Читать книгу Прайм-9. Между Союзом и Артором - Группа авторов - Страница 2

Медицинская станция «Люминар» располагалась на краю мира, где звёзды казались ближе, а тишина – глубже. В её стенах переплетались холод металла и тепло человеческой души, технологии и надежда.

Внутри царила стерильная чистота. каждый предмет, каждая линия в интерьере говорили о стремлении к совершенству.

В операционной плате располагался центральный хирургический стол – словно живой организм из наноматериала с памятью формы – мягко подстраивался под тело пациента. Сенсоры ловили мельчайшие колебания жизни: пульс, дыхание, электрические импульсы мозга – всё это превращалось в данные.

Над столом парил манипулятор-андроид «Нексус-7» его шесть гибких рук двигались с грацией скрипача, выполняя микрохирургические операции с беспрецедентной аккуратностью. Искусственный интеллект предугадывал каждый шаг, мгновенно корректируя движения и предотвращая возможные осложнения.

Вокруг располагались модули аугментации – как алтарь будущего. Здесь внедрялись бионические импланты, нейроинтерфейсы и сенсорные расширения – будто мосты между плотью и машиной. Всё это контролировала система «Асклепий», мудрый советник и хранитель жизни.

Но сердце этой машины была она – Агафья Карельская. Девушка с глазами цвета утреннего неба и волей из стали. Она знала каждую заклепку и каждую строчку кода лаборатории как свои мысли. Её отец создал этот храм медицины для спасения жизней в самых безнадёжных случаях и оставил дочери не только наследие технологий, но и груз ответственности.

Агафья была больше, чем оператором – она была хранительницей жизни в этом мире из стали и света. Её руки управляли сложнейшими системами с лёгкостью художника, а разум был наполнен знаниями.

Здесь человек и машина сливались воедино – создавая новую эру медицины.

Она стояла в лаборатории, высокая и худощавая, словно выточенная из холодного металла. Её короткие русые волосы были аккуратно уложены, не оставляя ни единого лишнего локона – всё в ней говорило о порядке и контроле. Голубые глаза смотрели холодно и пронзительно, без тени тепла или жалости. В них не было места слабости – только расчётливость и непреклонная воля.

На ней был серый комбинезон, плотно облегавший стройное тело, словно вторая кожа. Обувь с магнитными подошвами позволяла ей бесшумно скользить по поверхности, будто она была частью самой лаборатории.

Нейроинтерфейс на затылке соединял её разум с системами лаборатории, превращая мысли в команды. Она не терпела суеты живых существ – ни людей, ни представителей других инопланетных рас. Их эмоции, слабости и непредсказуемость раздражали её до глубины души. Для Агафьи идеал был прост: машины – точные, надёжные, без изъянов. Гуманоиды же казались ей несовершенными и ненадёжными.

Постоянно рядом с ней кружился летающий робот —спутник с блестящим корпусом и острым интеллектом. Его ИИ был обучаемым, и обладал собственным характером: капризным, своенравным и порой язвительным. Он не боялся спорить с Агафьей, поддразнивать её или даже упрекать за излишнюю холодность.

Агафья не нуждалась в друзьях или тепле чужих чувств. Её мир был чётким и выверенным – миром машин, где каждая деталь работала безупречно.

***

В далёком прошлом, когда человечество только начало осваивать космос, первые межзвёздные экспедиции столкнулись с простой истиной – мы не одни во Вселенной. На окраинах Солнечной системы были обнаружены следы древних цивилизаций и сигналы, исходящие из далёких звёздных систем. Эти открытия стали началом новой эры – эры контактов и объединения.

Первые встречи с инопланетными расами были осторожными и полными недоверия. Но вскоре стало ясно: все цивилизации сталкиваются с общими вызовами – космическими аномалиями, пиратством в глубоком космосе, необходимостью обмена знаниями для выживания и развития. Тогда группа учёных и дипломатов из разных миров, включая Землю, предложила создать форум для совместного решения проблем.

Так родился Совет Межгалактического Союза (СМГС) – первый межзвёздный альянс, основанный на принципах взаимного уважения, сотрудничества и мирного сосуществования. Союз стал платформой для научных исследований, культурного обмена и коллективной обороны. Благодаря объединённым усилиям были построены межзвёздные транспортные коридоры, установлены единые стандарты общения и технологии безопасности.

Со временем Союз расширялся, привлекая всё новые цивилизации. Он стал символом надежды и прогресса во всей галактике – доказательством того, что даже самые разные существа могут найти общий язык ради общего будущего.

Но за фасадом сотрудничества скрывалась сложная система бюрократии. Каждый год все, кто связан с Союзом, гуманоиды всех миров сталкивались с бесконечными отчётами и декларациями. Агафья вздыхала, уставившись на экран:

– Малус, опять эти налоговые отчёты… Скоро меня обвинят в отмывании денег.

Малус прожужжал с усмешкой:

– Поздравляю! Теперь ты – эксперт по превращению законных операций в подозрительные.

Агафья не осталась в долгу и саркастично ответила:

– Вместо того чтобы лечить и спасать гуманоидов, я доказываю, что не занимаюсь контрабандой биочипов.

– Могу написать программу для автоматического заполнения отчётов. Она будет настолько запутанной, что налоговики решат – ты слишком чиста для этого мира. – предложил робот.

– Отлично! Тогда хоть время появится понять смысл жизни… или не сойти с ума.

– Главное – плати налоги вовремя. Иначе штраф будет как бюджет захудалой планетки – тюрьмы для добывания опасных редких радиоактивных металлов, например, тех, что в нелегальных биочипах. Представляешь? «Доктор Агафья, ваш штраф – 5 миллионов кредитов!» – он поучительно поднял сегментированную щупальцу и механически захихикал.

Агафья сказала с усмешкой:

– Вот это мотивация! Спасибо, Малус. Без тебя я бы уже давно сошла с ума.

– Всегда рад помочь сохранить рассудок… или хотя бы попытаться.

Внезапно тишину в помещении прорезал резкий, пронзительный сигнал тревоги. Красные огни мигнули по периметру кабинета, заливая стены зловещим светом. На экране рядом с Агафьей всплыло сообщение: «Попытка проникновения на территорию – немедленно активировать защитные протоколы!»

Агафья мгновенно поднялась со стула.

– Малус, кажется, нам придётся отложить налоговые отчёты. Кто-то пытается проникнуть сюда.

Робот уже запускал интерфейс системы безопасности:

– Активирую турели и силовые поля. Пусть знают, что здесь не просто станция, а крепость. – в его механическом голосе прорезали нотки злорадства.

Агафья стремительно подлетела к Малусу, который плавно парил на антигравитационной подушке. Его сегментированные щупальца мягко изгибались, удерживая автоматическое оружие, зажатое в одном из них и готовое к бою. Без лишних слов она схватила у него бластер, холодный металл приятно лёг в её ладонь.

В тусклом свете зоны доступа перед ними застыл жуткий кадр: мужчина был заключён в мерцающее силовое поле, которое удерживало его от падения. В его руках безжизненно висел подросток с бледным лицом.

Пространство вокруг них было изрезано множеством лазерных прицелов – холодные красные точки, исходившие от системы безопасности станции, были направленны на угрозу. Сердце Агафьи забилось быстрее, адреналин бешено разносился по венам. Она сжала бластер крепче, оптические сенсоры сузились в прицеле.