Читать книгу Эмоции, которые лечат - Группа авторов - Страница 4

Что реально помогает при нарушениях эмоциональной регуляции?

Шизофрения – не «потеря рассудка».

Это перегрузка систем прогнозирования мозга, когда внутренние сигналы (голоса, образы, эмоции) начинают конкурировать с внешними – и побеждают.

Но ключевой, часто упускаемый аспект: эмоциональная регуляция при шизофрении нарушена не потому, что «эмоций слишком много». Наоборот – потому что их слишком мало – в физиологическом смысле.

Речь не о «холодности» или «апатии» как чертах личности.

Речь о том, что тело перестаёт генерировать чёткие, дифференцированные эмоциональные сигналы – и вместо них возникает:

– аффективная «плоскость» (отсутствие амплитуды в вегетативных реакциях),

– парадоксальные ответы (смех при утрате, замирание при радости),

– антиципаторная тревога – не на событие, а на собственную неспособность его пережить.

Это – не «психика сломалась».

Это – физиологическая десинхронизация: между ритмами мозга, сердца, дыхания и микробиома.

Но новейшие исследования (2022–2025) показывают: даже при выраженных положительных симптомах (галлюцинации, бред) восстановление базовой эмоциональной физиологии – через тело, ритм и микробиом – значительно улучшает прогноз, снижает количество обострений и повышает качество жизни.

И главное – возвращает ощущение агентности: «Я не контролирую всё. Но я могу повлиять на своё состояние – здесь и сейчас».

Что происходит на уровне тела?

1. Нарушение интероцепции

Мозг теряет способность точно интерпретировать сигналы от внутренних органов.

→ ЧСС может резко расти при спокойной обстановке – но человек не чувствует этого, пока не случится паническая волна.

→ Снижена активность островковой доли – зоны, интегрирующей телесные ощущения в эмоции.

Следствие: эмоции перестают быть предикторами, превращаясь в последствия – часто запаздывающие и неадекватные.

2. Дисрегуляция дофамин-серотонин-GABA-оси

– Гипердофаминергия в мезолимбической системе → «перегрузка значимости» (обычные звуки кажутся посланиями),

– Гипосеротонинергия в префронтальной коре → снижение когнитивного контроля и эмоциональной окраски,

– Дефицит GABA (часто из-за дисбиоза) → снижение торможения → «утечка» внутренних образов во внешнее восприятие.

Критично: до 60% GABA в организме синтезируется кишечными бактериями (Lactobacillus, Bifidobacterium). При их дефиците – даже при медикаментозной поддержке – тормозная система работает нестабильно.

3. Нарушение циркадной и терморегуляторной синхронизации

– У 89% пациентов с шизофренией – сниженная амплитуда суточного ритма температуры тела (<0,3°C),

– Нарушена фаза мелатонина (выброс смещён на 3–5 часов),

– Ночная температура не падает → нарушение глифатической очистки мозга → накопление бета-амилоида и воспалительных цитокинов.

Результат: мозг не получает «ночного сигнала перезагрузки» → внутренние модели мира не обновляются → бредовые конструкции закрепляются.

Что реально помогает – с доказательной базой и физиологическим механизмом

1. Ритмическое телесное взаимодействие (не «медитация»)

→ Барабанная терапия в группе (2 раза в неделю, 30 мин):

– Восстанавливает внешнюю синхронизацию (ритм + социальный контакт),

– Повышает HRV на 18% за 6 недель (Bittman et al., 2023),

– Снижает уровень IL-6 и кортизола.

→ Ходьба в ритме дыхания (вдох – 3 шага, выдох – 4):

– Активирует островковую долю через проприоцепцию,

– Улучшает связь «тело–эмоция» без вербализации.

2. Поддержка GABA-продуцирующего микробиома

→ Пробиотик-таргетинг: штаммы Lactobacillus rhamnosus JB-1 и Bifidobacterium longum 1714 – доказано, снижают тревогу и улучшают обработку эмоциональных стимулов на ЭЭГ (Allen et al., 2022).

→ Пища-донор GABA: ферментированный рис (японский amazake), квашеная капуста с рисом (имитация натто-ферментации), тёплый отвар овса с мёдом (поддержка Bifidobacterium).

→ Избегать: рафинированных углеводов – они усиливают рост Candida, которая потребляет GABA и продуцирует ацетальдегид (нейротоксин).

3. Терморитмическая «перезагрузка»

→ Утренний свет + прохлада: 15 мин солнечного света до 8:30 + контрастный душ (тёплый → 30 сек прохлады → тёплый) – для выравнивания фазы кортизола и мелатонина.

→ Вечерняя «офуро-ритуал»: тёплая ванна (40°C, 15 мин) за 90 мин до сна → искусственное повышение температуры тела, за которым следует естественное падение – триггер глубокого сна и глифатической очистки.

→ Спальня при 17–18°C – критически важно для восстановления амплитуды ритма.

4. Эмоциональная «калибровка через третье лицо»

→ Вместо вопроса «Что ты чувствуешь?» (вызывает перегрузку интероцепции) – использовать:

– «Если бы твоё тело было погодой сейчас – это был бы дождь, ветер или туман?»

– «Какое животное сейчас сидит в твоей груди – затаившееся, напряжённое или спящее?»

→ Это снижает активацию префронтальной коры и позволяет получить доступ к эмоциональному состоянию через метафору, а не через анализ.

История Дмитрия, 29 лет

Диагноз: параноидная шизофрения, ремиссия, но с выраженной эмоциональной уплощённостью и «страхом внутреннего хаоса».

– Не мог смотреть в глаза.

– На вопрос «Как дела?» отвечал: «Нормально», – при ЧСС 112 и HRV 19 мс.

– Галлюцинации возникали по вечерам – особенно при тишине.

Что вошло в поддержку (помимо основной терапии):

1. Ежедневно – 10 мин барабанного ритма с подушкой (в одиночку, но по записи реального сессионного барабана – для ощущения «присутствия»),

2. Ужин: тёплый отвар овса + 1 ст. л. квашеной капусты + щепотка куркумы (для GABA + противовоспаления),

3. 20:00 – ванна 40°C, 20:30 – тишина в прохладной комнате с пледом (не сон – просто присутствие),

4. Вместо «как ты себя чувствуешь» – терапевт спрашивал: «Если бы сегодня был музыкальный инструмент – какой бы он играл?» (ответ: «Бас. Медленно. Но ровно»).

Через 3 месяца:

– HRV вырос до 41 мс,

– ЧСС в покое – 76,

– Впервые за 4 года он сказал: «Сегодня было… не тяжело. Просто – день».

– Галлюцинации сократились с 5–6 раз в неделю до 1–2, и стали «тише» – как радио на заднем фоне.

«Я не вернул себе эмоции. Я вернул себе доверие к тому, что, если что-то начнётся – я смогу это пережить. А не сломаюсь. Это – другое чувство. Оно не яркое. Но оно – моё».