачут.

Не метафорически.

Они рыдали.

Страницы дрожали.

Чернила стекали, как слёзы.

А одна книга, старая, в кожаном переплёте, прошептала:

«Я Книга Имён.

В ней записаны все, кто когда-либо колдовал.

И сейчас…

Страницы исчезают».

Элия открыла её.

И увидела:

Имена стираются.

Одно за другим.

Как будто кто-то стирает их пальцем.

Почему? спросила она.

«Потому что их больше не произносят.

Потому что их больше не помнят.

Память последняя магия.

А вы… перестали помнить».

Она закрыла книгу.

Но услышала:

Где-то вдалеке крик.

Не человеческий.

Не звериный.

Это был крик заклинания, которое умирает.

На рассвете она подошла к зеркалу.

И увидела:

Её глаза стали прозрачными.

Не белыми.

Не мёртвыми.

Просто прозрачными, как лёд.

Сквозь них было видно… что-то ещё.

Она не испугалась.

Она улыбнулась.

Потому что теперь она знала:

Она не просто слышит магию.

Она начинает её видеть.

В тот же день пришли охотники из Ордена Молчания.

Они пришли тихо.

Без криков.

Без факелов.

Просто вошли в деревню.

И сказали:

У нас есть приказ.

Девочка, что слышит молчание, должна быть уничтожена.

Потому что она последняя память.

А мы хотим, чтобы мир забыл.

Люди замерли.

Горен схватил молот.

Лира нож.

Но Элия шагнула вперёд.

Я не боюсь вас, сказала она. Вы боитесь меня.

Мы не боимся, сказал предводитель. Мы очищаем.

Нет. Вы боитесь, что кто-то вспомнит.

Что кто-то назовёт имя.

Что кто-то засмеётся и в этом смехе прозвучит магия.

Она подняла руку.

Ту, что с ожогом.

Я не маг.

Я не воин.

Я не пророк.

Я слушатель.

И я ещё слышу.

И пока я слышу

магия не умерла.

Охотники замерли.

Потом отступили.

Но Элия знала:

Они вернутся.

Той ночью ей приснился лес.

Не настоящий.

А магический.

Деревья с листьями из света.

Река, текущая вверх.

Птицы, поющие на языке, которого не было в мире.

И посреди леса дверь.

Без стены.

Без дома.

Просто дверь, стоящая в траве.

На ней надпись:

«Вход только для тех, кто слышит».

Элия подошла.

Потянулась к ручке.

И проснулась.

На ладони новый ожог.

В форме двери.

На следующее утро она собрала мешок.

То же, что и в прошлый раз:

Хлеб.

Воду.

Нож.

Перо.

Ты снова уходишь? спросила мать.

Да.

Куда?

Туда, где магия ещё говорит.

Туда, где её ещё помнят.

Туда, где есть дверь.

Ты вернёшься?

Элия посмотрела на небо.

На чёрную луну.

На пепельные облака.

Не знаю, сказала она.

Но если я не вернусь

Помните меня.

Потому что память последняя магия.

И она пошла.

Не оглядываясь.