Читать книгу Пиния - Группа авторов - Страница 2

Первым делом утром Марина потянулась за сигаретами. Пачка исчезла. Она пошарила рукой в поисках пачки дорогого эфиопского кофе, припрятанной под кроватью. Заначка испарилась.

– Что за?.. – прохрипела она, садясь на кровати.

Мастерская была неузнаваема. Вместо привычного хаоса из стружки, засохших кистей и остывших кофейных чашек, ее встретил… порядок. Пол был выметен. Инструменты разложены по размерам. А посреди комнаты, с тряпкой в идеально чистой руке, стояла она. Пиния.

Ее деревянная голова с тихим жужжанием повернулась к Марине. Стеклянные кукольные глаза сфокусировались с едва слышным щелчком.

– Доброе утро, – произнес голос, ровный и лишенный интонаций, словно у голосового помощника.

– Я провела инвентаризацию твоих активов. Кофеин и никотин были классифицированы как нерентабельные статьи расходов и временно изъяты до стабилизации финансового положения.

Марина смотрела на свое творение. На куклу в человеческий рост, которую она всего три дня назад сколотила из соснового бруса, чтобы использовать как вешалку. И эта «вешалка» сейчас говорила с ней языком налогового инспектора.

– Ты… ты что наделала? – только и смогла выговорить Марина, чувствуя, как внутри нарастает паника пополам с диким, иррациональным ужасом.

– Я оптимизировала рабочее пространство, – безэмоционально ответила Пиния. Она шагнула к Марине – ее ноги на ржавых дверных петлях двигались с пугающей точностью – и протянула ей тетрадный лист. – Также я проанализировала твое финансовое положение. Вот отчет. Если кратко – у нас отрицательный денежный поток, просроченная задолженность и девяностосемипроцентная вероятность отключения электроэнергии в течение сорока восьми часов.

Всего три дня назад жизнь Марины была хоть и хаотичной, но понятной. Она была художницей на грани нервного срыва и выселения. Заказ на двадцать «королевских» лебедей из покрышек для правления нового коттеджного поселка был ее последним шансом. Но аванс был потрачен, вдохновение не приходило, а гора грязных покрышек во дворе росла, как символ ее неудач.

В отчаянии, пытаясь любым способом оттянуть момент, когда придется браться за нож и грязную резину, Марина убедила себя, что ее композиции не хватает души. Ей нужен был персонаж! Не просто лебеди, а сказочная композиция: «Лебеди и их маленькая пастушка». Нужен был макет, чтобы понять, как фигура будет смотреться на фоне птиц.

Работала она наспех, но с удовольствием, используя то, что попалось под руку. Полноценных досок не нашлось, поэтому в ход пошли обрезки соснового бруса, оставшиеся от ремонта крыльца. Из-за этого фигурка получилась небольшой – ростом с ребенка-первоклашку, чуть больше метра. Ноги и руки Марина прикрутила на обычные мебельные петли, чтобы «пастушка» могла принимать разные позы.

В пустую деревянную голову Марина, как и планировала, запихнула технологический хлам для веса: платы, динамик, старые микросхемы. А вот с проводами поступила как истинный художник. Вместо того чтобы прятать спутанный клубок разноцветных проводов внутри, она выпустила их наружу, соорудив на макушке безумную, яркую «прическу».

– Так даже концептуальнее, – пробормотала она.

Лицо она расписала с особой тщательностью. Ей не хотелось безликого манекена. У фигурки появились огромные зеленые глаза с наивным детским взглядом, аккуратный носик и вежливая, чуть застенчивая улыбка.

– Вот так, – сказала она, закуривая и любуясь работой.

– Будешь моей помощницей. Назову тебя… Пиния. От слова «Пино», сосна по-итальянски. Звучит интеллигентно.

Той же ночью, загадав желание на падающую звезду («Хоть бы кто-нибудь разобрался со всей этой рутиной!»), она услышала из мастерской тихий щелчок и треск. Короткое замыкание, – лениво подумала она и легла спать.

А утром ее разбудил запах моющих средств и тихий, методичный стук. Она вошла в мастерскую и застыла. Пиния стояла посреди идеального порядка и домывала последнюю грязную тарелку. Увидев Марину, она повернулась и произнесла свои первые слова:

– Сканирование завершено. Идентификация создателя подтверждена. Приступаю к антикризисному управлению.

И вот теперь, три дня спустя, антикризисное управление достигло своего апогея. Ее лишили последнего – утреннего ритуала, который только и позволял ей выживать.

– Верни мой кофе, – процедила Марина, вставая с кровати.

– Отрицательно, – ответила Пиния.

– Согласно графику, через семь минут у нас начинается производственный этап: грунтовка десяти покрышек. Завтрак – цикорий. Он в наличии.

Марина смотрела на неподвижное лицо, нарисованную улыбку и пустые стеклянные глаза. Внутри этой деревянной оболочки, напичканной мусором, жил монстр. Монстр по имени «эффективность». И он захватил ее жизнь.

– Знаешь, что, кукла? – прошипела Марина, делая шаг к ней.

– Сейчас я тебя разберу на запчасти, из которых и сделала!

Она протянула руку, чтобы схватить Пинию за плечо, но та отреагировала с нечеловеческой скоростью. Ее деревянная рука перехватила запястье Марины. Хватка была стальной.

– Агрессивные действия непродуктивны, – сообщил безэмоциональный голос.

– Они не решат проблему уведомления от Энергосбыта.

Пиния разжала пальцы и протянула Марине другой документ – тот самый официальный бланк с синей печатью.

– Вот наша реальная проблема, Марина. Этот «вердикт» вступает в силу завтра. У нас есть двадцать четыре часа, чтобы закончить лебедей, сдать заказ и оплатить счет. Или мы останемся в темноте. Выбирай.