Читать книгу Легче яда - Группа авторов - Страница 2

«…бытие Божие суть не полученное ни от чего другого самобытие, почему оно и названо бесконечным, и указывает на Его отличие от всех других существ, равно как и на отличие всех других от Него…».

Фома Аквинский

Темно. Очень темно и холодно. Тьма и холод – вот, что я почувствовал, когда родился. То есть, в тот момент, когда во мне ледяной звездой вспыхнуло сознание.

А еще это… ложь.

Я никогда не рождался. И никогда не умру. Я… Мы – существа без начала и конца, а может, и не существа вовсе. Мы всегда есть и никогда не станем. Мы есть и никогда не были или будем. Наше бытие безусловно и явно, но оно не имеет ни предпосылок, ни итогов. Ни смысла.

Думается мне, что поэтому Мы и стремимся создавать. Нам нужна опора в чем-то конечном, временном. Мы хотим насладиться теплом перегноя, согреться в той холодной вечности, что Нас окружает. Вечности без просвета. Вечности…

…и боли.

Да, самообман: смертные создания ищут опоры в вечном и незыблемом, чтобы преодолеть страх смерти, а Мы… Мы жаждем… смотреть на нечто, что зарождается на погибель… потому что хотим преодолеть бесконечно разворачивающийся страх бессмертия. И мне самому лучше верить, что я когда-то родился, что когда-то меня не было, хотя сам не могу на деле сказать, что я не видел или не знал чего-то до себя.

Абсолютное знание – наказание. Смертные жаждут знаний, пылают жаром встроить свои щипцы в мир, и этот жар… согревает их. Стремление к свету уже создает видимую иллюзию света перед глазами. Наш удел – мрак и холод. Страшный коматоз, когда тебе все совершенно ясно. Ты знаешь исчерпывающе о мироздании и полностью уверен, что больше в нем ничего нет. Ты чувствуешь над собой каменный потолок, крышку гроба, испытываешь тяжесть своего бытия, осознаешь дальнейшую его ненужность….

Умереть бы.

Но смерти нет. Есть лишь вечная боль.

У меня нет собеседника. На свою беду, возможно, я не создал сонм верных слуг, поддерживающих мой трон. У меня нет даже трона, и я его не хочу. И слуг не хочу. Я хочу лишь небытия. Но оно не явится. Не придет долгожданная свобода. Мне остается лишь смотреть на убогий мир, мною сотворенный, и говорить. Говорить самому себе, ибо у меня нет пророков. Хотя некоторые из тех, кто считает себя таковыми, говорят выжившей горсти людей, что ежечасно беседуют со мной напрямую. Но вот истина: голоса уже давно не слышно, я слишком слаб и блекл. Отчаянье сосет меня, и я теряю власть над миром. А мир… трещит по швам. Моей силы уже не хватит, чтобы все исправить. Да я и не хочу. Так чувствует себя иной солдат, потерявший конечность – он счастлив, что может больше не сражаться. Это больше не моя война. Моим творениям остается только умереть и покончить с этими страданиями. Я подожду.

Пока жду, снова буду говорить. Снова и снова рассказывать самому себе историю моего плачевного провала.

Я – бог, один из многих.

10. 09. 2024