Читать книгу Дом Игуаны - Группа авторов - Страница 7

Солнце пробивалось в стык наспех задёрнутых штор и светило мне в глаз. Я бы, наверное, поспал ещё, время было, но яркий свет уже вывел меня из состояния сонной дрёмы.

Напоследок мне удалось ухватить обрывки сна, в котором я был чем-то вроде червя, покрытого хитиновой чешуёй, как кольчугой. Я себя со стороны не видел, но знал, что выгляжу именно так. В одном из запомнившихся коротких проблесков я легко скользил внутри ветвей огромного дерева по протокам древесных соков, примерно как змея, ловко выписывающая синусоиды на водной глади.

В другом фрагменте я лежал в дупле этого массивного дерева, свернувшись кольцами и заполнив собою всё пространство, чтобы не дать захлестнуть внутрь чёрным маслянистым волнам бушующего вокруг бескрайнего моря.

В чём суть сюжета, с чего я стал червём, этот момент я начисто упустил при пробуждении. Видимо, попавший на лицо яркий свет бесцеремонно выдернул меня с прогулки по другому миру, после чего ухватить за хвост ускользавшие ночные видения уже не было никакой возможности. От них остались лишь рваные обрывки и тоскливое чувство неосознанной тревоги.

Со снами вообще нужно вести себя предельно аккуратно. Они словно пугливые косули, готовые при любом хрусте ветки сорваться и скрыться в ближайшей чаще. Чтобы не дать снам взмыть и умчаться в запредельные дали, следует просыпаться не спеша, задержавшись в состоянии полудрёмы. Сегодня у меня так не получилось.

Вставать я не спешил. Повернулся другим боком к окну и стал прогонять в голове план наших действий. На сегодня стояла задача прояснить ситуацию с монетой, которую нашла Стефания. Мы ехали на ту же экскурсию, во время которой этот странный предмет попал ей в руки, с теми же парнями, с которыми ездила она. Я рассчитывал, что побывав на месте, ясности станет больше.

То, что находка монеты могла сыграть роль в смерти Стефании, такой вывод напрашивался сам собой. Это вовсе не означало, что так оно и было, но отмахнуться от прослеживаемой связи между этими событиями тоже никак не получалось.

***

Единственная версия, которая к находке монеты не имела никакого отношения, сводилась к причастности чикагской мафии к этой странной во всех отношениях смерти. Хотя как раз такой сценарий лично мне казался наименее вероятным, несмотря на настоятельные просьбы родителей Стефании покопаться в первую очередь именно в этом. Как по мне, версия была дырявой со всех сторон.

Было совершенно непонятно, зачем мафии убивать Стефанию, да ещё на Доминикане.

Положим, у мафии и отца Стефании возник спор из-за места, кто и что там будет строить. Обычная в этом бизнесе история. Поставленные на кон доходы тоже не поражали воображение. Для родителей Стефании да, для них эта сумма была приличной. Но для мафии и вообще крупных застройщиков не сказать, чтобы очень. Не на карманные расходы, конечно, но и не так чтобы сразу озолотиться.

Убивать из-за таких разногласий это явный перебор, не тот случай. Машину там поджечь, устроить погром в офисе, это уже серьёзный заход для подобной ситуации. Даже до этого стараются не доводить. Обычно хватает демонстрации намерений, по-мелкому осложняя жизнь своему визави, чтобы он плюнул и отступил.

Знал я одного мужчину, который за деньги устраивал разные пакости. Самым простым и действенным у него было поливать по ночам мазутной дрянью крыльцо перед входной дверью, чтобы по утру не сильно получалось выйти из дома. Ещё он любил подбрасывать под дверь какую-нибудь гниющую падаль или привезти бомжа, чтобы тот справил свою большую нужду перед входом. Короче, затейник он был ещё тот.

Так вот, по его словам, если делать такое регулярно, клиент доходит до нужной кондиции очень быстро.

Это я к тому, что намекать можно по-разному, не осложняя себе жизнь. На жалобы, что тебе под дверь подкинули дохлятину или навалили кучу мерзкого зловония, полиция лишь разведёт руками. Особенно если об этом душевно попросить правильных людей. А вот с убийством всё сразу по-другому, тут уже никакие просьбы не помогут.

Так что версия была хлипкая донельзя. Как по мне, убить Стефанию могли только при наличии других мотивов, гораздо более серьёзных, о которых нам решили не сообщать. А это уже всё меняло. Условие работы нашей конторы с клиентами состояло в предоставлении с их стороны полной информации в обмен на гарантии полной конфиденциальности с нашей. Если клиент начинал делать фигуры умолчания – мы сразу умывали руки.

Поэтому чикагская мафия это конечно увлекательный сюжет, но перспективным для нас он никак не выглядел. Однако прежде чем ставить на этой версии жирный крест, нам нужно было сначала дождаться запрошенной информации от местных органов.

***

Другая наша версия крутилась вокруг местной наркомафии и той истории на диком пляже, когда Стефания стала свидетелем продажи кокаина. Тут всё держалось на том, что она могла случайно столкнуться с барыгами в людном месте, опознать их, начать угрожать сообщить о них в полицию, и те с перепугу решили её убрать.

У этой версии было несколько сценариев, но в целом она выглядела совсем убого. Из того, что я знал про остров, вряд ли кто здесь мог испугаться угрозы разоблачения до такой степени, что бросился убивать, причём таким изощрённым способом.

Кокаином в Пунта-Кане торгуют на каждом углу, этим занимается тьма народа. У меня даже создалось впечатление, что на острове мало кто считает это занятие преступлением. По крайней мере, если потянет на девочек и наркоту, можно смело останавливать любого местного и спрашивать. Если сам не поможет, то посоветует знакомого.

Ну и конечно такой момент – у всех всё схвачено, бояться нечего. Даже если полиция не в доле, она по-любому замнёт любое дело, достаточно занести. К тому же Стефании проблемы на голом месте были совсем ни к чему, чтобы она кинулась кого-то там разоблачать.

Так что со всех сторон эта версия висела на жидких соплях. Нам, конечно, в любом случае надо было её отработать, но сами мы верили в неё с большим трудом. Я бы даже сказал, мы в неё не верили совсем.

Более правдоподобным выглядело случайное отравление палёным алкоголем. В том же клубе, например. Расчёт здесь простой. Девушка выпившая, всё равно не разберёт, что пьёт. Обычно уже после первой, максимум второй стопки вкус алкоголя перестаёт ощущаться. Это вам скажет любой опытный бармен, который после второго заказа начнёт наливать из бутылки не с верхней полки, а с той, что подешевле. В Пунта-Кане самое дешёвое это разбавленный денатурат и стекломой. Или что-то вроде этого. Не гуманно, зато выгодно.

Наконец, что тоже возможно, в клубе ей могли зарядить в питьё химию вроде клофелина. Тут всё по классике. Девушка начинает с этого плыть, у неё потрошат сумочку и снимают с неё всё ценное. Убивать никто не собирался, однако у неё не выдержало сердце. Найти, кто такое мог сделать, для нас было неподъёмной задачей. Тут только если местные помогут, и то не факт.

Ещё оставалась версия, что смерть Стефании как-то связана с находкой монеты. Каким образом, пока было непонятно, однако чутьё подсказывало, что копать нужно в этом направлении. На отработке этой версии также настаивали наши работодатели, для них она была приоритетной. Для них вообще всё остальное не имело никакого значения, их интересовало только то, что было связано с монетой.

Я посмотрел на часы. Пора было вставать и готовиться к поездке.

***

Нас привезли на то место, где Стефания нашла монету. В этом у меня не было никаких сомнений. Вид с него открывался тот же самый, что на её фотографиях.

Наша группа выгрузилась из небольшого автобуса и начала разбирать металлоискатели. Я осмотрелся. Нам с Анной нужно было по-быстрому внедрить нашу легенду, чтобы потом без особых подозрений и вопросов заниматься тем, ради чего мы сюда приехали.

Я вынул из сумки аппаратуру, деловито навесил на Анну микрофон. Она взяла в руки металлоискатель, стала картинно позировать. В конце рассказала на камеру, какое это увлекательное дело, искать затерянные сокровища. Этих двадцати минут было достаточно, чтобы нужная картинка уложилась в головах тех, кто был рядом.

Всё шло по отработанной схеме. Сначала на нас исподтишка бросали любопытные взгляды. Потом интерес выветрился, как аромат у остывшего кофе. Но образ остался, в том числе у парней, которые нас сюда привезли. Для них, собственно, мы и старались.

Я деловито прошёлся по берегу, делая вид, что снимаю. Дошёл до причала, где рыбаки уже разгружали утренний улов со своих обшарпанных лодок. Осмотрелся. Помимо рыбаков, в этой части пляжа обосновалось несколько торговцев, разложивших бананы, зелень и бутылки с питьём на пластиковых ящиках. Увесистая тётка на открытом огне жарила рыбу на решётке.

Пока я крутился вокруг, несколько раз подъезжали местные, чтобы купить рыбу. Как я понял, импровизированный рынок был рассчитан в первую очередь на них.

В нашей части пляжа, а это примерно метров двести от причала, помимо нас кучковались ещё две группы. Как я понял, их отсюда увозили куда-то дальше, где спокойная вода, и где они могли поплавать от души. У одной группы с собой были даже акваланги.

Надо сказать, у океанских пляжей есть одна неприятная особенность в виде массивных волн, которые накатывают на берег практически без остановки. Купаться в такой воде удовольствие ещё то.

Красивые картинки с лазурной водой, застывшей как стекло, они не про эти берега. Такую красоту можно увидеть только там, где волны что-то гасит. Отмели, цепь небольших островов, песчаные косы, вот это вот всё. На открытых берегах, как в той же Пунта-Кане, такое состояние воды можно поймать только если повезёт.

Это, видимо, объясняет тот парадокс, что многие выросшие на океане не умеют плавать. Был у меня знакомый с острова Маврикий, суровый такой мужик грозного вида, у которого с водой были крайне натянутые отношения. По его словам, откуда он родом, там вообще никто этому не обучен. Потому что негде учиться.

Их опыт общения с океаном состоял в том, что они на скорости забегали в воду, волна их отрыгивала обратно на берег, они снова в неё забегали, и так до тех пор, пока не взрослели. Запусти эту публику в спокойную воду и заставь плыть, так они сразу лягут на дно чугунной рельсой.

На берегу, куда нас привезли, волны конечно были, но заметно пожиже, чем на пляже в районе гостиниц. Когда я вернулся к своей группе, народ уже побросал металлоискатели в кучу и по большей части копошился в воде, осваивая азы сёрфинга на выданных им досках. Получалось не у всех. Точнее, почти ни у кого не получалось. Потому что баланс штука капризная, его сначала оттренировать надо.

В таких развлечениях прошёл день. Как водится, завершилось всё пикником, который устроили для нас организаторы поездки. В дело включилась даже увесистая тётка с другого конца берега, нажарившая огромный поднос свежепойманной рыбы и торжественно выставившая нам несколько пластиковых бутылок с местным пивом. Всё было незатейливо, но душевно.

***

Всё это время Анна флиртовала с парнями, которые нас сюда привезли. То, что она была лет на десять старше их, никого не смущало. Здесь это было обычным делом.

Если что, Доминикана это рай для одиноких дам, которые приезжают сюда за вниманием. Одиноких в том плане, что приехали они одни, без мужского присмотра. Какая ситуация у них дома это уже вопрос тридцать пятый. Важен только их текущий статус и какие у них планы, в том числе относительно интимных развлечений.

Тут так заведено, что если на острове немолодая женщина иностранного происхождения проявляет явный интерес к молодому местному парню, то это значит, что он может заработать. Если интерес проявляет молодая женщина, то тут уже могут быть варианты. Например, «давай я поеду с тобой в твою страну, буду там тебя любить до тех пор, пока не получу гражданство, а там как сложится…».

Хотя, конечно, не все так меркантильны. Кто-то может вступить в интимные отношения с приезжей дамой исключительно из симпатии или уважения к стране её происхождения.

Я это к тому, что заходы Анны могли быть истолкованы парнями по-всякому, но по-любому отторжения не должны были вызывать. Наоборот. Девушка она была эффектной, проявляла к ним интерес, что льстило и волновало. Перспективы что-то от этого поиметь тоже присутствовали, даже если на момент они выглядели не совсем ясными.

Со своей стороны я помог парням с организацией пикника, сходив за жареной рыбой на другой конец берега. Люди это обычно недооценивают, но такая вот мелкая помощь, которая тебе ничего не стоит, это хорошая смазка для установления отношений. А расположение этих парней нам было нужно.

***

Обстоятельный разговор с ними у нас состоялся уже после того, как всю группу развели по гостиницам. Мы дали понять, что хотим обсудить индивидуальную поездку, если парни могут такое организовать. Они тут же уцепились за идею.

Мы объяснили, что через пару дней хотим небольшой группой выехать на целый день в красивое уединённое место, желательно со спокойной водой. Ещё лучше, если это будет небольшой остров. Группа из восьми человек. Цель поездки рекламные съёмки. Мы платим по повышенному тарифу, можем сделать в том числе рекламу для них, но они должны всё организовать по высшему классу. Задаток даём сейчас.

Парни только радостно кивали, горячо уверяя в том, что не подведут, нам понравится. Оно и понятно, кто ж не будет радоваться, когда в твою сторону плывёт жирный кусок.

Я завёл разговор про поиск сокровищ. Объяснил, что нам нужно снять видео с моментом находки какой-нибудь старинной монеты в красивом месте. Чтобы кто-то её нашёл, возрадовался, а я это снял. Я произнёс проникновенную речь, смысл которой был примерно таков:

– Парни, мы готовы заплатить, но нам нужно, чтобы случилась находка. Чтобы мы могли снять естественные эмоции, чтобы всё выглядело натурально, как в жизни. Понимаете, да? Мы делаем рекламный фильм, нам нужна правильная картинка. Какие идеи на этот счёт?

Те стали переглядываться между собой. Потом один из них осторожно объяснил, что находки конечно бывают, но редко. Иногда что-то выкидывает шторм, но такое случается не всегда. Далеко не всегда.

– Парни, какой нахрен шторм?! Мы не можем ждать шторм! У нас поездка буквально через два дня! Думайте, что можно сделать?

Парни опять помялись, попереглядывались, и один из них также осторожно поделился с нами своими маленькими секретами.

Звучало это примерно так:

– Ну, есть у нас конечно свои ходы, только об этом никому не рассказывайте. Мы иногда покупаем дешёвые старые монеты, потом сами подбрасываем их в песок. Чтобы люди находили их и ставили фотографии, что нашли с нами. Это мы так рекламу себе делаем. У нас отсюда все эти фотографии.

Он показал рукой на стену сарая, в котором мы сидели. Сарай был заставлен досками для сёрфинга и металлоискателями, но одна стена, прямо у входа, была свободна. К ней были прикреплены булавками фотографии со счастливыми людьми, которые показывали найденные предметы.

Анна тут же схватилась за эту идею:

– Во, это как раз то, что нужно! Вот как раз такие эмоции снять! А где можно монеты взять, чтобы подкинуть? Чтобы красивые были?

– У нас есть парочка, если хотите. Но они так себе, не очень. Если хотите красивые, можем дать адрес антиквара в Санто Доминго, у него много всего. Мы с ним давно работаем, скажите, что от нас. Он вам найдёт что нужно, по хорошей цене.

Анна достала телефон, записала в него адрес антиквара. Потом нашла фотографию Стефании с монетой, показала парням:

– Я вот такую фотографию видела в интернете. Это знакомая моей знакомой. Она наверное с вами нашла эту монету, да? Нам бы что-нибудь такое для съёмок.

Парни внимательно посмотрели на фотографию, закивали головами. Типа да, помним. Мы выжидательно смотрели на них.

Из их путаного рассказа выходило, что такое найти у нас вряд ли получится. Что это не монета даже, на монету не похоже. Откуда она в песке взялась, они не знают. И это точно не они подкинули. Шторма до находки тоже не было. Поэтому они без понятия, откуда она там появилась. Очень странная вещь. Как будто кто-то подкинул её специально.

Один из них подумал и посоветовал:

– Спросите у Рики, у антиквара. Мы тогда ей посоветовали к нему съездить, чтобы оценить. Может, он знает, что это такое или у него есть что-то похожее. А может, он купил эту монету у неё и вам продаст.

Говорить, что Стефания мертва, а Рики монету у неё не покупал, мы не стали. Ни к чему. Мы выяснили у них всё, что нам было нужно. Встали, чтобы уйти, но напоследок я спросил о том, что не давало мне покоя:

– А кроме вас на это место кто-то ещё возит искать клады?

– Да, есть пара человек. Но они там не часто работают. У них другие места, дальше.

Немного помявшись, добавил:

– Тут все места поделены. У нас правило друг к другу ни лезть, ни мешать. Они иногда привозят двух-трёх человек, но только когда нас там нет. Но вряд ли они это подкинули.

– А как тогда монета могла там появиться?

Парни пожали плечами.

– Может, потерял кто-то.

Мы с Анной заулыбались.

– Такие вещи в таких местах не теряют.

– Могли подкинуть с заговором. У нас такое часто делают.

Это то, о чём мне говорила Анна, она в этом понимает. Парни хотели объяснить, но Анна дала им понять, что в курсе таких дел.

– Тут все знают, что это наше место. Что мы туда возим искать клады. Могли специально подкинуть. А вот кто, этого мы не знаем. Но точно не мы.

– А узнать можете? Поспрашивать?

Парни уверенно пообещали поинтересоваться у знакомых. Чем только убедили меня в том, что ничего они конечно узнавать не будут. Не та порода, чтобы усердствовать лишнего. Пообещать да, это запросто, а вот сделать…

Мы попрощались и пошли по пляжу в сторону гостиницы. День плавно перетекал в вечер. С океана понемногу начинал дуть усиливающийся ветер. Вдоль линии берега, почти у горизонта, под парусами носилось на виндсёрфах с десяток человек, затянутых в гидрокостюмы.

Обгоняя нас, проплыл небольшой круизный корабль, обшитый под старинное судно с пиратским флагом. На этом кусочке берега, где одна за другой шли гостиницы, не останавливаясь развлекали отдыхающих. Машина по выкачиванию денег работала без остановки.