Читать книгу Двуликий - - Страница 8

– Релли! – вырывается из моего горла.

– Умирать так вместе, – испуганно заявляет Аурелия.

Она стоит рядом со мной, бегая взволнованным взглядом от меня к волку и обратно. Я не до конца понимаю, зачем она спрыгнула с дерева. Но ее поступок приводит меня в бешенство. Если бы не рычание хищника, я наверняка придушил бы эту девчонку.

– Ты не умрешь, – цежу ей.

Я хватаю ее за локоть и прячу за спину. Ее руки в ту же секунду оказываются на моей пояснице, а пальцы впиваются в ветровку. Ощущаю ее страх и крепче сжимаю в ладони посох, собираясь проткнуть им волка. Это единственный способ спастись. Бежать – не вариант. Надо бороться.

– И ты тоже? – шепотом спрашивает Аурелия, прижимаясь всем телом к моей спине.

Я ничего не отвечаю, сфокусировав внимание на изголодавшемся звере. Он медленно приближается к нам и принюхивается, раскрыв свою пасть. Одно его ухо оторвано наполовину. Это наталкивает меня на мысль, что я знаю его.

Перед Лудусом в лесу всегда вылавливали разных хищников. Но порой в клетки попадали одни и те же. В особенности волк с оторванным ухом, которому я даже дал имя.

– Амарок. – Вытягиваю руку вперед, показывая жестом, что не наврежу ему. Он должен узнать меня. Я надеюсь на это.

Волк останавливается и опускается на задние лапы. Он точно голоден, но нападать не решается. Животное могло узнать меня раньше, чем я его. Скорее всего, это и послужило причиной того, что он так медлит.

– Ты знаешь его? – Аурелия все так же встревоженно прижимается ко мне.

– Кажется, да. – Я осторожно открываю мешок, пока волк пристально следит за каждым моим действием. Бросаю ему рыбу, и он тут же набрасывается на нее, утоляя свой голод.

Я спокойно выдыхаю, осознав, что все обошлось. Напряжение в теле немного спадает, но ненадолго. Если животных выпустили раньше срока, то отец меняет правила игры. Причиной этого мог послужить только я. Он хочет избавиться от меня и сделает для этого все.

– Откуда ты его знаешь? – спрашивает Аурелия, далеко отгоняя мои мысли.

Я сжимаю челюсть и, убирая ее руки со своей ветровки, оборачиваюсь. Желание придушить эту девчонку возвращается. Ее глупый поступок не укладывается в моей голове. Она могла умереть, но девушку это не беспокоит от слова совсем.

– Зачем надо было спрыгивать с дерева? – раздраженно спрашиваю я, вглядываясь в ее сине-голубые глаза.

Она скрещивает руки на груди и хмурится. Поза явно не говорит о том, что Аурелия сожалеет о своем поступке. Скорее гордится и готова повторить эту глупость.

– Я должна была смотреть, как тебя разорвут на кусочки?

– Ты должна была сидеть на дереве, Релли! – бросаю ей холодным тоном.

Аурелия отводит взгляд и прочищает горло. Она будто ощущает себя неловко. Меня немного озадачивает резкая смена ее настроения.

– Благодарю за заботу, Демьян, но я лучше умру с тобой, чем буду прятаться на дереве. Для меня это не так страшно, как остаться одной в незнакомом лесу. – Она поджимает губы и смотрит на меня снизу вверх. – И, тебя ведь не должно беспокоить, жива ли я или нет. Мы просто идем рядом. Я – не твоя ответственность.

Ее слова заставляют меня задуматься. В них присутствует доля правды. Я не должен о ней беспокоиться. Но почему меня переполняет гнев из-за ее поступка? Мне с самого начала известно, что Дьякова не продержится и недели. Я вообще не обязан печься о ее жизни.

Отрываю от нее взгляд и запрокидываю голову, услышав тихое жужжание. Над нами летает белый дрон. Это вызывает у меня усмешку. Отец точно огорчится, увидев меня живым. Он наверняка надеялся обнаружить мое бездыханное тело. Но отцу не повезло. Я не собираюсь умирать. Не сегодня.

– Нам не следует бежать? – интересуется Аурелия, тревожно поглядывая на дрон.

– Бежать – нет. Но и стоять на одном месте тоже не вариант. Пора идти, – отвечаю я ровным тоном.

Она кивает мне и идет вперед, перешагивая через корни деревьев, которые торчат из земли и переплетаются между собой, создавая препятствия на пути. Подобных преград в Черном лесу достаточно. Нам еще предстоит многое пройти. Если, конечно, Аурелия сможет дойти до конца.

Я смотрю на Амарока, который заканчивает есть. Он делает несколько шагов в мою сторону и запрыгивает на булыжник. Что-то подсказывает, что у меня появился еще один попутчик. На самом деле это не так плохо. Он может отпугивать других хищников. А таких в этом лесу немало.

Я шагаю вперед, помогая себе посохом. Мое тело еще не восстановилось, поэтому некоторые движения причиняют жгучую боль. Это замедляет мой темп, но я намереваюсь ускориться, как только приду в себя полностью. А на это потребуются несколько дней.

– Послушай, – Аурелия перелезает через очередной корень и, сдувая с лица прядь волос, пристально смотрит на меня, – откуда ты знаешь этого волка? – Она настороженно смотрит на Амарока.

– Неважно. – Я прохожу мимо нее.

– У тебя в лексиконе есть еще слова? – Улавливаю нотки недовольства в ее голосе. – Неважно, – бубнит себе под нос.

– Иди молча. – Смотрю на белку-сталкера, которая прыгает с ветки на ветку. Ночью я заметил, что она прячет орехи в моем кармане. Кажется, лесной зверь видит во мне свой тайник.

– Знаешь, мне в голову приходят разные мысли.

– И ты хочешь поделиться ими со мной?

– Если ты не заметил, то у меня больше нет вариантов. – Аурелия смотрит на Амарока и белку. – Не думаю, что эти двое поймут, о чем идет речь. – А ты попробуй. Может, поймут.

– Как скажешь. – Она закатывает глаза. – Дорогие животные, мне в голову пришла мысль, что Демьян знает все о Лудусе, потому что следил раньше за игроками.

Я останавливаюсь и смотрю на нее. Она одаривает меня холодным взглядом.

– Скажешь, что это неважно? – выдыхает девушка.

– Так и есть, – равнодушно бросаю я.

– Хм. Если ты следил за игроками, полагаю, что твой отец и братья тоже в этом замешаны. Это они сейчас следят за нами? – Она кивает в сторону дрона.

В моей груди нарастает гнев. Мои братья никогда не занимались всем этим. Их не подпускали к Лудусу и игрокам. Грязная работа всегда доставалась только мне. Я не был против ее выполнять, потому что таким образом защищал братьев. Игнату Власову достаточно одного сына, которого он принес в жертву своим порокам.

– Но знаешь, что еще важнее, Демьян. – Аурелия хмурится. – Почему ты здесь? Если не для того, чтобы убить меня или насолить моему отцу, то для чего?

Я сжимаю посох и хмурюсь. Отвечать на эти вопросы мне не хочется. Пришлось бы многое раскрыть. А я не люблю делиться своими проблемами и мыслями.

– Не отвечай, – сухо бросила она. – Это ведь неважно.

Аурелия молча идет дальше. Мы больше ни о чем не говорим. Между нами появляется напряжение. Я чувствую на себе тяжесть ее мыслей. Они давят на меня. Вопросы, возникшие в ее голове, будто передались мне. Моментами хочется закричать, чтобы она перестала думать об этом.

Мы идем до тех пор, пока в лесу не становится слишком темно. Мои наручные часы показывают семь вечера. Самое время найти место для ночлега и поесть.

Из-за недостатка еды, я пропустил обед. Но Аурелия тоже не вспомнила о нем. Видимо, загруженная множеством мыслей, она позабыла о еде.

– Нам надо остановиться, – говорю я, прервав тишину между нами. – Пора отдохнуть.

– Хорошо, – сухо бросает девушка.

Я не зацикливаюсь на ее плохом настроении и принимаюсь готовить нам место для сна. Хотя гнев, проскальзывающий на лице девчонки, странным образом отражается на мне.

Я ломаю ветки, используя посох. В какой-то момент замечаю боковым зрением, что Аурелия ломает ветки руками. Она хватается за те, что тоньше. На толстые ей сил не хватает.

– Что ты делаешь? – раздраженно спрашиваю девушку.

– То же, что и ты. Собираюсь спать. – Она даже не смотрит в мою сторону.

Я бью посохом по веткам, которые Релли уже собрала в кучу.

– Они слишком тонкие. Ты не сможешь на них уснуть.

– Неважно. – Она пожимает плечами и продолжает.

– Хочешь спать на этом – спи, – цежу я.

Смотрю на Амарока, устроившегося у дерева. Он скучающим взглядом наблюдает за нами. Зато белка, сидящая на ветках над ним, не скрывает своего интереса в глазах.

– И посплю.

Стискиваю зубы и продолжаю ломать ветки. Несмотря на выходку Аурелии, я все равно делаю место для двоих. Это бесит меня еще больше. Какого черта я это делаю?

Закончив с этим, открываю мешок и протягиваю ей рыбу. Она спокойно принимает ее и дает мне таблетку, которую я сразу закидываю в рот. Я также бросаю еды Амароку и принимаюсь есть сам.

Моментами мой взгляд падает на Аурелию. Она до сих пор загружена своими мыслями. Ее беспокоят вопросы, оставшиеся без ответа. Но я совсем не доверяю женщинам, чтобы отвечать на них. В моей жизни хватило одной, что предала меня. Если на это способна собственная мать, то… способен кто угодно.

Я запрокидываю голову назад и смотрю, нет ли над нами дрона. К счастью, он исчез. Мне не придется всю ночь дежурить под ним. До появления следующего у меня еще есть время.

Я ложусь на ветки и жду, пока Аурелия ляжет спать. Как только она устраивается на своем «спальном месте», я усмехаюсь. Ее взволнованный взгляд бегает вокруг. Она боится появления пауков.

– Иди сюда, – выдыхаю я.

Она смотрит на меня и поджимает губы.

– Мне и здесь удобно, – упрямо заявляет Релли.

– Тебе будет холодно.

– Не будет.

Понимаю, что она все равно сделает так, как решила сама, поэтому больше не настаиваю. Прикрывая глаза, я собираюсь спать, но в груди появляется червяк, который грызет меня изнутри.

– Если тебе будет холодно или страшно, то ложись со мной, – в последний раз говорю я.

– Благодарю, но я посплю здесь.

– Как знаешь.