Читать книгу Игнис-Нокс: договор тьмы и света - - Страница 5

Их расследование свело их в самые странные места: в пыльные подвалы водонапорных башен, на крыши, где стояли магические ретрансляторы, в тихие, заброшенные цеха. Они работали в странном, сосредоточенном симбиозе. Он освещал путь своим мягким, сфокусированным шаром солнечного света. Она искала следы – невидимые глазу искажения в тенях, следы посторонней магии, микроскопические следы износа не от времени, а от вмешательства.

Однажды, после долгого и бесплодного осмотра очередного сломанного насоса в полутьме подземного резервуара, они выбрались на поверхность. Было глубоко за полночь. Всё вокруг спало. Усталость валила с ног.

Веридия: (потирая виски) Ничего. Чисто. Сломано умело, но грубо. Это не диверсия мастеров Нижнего города. Мы так не работаем.

Солар: (прислонившись к холодной стене) Как работаете?

Веридия: (посмотрев на него усталыми глазами) Тихо. Чтобы жертва даже не знала, что её ударили, пока не станет слишком поздно. А здесь… здесь кто-то кричит. Но непонятно, что именно.

Он молча достал из сумки маленькую термофляжку и две жестяные кружки.

Солар: Кофе. Крепкий. Без мяты, к сожалению.

Она удивилась, но взяла предложенную кружку. Горячий пар окутал её лицо. Они сидели на холодных ступенях служебного входа, пили кофе и смотрели на спящий город, разделённый пополам пропастью и тьмой.

Солар: Вы сегодня сказали «мы». «Мы так не работаем».

Она замолчала, сжимая кружку в ладонях, чтобы согреться.

Веридия: Это было неосторожно.

Солар: Для кого? Для вас или для меня?

Веридия: Для нас обоих. – Она сделала глоток. – Вы не хотите знать, как «мы» работаем, Солар. Это испортит вашу чёрно-белую картину мира.

Солар: А у вас она цветная?

Веридия: (тихо, почти шёпотом) У меня она серая. Всего пятьдесят оттенков серого. И я знаю название каждого.

Он посмотрел на её профиль, освещённый тусклым светом далёкого фонаря. Она выглядела невероятно уставшей и бесконечно одинокой. И в этот момент он понял, что смотрит не на представителя вражеского клана, а на человека, который несёт своё бремя так же молча и тяжело, как и он.

Солар: Я не верю, что это сделали ваши.

Она обернулась к нему, глаза широко раскрыты от неожиданности.

Солар: (продолжая, глядя в свою кружку) Технические детали сходятся, да. Но нет мотива. Саботаж сейчас – это как развязать войну. А ваш клан… ему сейчас выгоден мир. Вы не стали бы рубить сук, на котором сидите.

Он чувствовал, как её взгляд изучает его лицо.

Веридия: (медленно) Вы… проводили политический анализ мотивации моего клана.

Солар: Я провёл анализ ситуации. С холодной головой.

Она вдруг тихо рассмеялась. Это был короткий, хрипловатый, но самый настоящий смех.

Веридия: Лжёте. Вы сказали это, чтобы… чтобы я не чувствовала себя здесь врагом.

Он не стал отрицать. Просто поднял на неё взгляд. Между ними повисло молчание, густое и тяжёлое, как ночной воздух. В нём было что-то новое. Что-то опасное.

Веридия: (первая отвернулась) Нам нужно идти. Завтра проверим часы на башне. Там сложный механизм. Если кто-то вмешивался, следы должны быть.

Она встала, отряхнулась. Он последовал её примеру. Возвращая ей пустую кружку, его пальцы на мгновение коснулись её ладони. Она не отдернула руку. Просто замерла.

Солар: (так же тихо) Пятьдесят оттенков, говорите? А этот какой? – Он не убирал пальцы.

Веридия: (отводя взгляд) Этот… слишком светлый для моей палитры.

Она аккуратно высвободила руку, собрала свои инструменты и, не попрощавшись, растворилась в переулке, ведущем вниз. Он остался стоять со своими кружками, на ладони ещё горело призрачное тепло её кожи.

На следующее утро, готовясь к вылазке на башню, он нашел в кармане плаща, который она вернула накануне, маленький, тщательно завёрнутый пакетик. В нём была щепотка высушенной горькой травы – местный заменитель кофе из Нижнего города. Ни записки. Просто ответный жест.

Договор больше не был просто соглашением о сотрудничестве. Он начал обрастать личными, тихими, непроговорёнными правилами. И Солар начал понимать, что эта «беда» – расследование – может оказаться для него самой большой опасностью. Потому что врага можно победить. А понять, что делать с этим тихим, растущим чувством, он не знал.

Глава 6. Башня, тишина и чужие голоса

Часы на башне Совета были шедевром механики и магии. Чтобы до них добраться, нужно было подняться по узкой, пыльной винтовой лестнице, которая заканчивалась маленькой дозорной площадкой под самым шпилем. Пространство было тесным, продуваемым всеми ветрами, и пахло старым железом, маслом и озоном от магических контуров.

Веридия работала молча, с хирургической точностью. Она разобрала защитный кожух механизма, и её тонкие инструменты заскользили по шестерёнкам. Солар держал свет – не яркий шар, а сфокусированный луч, как просила она, чтобы не слепить и не создавать лишних теней.

Веридия: (не отрываясь от работы) Здесь. Смотри.

Он наклонился. В луче света была видна почти неразличимая царапина на главной приводной оси – не от износа, а от одного точного удара чем-то очень твёрдым.

Солар: Это сделало часы?

Веридия: Нет. Это сделало их уязвимыми. – Она провела пальцем в миллиметре от царапины. – Видишь микротрещину? След магии. Не теневая. Совсем другая. Чужая.

Солар: Какая?

Веридия: (пряча инструменты) Я не знаю. Я… не сталкивалась с таким. Это как холодный огонь. Он не греет, а выжигает. – Она вдруг вздрогнула и резко выпрямилась, задев плечом его грудь. – Ты слышал?

Он замер, прислушиваясь. Ветер выл за стенами башни. И сквозь этот вой донёсся голос. Приглушённый, идущий снизу, с основной лестницы. Затем ещё один. Они спорили.

Незнакомый голос 1 (мужской): …слишком рискованно. Солар уже копает.

Незнакомый голос 2 (женский, холодный): Солар занят теневичкой. Он слепнет. Это идеальное прикрытие. Следующий этап – фонтан на Площади Рассвета. Сегодня ночью.

Шаги затихли, удаляясь вниз. В тесном пространстве площадки повисла гробовая тишина. Солар чувствовал, как учащённо бьётся её сердце, прижатое к его плащу. Они замерли в неестественной близости, он всё ещё держал руку с источником света, обнимая её вторую руку, чтобы не упасть.

Солар: (едва слышно) Ты знаешь эти голоса?

Веридия: (так же тихо, губы в сантиметре от его шеи) Нет. Но они знают о нас. И они не мои.

Это было главное. Не мои. Он поверил ей безоговорочно в этот миг. И это было страшнее всего.

Они стояли так, затаив дыхание, ещё минуту, пока звуки не растворились окончательно. Потом она осторожно отстранилась. Её лицо было бледным, глаза огромными в полутьме.

Веридия: Площадь Рассвета. Сегодня ночью.

Солар: Это ловушка. Они знают, что мы их слышали.

Веридия: Или они настолько уверены в своей безнаказанности, что даже не проверяют. Кто бы это ни был, они действуют внутри вашей системы, Солар. – В её голосе прозвучала не злорадная, а горькая правда. – У вас есть враг в стенах.

Он молчал, глядя на неё. Враг в стенах. А перед ним – единственный человек, который, кажется, говорит с ним честно. Ирония была горькой, как тот суррогатный кофе из её подарка.

Солар: Тогда мы должны быть там. Но не так, как они ожидают.

Глава 7. Площадь Рассвета, тень плаща и обещание

Ночь на Площади Рассвета была тихой и морозной. Фонтан, центр композиции, представлял собой огромную бронзовую лилию, из которой должна была бить вода, подсвеченная снизу магическими кристаллами. Сейчас он молчал.

Солар и Веридия устроились не на самой площади, а на крыше низкого здания галереи напротив. Отсюда был идеальный обзор. Она сидела, поджав ноги, завернувшись в оба его плаща – свой и служебный. Он лежал рядом в тени парапета, не сводя глаз с фонтана.

Тишина тянулась час. Холод пробирал до костей.

Веридия: (шепотом, её зубы слегка стучали) Может, не придут.

Солар: Придут. Слишком уж театрально это место. Это послание. – Он повернул голову к ней. – Ты продрогла. Иди вниз, в караулку, погрейсь.

Веридия: (упрямо) Нет. Договор. Вместе.

Внезапно на площади появилась фигура. Одна. В длинном, простом плаще с капюшоном. Человек подошёл к фонтану и, оглянувшись, приложил руку к его основанию. Послышалось тихое шипение, и от лилии потянулись тонкие, ядовито-зелёные прожилки света. Магия заработала, но явно не так, как должна.