Читать книгу Рынок. Здесь торгуют человеческим - Группа авторов - Страница 1

Рынок человеческих надежд открывается в шесть утра,

когда ещё пахнет ночным дождём и свежим отчаянием.

Прилавки из старых грёз,

вывески кривые, буквы облупились:

«Здесь продаётся завтра по цене вчера».

Торговцы – бывшие ангелы с отрезанными крыльями,

теперь в фартуках из чужих молитв.

Голоса хриплые, но улыбки белые,

как дешёвый пластик.

«Подходи, красавица,

только сегодня:

любовь без предоплаты,

счастье в рассрочку на сто жизней,

гарантия – до первого разочарования!»

В углу старуха торгует тишиной.

Одну минуту – 50 монет,

час – вся пенсия.

Покупателей мало,

все хотят шума,

чтобы не слышать, как внутри всё рушится.

Рядом пацан лет десяти

продаёт «веру в лучшее» поштучно.

По пять копеек за штуку.

Берут мешками,

но домой приходят – пусто.

Оказывается, вера сдувается,

как только выходит за ворота рынка.

Есть ларек «Детские мечты оптом».

Там ещё пахнет молоком и пластилином.

Но товар просрочен лет на двадцать,

и всё равно очередь до горизонта.

А в самом центре – аукцион.

На помост выводят последнюю надежду года.

Худая, в синяках, глаза потухшие.

Ведущий кричит:

«Кто больше?

Начальная ставка – ваша душа в хорошем состоянии!»

Тишина.

Потом кто-то в заднем ряду

поднимает руку

и тихо говорит:

«Я отдам всё.

Только дайте подержать минуту».

Ему дают.

Он прижимает надежду к груди,

как больного котёнка,

и выходит с рынка,

не оглядываясь.

С тех пор его никто не видел.

Говорят, ушёл в лес

и до сих пор греет её дыханием.

А рынок работает дальше.

Каждое утро в шесть.

Потому что товар,

самый ходовой товар на свете,

это то,

чего никогда не бывает в наличии.

Только вывеска висит старая:

«Надежд у нас много.

Приходите завтра».

И люди приходят.

Всегда приходят.

Даже те, кто уже давно

продал последнее

за право

ещё раз поверить.

На рынке человеческих надежд – сплошной обвес,

там счастье – подделка, а правда – под заказ, на вес.

Туда приходят те, кто верит: «Ну ведь мне повезёт»,

а продавцы кивают – лишь бы клиент не мёртв, а ждёт.

Там цены пляшут, как пьяницы под шум монет,

и каждый ищет шанс купить себе другой рассвет.

Но рассветы бракованы: треснут по швам на заре,

и ты останешься с пустотой в холодной руке.

А я стою в углу, смотрю, как этот цирк шумит —

надежды продают в кредит, что никогда не спит.

И думаю: весь наш товар – лишь пыль да старый бред,

но рынок человеческих надежд живёт – спрос есть, а совести нет.