Читать книгу Холодный ветер - Группа авторов - Страница 7

Вместе с Грилом и девочками я вернулась в «Бенедикт-хаус». Виола познакомилась с ними, и, как только все немного освоились, Грил уехал, сказав, что через пятнадцать минут вернется за мной. Мне пришло в голову, что он может передумать и не приехать.

Новые заботы по помывке девочек не доставили Виоле особенного неудобства. Она была не одна: Бенни, ее сестра, собрала одежду и еду; пришла помочь и Мэйпер – тлинкитка, которую я встретила однажды в «Глейшер-Бей». Мэйпер подрабатывала в гостинице в разгар туристического сезона, но еще у нее был опыт работы сиделкой. То ли это значило, что она получила медицинское образование, то ли просто раньше за кем-то ухаживала. Так или иначе, но она была добрая и ласковая – то, что нужно.

– Привет, Энни и Мэри, – повторила Виола и улыбнулась девочкам, смотревшим на нее широко раскрытыми глазами. – Мы о вас позаботимся.

Они кивнули, но по-прежнему молчали и в ответ не улыбнулись. Виола открылась с неожиданной стороны: почти всегда она была со мной очень дружелюбна, но прежде я не видела такой теплоты.

– Вы двое, все хорошо? – спросила я. – Мне надо ехать, но я скоро вернусь.

На мгновение показалось, что в их глазах вспыхнул и тут же погас огонек беспокойства. Все у них наладится. Поначалу я до смерти перепугалась, потом волновалась, а теперь просто была рада, что девочки в тепле.

После этого я кивнула Виоле. Она сказала, что Эллен в порядке, в своей комнате, и сможет пока позаботиться о себе сама. Хоть бы это было так.

Я услышала, как подъехал пикап Грила, и, улыбнувшись еще раз Энни и Мэри, снова вышла из «Бенедикт-хауса».

В этот раз за рулем был не Грил, а Доннер. Он затормозил, я открыла пассажирскую дверь и забралась внутрь. Он разговаривал по телефону, и я не стала его прерывать, а пристегнулась и прислушалась.

– Ничего? – сказал он. – Хорошо, будем на связи. Девочек сейчас отмоют. Знаешь Виолу? Ну вот. Да. Она все сделает. Понял. Пока.

Он повесил трубку и взглянул на меня.

– Во всей Аляске никто не заявлял об исчезновении двух девочек. До сих пор.

– Может, родственники еще не спохватились, – предположила я.

– Может быть. Или девочки не считаются пропавшими, – сказал он.

– Я уже напридумывала себе, как они могут быть связаны с телом, что мы едем обследовать, – заметила я.

Доннер нахмурился.

– И я. Не нужно быть писателем, чтобы связать эти события, правда?

Я взглянула на него, но он не отрывал глаз от дороги. Похоже, просто случайное замечание – моей тайны он не знал.

– Конечно нет, тут все как на ладони, – сказала я.

– Может быть и просто совпадение, – заметил он.

Мы свернули на дорогу к «Петиции» и, по-видимому, далее к дому Рэнди и затем к телу; грязь машину не очень затрудняла.

– Чем занимаются те, кто живет в лесу? – спросила я. – Разве им хоть изредка не требуется цивилизованный мир?

– Бывают люди, которые хотят куда-нибудь удрать, скрыться с радаров. Так жить тут вполне можно, но непросто, особенно зимой. Охотишься, ловишь рыбу, огородничаешь. К врачу ходят не все, и лекарства принимают не все. Но заработать можно, если даже не трудоустроен. Промысел зверей приносит хорошую прибыль.

– Ух, отвратительно звучит.

Доннер пожал плечами.

– Мне это не подходит, Бет, но такова жизнь. Пытаюсь судить непредвзято.

– Понимаю.

В молчании мы проехали офис «Петиции», а затем еще пару ухабистых миль до деревянного коттеджа.

– Дом Рэнди? – спросила я.

– Да. – Доннер остановил пикап.

Дом оказался ближе, чем я думала. В эту сторону я ездить не отваживалась. Просто в голову не приходило. С первого взгляда ясно: ждет сплошная тряска по разбитой дороге.

Это был очень простой квадратный домик с островерхой крышей и печной трубой. Таких в здешних лесах было полно; Рэнди пристроил еще то ли второй этаж, то ли чердак или эркер с окном. На фоне зимнего пейзажа дом выглядел очень сурово. В пикапе было тепло, но по рукам у меня пробежал холодок. Я ощутила, что покидаю зону комфорта.

И только тогда я осознала, как мысленно оградила по периметру свой мир. «Бенедикт-хаус», городские магазинчики и кафе, библиотека, «Петиция». Эти места и люди в них ограничивали мой идеальный мир. Пережитое еще не стало для меня прошлым. Но я убедила себя, что поправляюсь, что мне ничего не угрожает – в особенности внутри этих границ.

Абсурдно ощущать, как воображаемые границы начинают рушиться, стоит отъехать на какие-то две мили. Я по-прежнему на Аляске, по-прежнему вдалеке от Миссури. В безопасности.

Но я ничего не могла поделать. Чувство защищенности пошатнулось.

– Бет, – сказал Доннер, – мы здесь выходить не будем.

Я посмотрела на него – кивком он указал на дверную ручку, в которую я вцепилась. Я отдернула руку, будто от горячей конфорки на плите.

– Знаю, – ответила я.

– Все нормально?

– Да, извини. – Я заставила себя переключиться на дом. – Вон то круглое окно – это чердак или мансарда?

– Спальное место в мансарде, вроде лофта. Наверное, там нет ничего, кроме кроватей. Не могу припомнить – давно был у Рэнди.

– А другие спальни есть?

Доннер задумался.

– Есть одна на первом этаже. А что?

– Просто интересно.

– Мы проедем вон туда дальше, – кивнул он. – Ухабов там еще больше, но мы скоро свернем на другую дорогу.

– Что тебя подтолкнуло туда поехать?

– Все выглядело не как обычно. – Доннер снова включил передачу. – После оползня земля много где сдвинулась – не знал, что и здесь тоже. Решил, что посмотрю и доложу Грилу.

– Наверное, это хорошо, что ты доверился интуиции.

– Увидим. Оттуда связаться с Грилом и все рассказать я никак не мог. Пришлось оставить тело на месте.

– Смерть могла быть естественной?

– Могла, но я так не думаю. Хоть тело и замерзло, оно было… деформировано. Возможно, просто от времени. Могло случиться все что угодно, Бет.

– А бывает, что люди здесь попадают в беду? И умирают, потому что нет выхода, некого позвать на помощь?

– Случается. Но, как правило, они знают, на что идут. Возможностей жить в одиночестве тут полно, но если ты к этому не готов, стоит винить в своих проблемах только себя. Люди, бывает, готовы и умереть здесь. Для некоторых цивилизация – это тяжело, даже такая скромная, как в Бенедикте. Они скорее умрут, чем вернутся к людям. Я их хорошо понимаю.

– Правда?

– Конечно. – Он бегло взглянул на меня. – Я не хочу так жить, но знаю, каким утомительным может оказаться общество людей.

Дорога была ухабистой, каменистой, мокрой, грязной. Я бы ни за что в жизни не поехала по ней в одиночку. Невероятно, что Доннеру это удалось. Все внимание уходило на то, чтобы держаться, и я даже не могла разговаривать. Мысленно я призналась себе, что рада не до конца утомиться от общества. Я все еще скрывалась, но хотела при этом оставаться в цивилизованном мире – настолько, насколько это было возможно в Бенедикте, – если мои границы будут на месте.

Через пару минут пикап оказался на такой же грязной дороге, но передвигаться по ней было значительно легче. Я уже отбила себе все почки, зато пейзаж вокруг был очень симпатичный.

– Значит, общество тебя еще не утомило? – продолжила я разговор.

– Еще нет. Было дело, но теперь уже полегче. По крайней мере не так ужасно. – Он показал на дорогу. – Это старая лесовозная дорога. Когда-то здесь в округе все вырубили. Видишь, деревья все молодые?

– Мать-природа возвращает все. Сюда можно проехать другой дорогой?

– Не уверен. Разве что ехать обратно к реке, а там где-то переправиться. Не знаю. Грил не знал другой дороги.

Я обернулась, затем снова посмотрела вперед, нервно сглотнув.

– Тут словно тайное убежище.

– Тоже так думал. И еще уверился в этом, обнаружив хижину. Увидишь.

– Не хочешь рассказать, как ты оказался на Аляске? Что тебя утомило?

– А ты не хочешь рассказать, как тут оказалась? – ответил Доннер.

Я посмотрела на него, но он не отводил взгляд от дороги.

– Как-нибудь расскажу, но не сегодня, – сказала я.

– Тогда и я так же. – Он замолчал, но мне было ясно, что разговор не окончен. – Вообще, мой случай очень простой и не особо интересный. Не люблю рассказывать, потому что не хочу, чтобы люди меня жалели.

– Ладно, обещаю, что не буду тебя жалеть.

– Моя семья погибла в авиакатастрофе.

– Блин, Доннер, мне очень жаль. – Я сразу же нарушила обещание.

– Нет, не надо.

Я взглянула на него сбоку. Я видела его глаза, но с этого ракурса особенно заметны были болезненные морщинки вокруг. Прошлое вечно будет причинять ему боль.

– Дети? – спросила я.

– Дочка, вместе с женой.

– Черт возьми, Доннер, даже не проси не жалеть тебя. Мне очень, очень жаль, но зацикливаться на этом я не буду. Если захочешь поговорить, можешь мне доверять.

– Спасибо, Бет. – Он глубоко вдохнул, затем выдохнул. – Так, мы почти приехали. Ты же знаешь, что не должна приближаться к месту преступления, пока не позовут?

– Да.

– Хотел бы я знать, почему Грил решил, что тебя можно сюда взять. У него явно были свои причины.

Я поколебалась.

– Ты слышал, что я работала на шефа полиции?

– Да, секретарем, – безразлично ответил он.

Я кивнула.

– Это было в маленьком городке в Колорадо. Шеф – это мой дедушка. Он заметил, что счет мне легко дается, и я начала помогать ему обмерять место преступления как криминалист. В маленьком городке полицейские обходятся чем могут, – если не считать упоминания Колорадо, я сказала чистую правду.

– Именно поэтому я не собираюсь спорить с Грилом насчет тебя.

Я снова посмотрела вперед, и моему взору открылась бурная деятельность. На краю поляны возле дороги стояло небольшое строение, носившее на себе следы времени и непогоды, а вокруг него – пикап и микроавтобус, которые я раньше видела на парковке нашего маленького аэропорта. Везде суетились официально выглядевшие люди.

– Мы на месте, – сказала я.

– Да. – Доннер снова вздохнул. – Послушай, Бет, мне без разницы, что ты делала и видела раньше, но имей в виду – зрелище отвратительное.

– Понимаю, – ответила я.

Я подозревала, что он не соврал.