Читать книгу Дно - - Страница 2

Оставив Алису и Ульяну у широкой дороги, ведущей через лес прямиком к замку, воздушный змей вновь поднялся в воздух, унося оставшихся пассажиров в даль. Ощутив землю под ногами, Алиса было хотела упасть на колени, руками зарываясь в сухую траву, с криком "Я жива!", но удержалась. Ей все еще было неловко показывать Ульяне все особенности своего характера. Она опасалась, и не без причины, что столь быстрое погружение в ее реальный образ заставит новую подругу схватить кессонную болезнь. Ульяна же и не думала сдерживать себя:

– Земля, мы снова на земле! – радостно кричала она. – И так еще целый год, без единого перелета!

Длинная пыльная дорога уводила сквозь красный лес к большим кованным воротам. Начало дороги отмечал большой валун. Правее небольшая тропинка уводила к низенькой башне, и более ничего не бросалось в глаза на целом острове. Алиса предложила Ульяне начать тренироваться игре на свирели, пока они бредут к воротам Ковена. Сама она вытащила расческу, и наигрывала для подруги ритм, дергая зубчики ногтем. Даже так дорога все еще выглядела утомительной, и показав Алисе, как наиграть на свирели простую мелодию, Ульяна начала исполнять частушки на тему "что вижу, то и пою".

Солнц мне было, ух, немного,

Когда в Ковен я пошла.

Лучше б пи́ла брагу дома

И корову завела!

– Типичные причитания троюродной тетушки из Мышиных Подмышек, – закатила глаза Алиса.

Сколько не сади деревья,

А история стара.

Отрабатывала Кенназ —

Все до веточки сожгла!

– Реальная история?

– Мама рассказывала, – смеясь ответила Ульяна.

Солнце клонит к горизонту

Я не ела ни черта

Сон был вроде бы в субботу

Мылась – ну, однажды, да!

– О, нет, не говори мне, что это правда.

– До крайности преувеличенная, как по мне. Постой-ка, – Ульяна выставила руку в сторону, преграждая Алисе путь, – ты ничего не заметила?

Алиса посмотрела в сторону замка и поняла, что девушка имела ввиду. Они шли уже около часа, но, казалось, ни на шаг не приблизились к воротам. Дорога перед ними петляла все тем же узором, что и на момент их прибытия. Валун за спиной не стал дальше. И только солнце стало ниже, спрятавшись за темной каменной кладкой замка.

– А об этом брат тебе рассказывал?

– Нет, – ответила Ульяна. – Именно это он забыл упомянуть.

– Может, это что-то вроде испытания на прочность? И для каждого оно свое…

– Идеи?

– Ты иди, я – буду стоять тут и наблюдать за тобой.

Ульяна кивнула и пошла по дороге. Алиса пристально следила за каждым ее шагом, пока девушка вдруг не скрылась из виду. Алиса несколько раз поморгала – нет, подруги на дороге уже не было. Не успела она впасть в панику, как на ее плечо легла рука:

– Ух ты, ты меня даже стоя обогнала!

– Теперь понятно, мы шли по этому участку десятки раз, потому что он зациклен.

– Дам тебе возможность провести следующий эксперимент. Я видишь ли по натуре бард, тупой и общительный, так что продолжай соображать, мистик.

– Идем в обратную сторону.

В обратную сторону они без труда дошли до края острова, где их и высадил воздушный змей. Присев на валун у дороги, Алиса раздраженно посмотрела в сторону Ковена. Какая глупая шутка. Отец сказал, что тут не делят людей по принципу достатка, зато охотно делят по уму. Возможно, такой подход был вполне оправдан. Стоит ли учить магии законченного глупца? Но возможность получить образование – это буквально главный принцип Ковена с тех самых пор, как был открыт четкий алгоритм получения способностей любым желающим. Значит, рано или поздно ты все равно туда попадешь. Вот только Алиса хотела сейчас и на своих условиях. А потому она резко спрыгнула с камня, схватила с земли свою сумку и опять пошла по дороге, в этот раз забирая влево.

– Что, капитан, еще один марш-бросок?

– Да, но теперь мы пойдем в обход.

Ульяна не стала спорить. Алисе нравилась ее сговорчивость и отсутствие извечного брюзжания, коим изобиловали ее сверстники всякий раз, как оказывались не на первых ролях хоть где, пусть даже это очередь в туалет. Раздраженно пиная опавшие красные листья Алиса пробиралась через чащу деревьев. Солнце над их головами словно спряталось за плотными тучами. Дорога медленно начала утопать во тьме. Ульяна, насвистывая какую-то простую мелодию, зажгла газовую зажигалку. Алиса в очередной раз порадовалась, как же ей все таки повезло с подругой и ее оснащением. Пока коленки Алисы предательски тряслись от страха, ведь происходящее вокруг них с каждым шагом становилось все менее нормальным, вид расслабленной Ульяны успокаивал ее и придавал сил идти дальше. Тьма сгущалась и скоро ничего не было видно кроме дрожащего огонька зажигалки, как вдруг Алиса зацепилась за что-то ногой и упала. Следом резкий порыв ветра задул единственный источник света.

Все это время Алиса пыталась вести себя подобающе и интеллигентно, несмотря на то, что считала происходящее форменным издевательством. Однако сейчас силы, удерживающие ее от скверны закончились и на свет вышла уже другая Алиса, та, которой она всегда и была без аристократической пыли:

– Дерьмо! Дерьмо! Дерьмо! Что за тупые шуточки, я вас спрашиваю?! – брызжа слюной кричала она, ее голос звенел, отражаясь от стволов деревьев и густого мрака. – Как только я выйду отсюда, а я отсюда выйду, я такой скандал учиню! Одним судебным делом не отделаетесь!

– Полегчало? – после небольшой паузы с усмешкой спросила Ульяна.

– Немного. Зажги огонь.

– Огня не будет – газ кончился.

– Значит, поползу на четвереньках!

– Вот это настрой!

Под ритм, отбиваемый Ульяной в ладоши и подбадривающие песни, они продвигались вперед в полной темноте, и через каких-то пять минут сквозь кроны деревьев начал пробиваться слабый свет. Отряхнув платье от грязи и обещая сегодня же постирать чулки и перчатки, Алиса, чеканя шаг, пошла уже на своих двоих. Прошло немного времени, когда они наконец вышли к кованому забору, металлическими пиками уходящим в самое небо. Дальше они шли вдоль него, касаясь руками холодного металла, в страхе, что опять окажутся в самом начале пути, если не будут предельно внимательны. За распахнутыми воротами у темных деревянных дверей замка их встречали двое – старушка с черными волосами, отливающими синевой, и бойкая молодая девица с ярким алым высоким хвостом.

– Добро пожаловать в Ковен! Ух, и заждались мы вас! – радостно вещала молодая девушка высоким голоском, заламывая руки.

– Там дорога… она… – сбивчиво начала Алиса.

– Да-да, это если можно так сказать, традиция. Раньше в этом самом Ковене учились урожденные волшебники, и у них был такой своеобразный метод отбора, чтобы выявить важнейшие качества абитуриентов.

– И как мы справились? – спросила Ульяна.

– У Алисы потрясающие лидерские качества и острый ум. Как говорили раньше "дорога, которая кажется простой не всегда бывает верна, ты же всегда найдешь свой собственный путь и проложишь новый"! Что до Ульяны, иногда несгибаемая воля и оптимизм способны свернуть горы, "твоя душа как неограненный алмаз, который мы будем бережно обрабатывать, но у тебя уже есть все, что нельзя просто натренировать".

– Если это всего лишь древняя традиция, почему вы не избавились от заклятия?

– Мы… – губы девушки сузились, как будто слова Алисы причиняли ей физическую боль, – мы не знаем как.

– А что если бы мы не вышли оттуда?

– В полночь заклятие перестает действовать, – простодушно махнула рукой она. – Но это для самых упорных! Показывает, так сказать, несгибаемую упертость характера. Душенька, – обратилась девушка к Алисе, – ты, я смотрю, пришла налегке?

Алиса почувствовала как кровь отхлынула от ее лица, а кисти онемели. Тогда, упав среди леса, она уронила сумку, а потом была так взбешена, что забыла ее на земле.

– Мокошь моя, мне нужно пару минут, – Алиса попятилась в сторону ворот, – я скоро вернусь!

– О, да не беспокойся, я просто пошутила, твоя сумка уже в комнате, – с натянутой улыбкой сказала девушка, было в ее улыбке нечто странное – глаза оставались все такими же пустыми и безжизненными. – Ну да ладно, не будем стоять на пороге, пройдемте в кабинет и я расскажу вам все, что необходимо знать о пребывании в Ковене.

Они проследовали по большому залу с двумя спирально закрученными лестницами, устланными толстыми бордовыми коврами с золотистым рисунком, уводящими куда-то наверх. В начищенной до зеркального блеска черно-белой плитке, уложенной в шахматном порядке, отражался мягкий магический свет от исполинской люстры, висящей на толстой цепи под куполообразным потолком. Под левой спиральной лестницей в небольшом закутке находилась скромная дверь с нескромной надписью золотыми буквами "Директор".

Старушка запустила их вовнутрь и, расположившись на стульях, девушки, затаив дыхание, следили за величавой сударыней, идущей прямиком к директорскому столу. Ее глаза были добрыми, но строгими, а походка твердой, словно возраст никак не повлиял на ее осанку. Но внезапно старушка лишь встала у стола, а молодая девчушка с длинными алыми волосами прыгнула на большое кожаное кресло:

– Еще раз приветствую! Я – директриса этого отделения Ковена, Гербера. Да, я знаю, что вы поражены, я вообще не похожа на директрису, но все же. А это, – она указала на старушку, – наша старшая нянечка, Моргана. А теперь серьезно, – ее голос начал звучать низко и глубоко, – в Ковене никто не станет призывать вас к порядку на занятиях, заставлять учиться и выставлять оценки. Вы пришли сюда, потому что захотели. Захотите – уйдете, и никто не будет вас останавливать. У вас всего год. Потратьте его с умом и вам будут открыты многие двери, потому что по забавному стечению обстоятельств, количество полученных меридианов влияет на ваш социальный статус. Якобы именно это показатель упорства, усидчивости и обучаемости. Я так не считаю. Но сравнить толщину барьера Эйваз первого меридиана и седьмого, то же самое, что сравнить бумагу с металлическим листом. Да, заклинания станут тем сильнее, чем больше вы откроете меридианов. Но не превышайте границу двенадцати.

– Почему не превышать?

– Потому что скорее всего государство предпочтет вас устранить как особо опасную единицу, отправить на опыты или принудить к работе в Цитадели, чтобы иметь над вами полный контроль. Но не переживайте! – в ее голосе вновь появились звонкие ноты. – Еще никому не удавалось подняться до тринадцати меридианов даже при завидном упорстве и полном отсутствии сна. Итак, девочки спят отдельно от мальчиков, но на занятия вы ходите вместе.

– А двери в спальни запираются?

– Десятилетия преподавания в Ковене показали, что в этом нет необходимости, у вас не будет ни сил, ни желания "общаться". Но в остальном, нянечки берут на себя все обязанности по удержанию атмосферы целомудрия в этих стенах.

– А в каждой комнате есть уборная? – робко спросила Алиса.

– В каждой. Если вы все поняли, можете идти. Если остались вопросы, задавайте, или приходите ко мне в любое время, когда вам понадобится помощь или совет.

Девушки тихо попрощались, сбивчиво поблагодарив директрису за уделенное время, и пошли вслед за Мореной, проводящей молчаливую экскурсию по главным местам Ковена, начиная от столовой и заканчивая каморкой, где хранились швабры. Внутреннее убранство Ковена выглядело теплее и приветливее, чем обветренный черный камень в облицовке здания. Тут чувствовалась тонкая смесь времен. За замком бережно ухаживали, ремонтируя и реставрируя каждый его уголок по мере обветшания. Шанс, что Алиса найдет заметки матери на стене в спальне, стремился к нулю. Но больше всего девушке понравилась богатая оранжерея под открытым небом в самом центре первого этажа. Она уже фантазировала, как будет отрабатывать руны среди благоухающих цветов под пение сверчков, но из фантазий ее вырвала Моргана, впервые за все время подавшая голос:

– Отработка рун разрешена только в специально оборудованных классах или в ваших личных комнатах, там тоже условия приближены к безопасным, разве что я бы попросила удержаться от огненных и электрических рун, ваши соседки за подпаленные волосы спасибо не скажут.

Она привела их к большим темным дверям с номером четыре, пожелала спокойной ночи и удалилась. Ульяна с размаху раскрыла двери и увидела не меньше дюжины глаз, сверлящих ее взглядом за столь громкие звуки, как скрип петель. Комната была пуста, исключая ворох подушек и несколько металлических шкафов, расположенных по углам. Не было ни кроватей, ни личных тумбочек. Сумки с вещами лежали то тут, то там. Запах в комнате был затхлым, несмотря на открытое для проветривание окно.

Навстречу к ним, крехтя, поднялась растрепанная светловолосая курчавая девушка с самыми большими мешками под глазами из всех:

– Я – Маргарита, старшая этой комнаты. Дверь в туалет вон там, – она указала налево, в ванную – забудьте, но если что – там, – направо. – Вещи одной из вас свалились на голову Кикиморе, видимо, твои, – она указала на Алису, – располагайтесь и не мешайте сокурсницам. Если хотите поболтать делайте это в коридоре. У меня все.

Она развернулась и пошла на свое место, по пути разминая и растягивая мышцы кисти. Остальные тоже вернулись к молчаливым пассам руками, словно зомбированные. Алиса неловко протиснулась к своей сумке, вытащила пижаму и вновь осмотрела комнату:

– Простите, а где мы будем спать?

Маргарита, не отрываясь от своего занятия, ответила:

– Да где хотите. Если там нет чьего-нибудь тела – это место свободно.

Взяв Ульяну за предплечье, Алиса потянула ее к выходу из комнаты. Открыв и закрыв дверь так, чтобы та не издала ни малейшего звука, она схватилась руками за голову и пропищала:

– Куда мы попали?

– М-да, теплая встреча. Но ты не переживай раньше времени. Может это их типичное вечернее настроение после долгого учебного дня, а завтра поутру все рассосется.

– Ох, извини, но я так не думаю, – дрожащим голосом сказала Алиса и широко раскрыла глаза. – Мы что, будем спать на полу?

– На подушках, – пожала плечами Ульяна, – это не прям на полу. Да ладно, ты всю жизнь из мягких перин не вылезала?

– Когда мы жили в пролетарском районе, у меня все равно была кровать!

Из-за двери выглянуло раздраженное лицо Маргариты, она не издавая ни звука, жестами указала им отойти подальше от комнаты.

– Да, я знаю. У меня тоже, хоть и не всегда. Нас предупреждали о тяжелых условиях.

– Тяжелых, – отрезала Алиса, – не бесчеловечных. В тюрьме в самом сердце Цитадели более комфортные камеры.

– Преступники там не на год, да и если они заболеют – лечить их одна морока. Давай попробуем успокоиться. Пойди, прими душ, надень пижамку, а я взобью для тебя пару подушек.

Ульяна не пожелала продолжать бесполезный разговор и вернулась в комнату. Алиса, пыхтя, и не обращая внимания на злобные взгляды, обращенные на нее прошла в ванную, и с размаху захлопнула дверь. В комнате зажглись теплые магические светильники, и она увидела простенькую душевую, раковину и зеркало. В тумбочке хранились средства индивидуальной гигиены, в небольшом шкафу – чистые белые полотенца. Не снимая одежды, Алиса встала под лейку и открыла воду. По щекам заструились слезы.

"Захотите – уйдете, и никто не будет вас останавливать" – сказал голос директрисы в ее голове.

"Ты отучишься в Ковене, вернешься на родину человеком, выжившим в этой системе, а в этом я уверен" – перебил директрису голос отца. Выжившим – так сказал отец, который, в отличие от матери, никогда не был склонен к драматизированию.

Верно, сейчас не время расклеиваться из-за каких-то кроватей, которых даже нет. Алиса сбросила вымокшую одежду и мылась, одновременно стирая под струями воды свое испачканное в грязи платье. Она вышла из душа, переоделась и вошла в комнату, где девушки словно уже успели позабыть о ее существовании. Не найдя лучшего места, она закинула одежду сушиться на один из металлических шкафов. Присев около Ульяны, она ответила напряженной улыбкой на ее улыбку, вытащила из рюкзака тетрадь и большими буквами написала "Пусть подавятся".