Читать книгу Привязанная. Игры Озаренных - - Страница 5

Центральный парк Орбиса, расположенный напротив главной площади, дышал изумрудными красками, возвращая городу жизнь. Небольшое озеро, как островок, притягивало свежестью и прохладой. Влажный клочок земли окружали поляны, усеянные пестрыми цветами, вокруг которых роем кружили пчелы и порхали радужные бабочки.

Люди, утомленные июльской жарой, прятались в тени от беспощадных лучей солнца. Очередь лениво тянулась от большого театра до самого тротуара.

Почти целый час мы стояли в тени зданий проспекта, терпеливо ожидая, когда Злату вызовут на пробы в театральную школу. Мама уже третий раз не оставляла попытку сделать из моей сестры кинозвезду.

Сестра относилась к будущей карьере без особого энтузиазма. Мне иногда казалось, что она пока сама не знает, нужно ли ей это. Но матери старалась не перечить. Надо, так надо.

Легкий прохладный ветерок приятно охлаждал кожу. Прилипшая к телу одежда взмокла от липкого пота. Во рту пересохло, от жажды и духоты кружилась голова.

– Мам, сейчас там все равно перерыв. Можно я где-нибудь куплю воды, пить очень хочется? – начала упрашивать я. – Я недолго.

– Ладно, иди, и нам со Златой купи.

Летний парк заботливо укрывал в тени уютные деревянные скамеечки. Вдохнув воздух, пропитанный ароматом жасмина и чайной розы, я неторопливо направилась к кафе. Кто-то спешил на обед, кто-то просто медленно брел по мощеным аллеям среди аккуратных клумб.

Навстречу мне шел молодой мужчина, разговаривая с кем-то через Ракушку. Ракушка – альтернатива мобильной связи на Ирде, наушник, по форме напоминающий слуховой аппарат.

Мне показался смутно знакомым этот голос. Голос с легкой хрипотцой. Человек был одет в темно-бежевую льняную рубашку и свободные брюки, подпоясанные синим поясом. Его обувь напоминала римские сандалии из коричневой кожи, доходящие до щиколотки. Небольшой шрам, похожий на след от ожога, сползал от левого уха до скулы.

Легкий холодок подкрался под одежду. Я на мгновение застыла от волнения: мне все это показалось слишком знакомым.

Я машинально побрела вслед за ним. Мужчина направлялся к зданию в центре парка. Мы обогнули тыльный фасад с внутренним двором, по бокам которого до самой крыши тянулись две симметричные лестницы.

Внутри меня все застыло, будто удар током – память вспыхнула, ослепила. Это место… я помню его. Да это же… Клуб Моряков! Как он мог оказаться здесь, в этом мире?

Ускорив шаг, я поспешила следом за исчезнувшим в здании мужчиной. Высокий холл встретил меня приятной каменной прохладой. Вдруг он, убавив шаг, внезапно остановился.

– Зачем ты следишь за мной, девочка? – строго спросил он.

От его голоса мое тело покрылось гусиной кожей. Этот слегка натужный, сиплый тембр не спутать ни с кем. Это был человек, спасший мне жизнь дважды – сшив меня заново по кускам, а потом вытащив из болота депрессии.

– Доктор Вит? – неуверенно спросила я.

– Доктор Вит? – переспросил мужчина, в его голосе появилась настороженность. – Почему доктор? Откуда ты меня знаешь?

– Я… Я не знаю, – растерялась я. Мне нечего было ответить.

– Меня зовут мастер Вит. Я – декан факультета Целителей. Ты находишься в Обители Орбис. Как тебя зовут?

– Меня зовут Верея.

– Верея, почему ты решила, что я доктор?

– Ну, как вам сказать… Мне показалось, – попыталась я выкрутиться, но он словно зафиксировал невидимыми тисками мой взгляд.

– Очень странно… – Он задумался. – Ты действительно меня знаешь. Но проблема в том, что я тебя не помню. А память у меня хорошая. Идем-ка ты со мной, Верея. Я хочу познакомить тебя с мастером Даном. Мастер Дан – декан факультета Хранителей. Не бойся, это Обитель, здесь никто не причинит тебе вреда.

Мы поднялись на второй этаж и вошли в небольшой, полупустой кабинет, напоминающий по минимализму японскую гостиную.

За столом сидел седовласый, коренастый мужчина в такой же одежде, как и мастер Вит, но только с фиолетовым поясом. У него было загорелое, круглое лицо с ямочкой на подбородке. Он взглянул на меня своими свинцовыми глазами настолько пристально, что я невольно поежилась. Будто отсканировал, как интроскоп на таможне. Несмотря на это, рядом с ним я подсознательно ощутила себя в безопасности.

– Мастер Дан, эту девочку зовут Верея. Она «узнала» меня. Но я совершенно не имею представления, кто она. Что скажешь?

Мастер Дан напрягся и внимательно всмотрелся в мое лицо.

– Откуда ты знаешь мастера Вита, Верея? Только честно, это важно.

Под его взглядом я ощутила себя так, словно ко мне приставили детектор лжи. Врать было бесполезно. Он, скорее всего, уже давно все знал и спрашивал для проформы.

– Я когда-то знала мастера Вита. Он спас мне жизнь, – выпалила я на одном дыхании.

– Тебе? – Нахмурил лоб мастер Вит, пытаясь вспомнить. – Когда это произошло?

– Как вам сказать… Это сложно объяснить. Я сама пока не во всем разобралась. Мне иногда кажется, что я живу вторую жизнь, причем первую очень хорошо помню.

Деканы переглянулись и удивленно уставились на меня.

– Даже так! И зовут тебя Верея? А ты знаешь, что означает твое имя, девочка? – поинтересовался мастер Дан. Его глубоким, но в то же время теплым голосом можно было отогревать руки после мороза. – «Верея» на древнеирдском означает «привязанная». Разве это случайно, как ты думаешь?

– Возможно… – Я попыталась связать эту информацию, но пока получалось плохо.

– Я понимаю, что ты нам не доверяешь. Но дело в том, что я знаю, кто ты, – Мастер Дан медленно облокотился на спинку кресла.

Он на несколько секунд прикрыл глаза. Даже с закрытыми веками он излучал бешеную энергию. Будто тень скалы застыла на миг, скрывая от постороннего мира вихрь урагана, грозящий снести полмира.

– И кто же я? – выдавила я, когда декан Хранителей открыл глаза.

– Ты – Привязанная. Так называют людей, которые помнят предыдущую жизнь. Это большая редкость в нашем мире. И, как правило, они – Озаренные.

– Озаренные? – опешила я.

– Верея, Озаренные – это люди с особым даром. Они делятся на Хранителей и Целителей. У каждого человека в районе горла есть метка, цвет которой может определить только Целитель. Цвет метки означает направление дара. Так вот, у Хранителей метка красного цвета, у Целителей – синего.

Его слова зазвенели внутри головы гулким эхом. Все это звучало так неправдоподобно, будто из сна, в котором границы реальности стираются. Хотелось что-то сказать, но язык словно прилип к небу.

– То есть, метки бывают только у Озаренных? – уточнила я наконец, с трудом заставив голос звучать ровно.

– Не совсем так, – продолжил мастер Дан. – У обычных людей тоже бывают цветные метки. Желтой обладают люди, рожденные с талантом к искусству. Зеленая метка означает способности к науке, коричневая – к спорту. Чем ярче метка, тем больше талант. Развить врожденный дар может как обычный человек, так и Озаренный. Но еще есть обладатели черной метки, Верея. Это Отступники, отвернувшиеся от света.

– А как понять, какая у меня метка?

– Посмотри ее, Вит, – попросил мастер Дан.

Мастер Вит подошел ко мне.

– Верея, я сейчас ладонью дотронусь до твоей шеи. Это не больно, ты согласна?

– Да, мастер.

Он протянул руку и большим пальцем дотронулся до горловой впадины, прикрыв глаза.

– Невероятно! – воскликнул он, удивленно посмотрев на меня. – У нее фиолетовая метка!

– И что это означает? – я удивленно уставилась на него.

– Это означает, Верея, что у тебя очень редкий, двойной дар Целителя и Хранителя.

От информации, неожиданно свалившейся на меня, я опустила голову и крепко прикрыла глаза. Фиолетовая метка? Я – Озаренная? Сразу вспомнились разговоры отца с матерью, рынок, когда мама заставила меня спрятаться в мешок с чесноком. Она знала. Знала и ничего мне не говорила. Но почему?

– И что мне теперь делать?

– Учиться. В нашей школе есть два факультета для Озаренных. Учитывая твой цвет метки, ты можешь поступить на любой.

– А как поступить в Обитель? Экзамены? Это платно?

– Озаренные – редкость в нашем мире, нас становится все меньше. Из-за Отступников наших детей стараются не регистрировать, а иногда и вовсе скрывают их происхождение, выдавая за обычных людей. Поэтому правительство не только не берет оплату за обучение, но и платит приличную стипендию. А вступительных экзаменов в Обители нет. Метка и есть твой экзамен, – пояснил мастер Вит.

– Сколько тебе лет? – поинтересовался мастер Дан.

– Семнадцать.

– Значит, ты перешла в последний класс средней школы, не так ли?

– Да, мне остался год.

– Верея, я хотел бы переговорить с твоими родителями. – Взгляд декана стал задумчивым, будто он в этот момент принимал важное решение.

– Мастер, моя мама с сестрой стоят в очереди у здания столичного театра.

– Отлично. Зайди ко мне, Скриб, – попросил мастер Дан, нажав на Ракушку.

В кабинет вошел долговязый, худощавый парень с каштановыми волосами, зачесанными назад и заплетенными в тугую косу.

– Вы звали меня, мастер Дан?

– Скриб, у театра в очереди стоит женщина с ребенком, мама и сестра этой девочки. Как маму зовут, Верея?

– Амиса.

– Пригласи их к нам, у меня к маме разговор. Да, и скажи, что ее старшая дочь здесь.

Спустя некоторое время в кабинет вошла встревоженная мама с притихшей Златой. Мастера представились и предложили им сесть на мягкий кремовый диван. Кивнув им, Амиса ничего не сказала, но посмотрела на меня пронзительно, словно решала, как поступить. Я ожидала выговора, но мама просто молча смотрела.

– Добро пожаловать в Обитель, Амиса, – обратился к маме мастер Дан. – Вы в курсе, что Верея Озаренная?

– Да, мне известно об этом, – спокойно ответила мать, незаметно сжав ладони в кулаки. Даже на расстоянии я чувствовала ее сильное волнение.

– Амиса, у вашей старшей дочери очень сильный дар. Обычно он передается по наследству. В вашей семье есть Озаренные?

Мама вздохнула и опустила голову. Она несколько секунд молча сидела, сжимая и разжимая ладони, но затем, очевидно, решившись, ответила:

– Мой муж, Найден. Он Хранитель. Работал на Конфедерацию в секретном отделе.

– Почему работал? Вашего мужа нет в живых? – изумленно спросил мастер Вит.

– Неизвестно, что с ним. Несколько лет назад он уехал на Сервитус по работе и не вернулся, – вздохнула мама.

– На Сервитус? – переспросил он. В его голосе чувствовалась явная досада и сожаление.

Мама молча кивнула. В кабинете на мгновение повисла тяжелая тишина.

– Амиса, скажите, а у вашего мужа метка была врожденная или приобретенная?

– Приобретенная. У наших дочерей – врожденные. Когда начались похищения, мы с мужем решили не проверять у детей метки, чтобы они не попали в базу. Найден считал, что таким образом они будут в безопасности.

– Что же, решение было правильное на тот момент. Я постараюсь по своим каналам кое-что узнать о вашем муже. Кстати, давайте посмотрим, какого цвета метка у вашей младшей дочери. Как ее зовут?

– Злата.

– Злата, подойди, пожалуйста. Мастер Вит, прошу вас…

Мастер Вит наклонился к Злате. Сестра, прищурив глаза, слегка запрокинула голову, поправила ладошкой золотистые кудри и широко улыбнулась мастеру своей самой коронной улыбкой.

– Новость хорошая! – радостно воскликнул мастер Вит. – Очень четкая синяя метка с проявленными контурами!

– А что это означает? – заинтересовалась сестра. От волнения ее щеки еще больше залились румянцем.

– Это значит, ты – Целитель! И сможешь учиться в Обители. А после окончания научишься находить причину болезней и спасать людям жизнь!

– А животным могу?

– И животным тоже, – усмехнулся мастер Вит.

– Злата, ты их и так спасаешь! – напомнила я.

– И я не удивлюсь, если узнаю, что они быстро выздоравливают, – подмигнул он.

– Это мы все давно заметили, – подтвердила мама.

– Амиса, а давайте я и вас посмотрю! – предложил мастер Вит.

– Меня… – Мама явно растерялась. – А давайте! – Она подсела поближе к мастеру Виту.

– Интересно… – цокнул языком он. – Амиса, у вас желтая метка, не очень яркая, но четкая. У вас врожденный, но пока неразвитый талант к искусству. Вы пробовали себя в каком-то творчестве?

– Нет, не пробовала… – Мама удивленно посмотрела на него.

– А зря! Попробуйте, у вас обязательно получится.

– Верея, – неожиданно сменил тему мастер Дан. – У тебя очень красивые браслеты. Ты сама их плетешь?

– Да, мастер.

– Значит, тебе нравится плетение? – задумчиво произнес мастер Дан, стуча пальцами по столу, затем добавил в Ракушку: – Скриб, если мастер Стора у себя, позови ее ко мне.

В дверь зашла хрупкая, маленькая женщина в привычной уже бежевой форме мастеров с красным поясом. Ее шоколадного цвета волосы были уложены в замысловатый низкий пучок с вплетенными разноцветными косичками.

Мастер Стора опустилась в кресло с грациозной мягкостью и сложила на коленях ладони с узкими длинными пальцами, унизанными кольцами. Потом подняла на меня взгляд – слегка оливковый, раскосый, с тем восточным изяществом, от которого трудно было отвести глаза.

– Что случилось, Дан?

– Стора, ты все еще ищешь подмастерью?

– Да.

– Верея, познакомься – это мастер Артефактологии. Если хочешь, она может научить тебя создавать артефакты. Всегда пригодится. До начала обучения в Обители можешь по вечерам приходить к мастеру Сторе. Что скажешь?

– Мне бы хотелось, – обрадовалась я, косо поглядывая на маму.

– Вы не против, Амиса?

– Нет, мастер, пусть учится.

– Вот и хорошо. А теперь, давайте обсудим будущее ваших дочерей.