Читать книгу Человек без ярко выраженных недостатков - Группа авторов - Страница 5

В 15 я гулял с девчонкой, которая мне нравилась и которая научила меня целоваться, но была смешливой, вечно дразнящей стервочкой, с которой мне, тогдашнему, ничего более и не светило. Однажды к нам присоединилась ее подруга – совсем другая. Симпатичная, с мягкими чертами лица, слегка пухленькая блондинка.

И началась долгая, пропитанная острым запахом подростковых гормонов и нервов бестолковая история.

Ей было 14, она училась в другой школе, что, опять же, придавало мне немного статуса: замутить с одноклассницей в то время было делом непростым, однако ж куда более реальным, чем каким-то образом познакомиться с девушкой из другой школы.

Мы гуляли, общались, ходили друг к другу в гости, слушали «Агату Кристи» и очень нравились друг другу. Целовались до одури, скромно и нескромно петтинговались. Со всем остальным она просила подождать, ну я и ждал. Причем повод для «подождать» был детским и смешным. Она рассказала мне историю про то, как встречалась с парнем, было подозрение на беременность, парень тут же слился, все обошлось, но доверие к нашему племени покосилось. Почему детским и смешным? Потому что через два года изнеможительного петтинга выяснилось, что оба мы девственники.

Сейчас я понимаю, что нас мало что связывало, кроме безудержного юношеского секса. Мы трахались везде и всегда: у нее в комнате под одеялом, у меня в комнате, у ее родственника, пока тот вышел за сигаретами, в подъезде, когда она вышла из квартиры и держала дверь, чтобы никто не вздумал выйти со мной поздороваться, у ее бабушки, в сауне, в гостях у друзей. В общем, почти в любом месте, которое может прийти вам в голову, кроме публичного экстрима (но и это мы наверстали, встретившись в другом месте, в другое время).

А в остальное время, как юные, неопытные, мы искали точки соприкосновения. Получалось плохо и мы ссорились. Много, с чувством, с наивными манипуляциями то одного, то другого, изображая чуть не сердечный приступ. Часто расставались. Так увлеченно играли во взрослых, что мне казалось – это и есть любовь, отношения.

У нее было красное платье. Простое, трикотажное, но так соблазнительно облегающее ее впечатляющие формы, что противостоять я ему никак не мог. И она это знала. Стоило нам расстаться, как через день-два она приходила рано утром ко мне домой, моя мама ее впускала, не подозревая, что мы уже «бывшие», она входила в мою комнату, садилась в своем красном платье на диван, на котором я спал – и я просыпался. От ее запаха, от ее прикосновений. И затаскивал ее в свою теплую постель. Много раз я говорил себе: все, хватит, ты только страдаешь в этих отношениях. Но потом видел это красное платье, обтягивающее ее округлости – и сдавался. Снова и снова.

Однажды она вот также пришла в своем красном платье мириться, а я решил сделать вид, что не проснулся. То ли пытался избежать очередной капитуляции, то ли – посмотреть, что будет дальше. А дальше была странная сцена. Она задрала платье, не снимая его, нашла под одеялом мой напряженный член, и села на него. Под ее ритмичные покачивания я делал вид, что медленно просыпаюсь. Однако когда подступил оргазм, я почувствовал, что она вжалась в меня изо всех сил, чтобы я остался внутри. На этом я резко «проснулся» и спихнул ее с себя. Впечатление было жутковатое. Я понял, что она хотела меня удержать. Любой ценой. Если бы я на одно мгновение поддался, расслабился – моя жизнь могла бы пойти по этому нелепому сценарию.

В это утро я действительно испугался, что наши детские игры во взрослых зашли слишком далеко. Я искренне считал, что если мы с ней расстанемся, быть мне до конца своих дней одному, поэтому глобального расставания не случилось, все шло, как шло, но внутри у меня изменилось все. Я проснулся – и она перестала быть единственной.