Читать книгу Отвергнутые королевы - - Страница 7

Предполагаемая Ингеборг

«Официальное» изображение Ингеборг

С легкой руки Анны Ярославны, жены французского короля Генриха I, греческое имя Филипп, стало чрезвычайно популярно в Евпропе. Почему русская княжна так назвала своего первенца, осталось загадкой. Возможно, она любила лошадей* и хотела, чтобы эта любовь передалась сыну, но, так или иначе «Филиппами» стали называть мальчиков во всех владетельных домах. Получил это имя и ее правнук. К первому имени затем прибавили еще Август, что означает царственный, и французский король оправдал его.

* Имя Филипп в переводе с греческого языка означает «любящий коней».

Филипп II Август был прекрасным правителем, но в личной жизни ему не везло. Первая жена Филиппа, прелестная Изабелла Ганнегау умерла молодой в родах. Второй брак с Ингеборг Датской породил международный скандал и принес много горя ни в чем не повинным французам. Для Ингеборг же он стал подлинной трагедией, которую она перенесла с достоинством истинной принцессы. Дева, к которой посватался Филипп Август, слыла красивой и благочестивой, а ее приданое могло удовлетворить самые высокие запросы. Ради него и помощи датского короля в борьбе с англичанами, собственно, Филипп и женился.Брат Ингеборг Кнут IV не жаждал давать свои корабли, и при датском дворе яростно торговались по каждой строке брачного договора. Наконец, после того как сошлись на сумме в десять тысяч марок, принцесса отбыла во Францию

Король Филипп Август

II

Первая встреча прошла успешно. Филипп – Август понял, что его не обманули. Принцесса была прекрасна – настоящая валькирия, высокая, светловолосая, статная с огромными зелеными очами. Происхождение Ингеборг было скандинавско – славянским. Ее отец датский король Вальдемар I Великий был назван в честь своего прадеда Владимира Мономаха, бабкой Ингеборг была киевская княжна Ингеборг Мстиславна, матерью – полоцкая княжна София. И, учитывая русские корни Филиппа, их союз вполне справедливо можно было назвать французско – русским.

Коронование Ингеборг состоялось 14 августа 1193 года в соборе Амьенской Богоматери на другой день после венчания. Народ ликовал. Купцов грела мысль о богатствах, привезенных принцессой, а рыцари радовались возможной помощи могучего датского флота в войнах. Но придворные, имевшие возможность видеть короля с его юной супругой вблизи, испытывали куда меньший восторг. Филипп был смертельно бледен, а у Ингеборг опухли и покраснели от слез глаза. Во время церемонии коронации, которую проводил дядя короля, епископ РеймскийГильом, Филиппу стало плохо, а королева разрыдалась.

На следующий день король вызвал Гильома и самых близких людей и сообщил о том, что намерен срочно развестись. Свое неожиданное решение он объяснял тем, что испытывает непреодолимое отвращение к принцессе, которая околдовала его, что произошло на самом деле с новобрачными в их первую ночь осталось тайной.

Современные психологи, возможно, нашли бы объяснение в психической травме, полученной Филиппом в отрочестве на охоте. Принц, увлеченный погоней за зверем, оторвался от свиты и оказался совсем один в незнакомом лесу. Он проблуждал всю ночь, замерзший, голодный и отчаявшийся на спасение. Все закончилось благополучно, утром на Филиппа, лежавшего на земле, наткнулись крестьяне и отвезли в замок, но потрясение оставило след на всю жизнь и иногда давало о себе знать. Может быть, зеленые глаза Ингеборг, показались Филиппу похожими на глаза волчицы, которые сверкали в ночном лесу? Придворные недоумевали. Ингеборг произвела на всех приятное впечатление манерами и поистине царственной манерой держаться. Правда, ей не хватало живости, и кто-то из легкомысленных молодых дворян сравнил Ингеборг со статуей, украшающей нос корабля, но его одернули, сказав, что королеве должна быть присуща величавость.

Возмущение датских послов, которым передали, что по желанию короля им следует увести Ингеборг обратно, было безмерно. На это, порочащее честь датской короны предложение, они ответили резким отказом. Можно было подумать, что Филипп сошел с ума, но приданое отвергнутой жены он отдавать не собирался, и это свидетельствовало, что разум короля не оставил.

печать Филиппа

II

Августа

Истории с разводами и невозвращением приданого уже случались в истории Франции. Вестготская принцесса Госвинта принесла своему мужу Хильперику «большое богатство», и «тот очень любил ее», но он также «очень любил» и свою прежнюю жену Фридегонду, и, будучи, вероятно, натурой цельной, не смог бороться с раздирающей его сердце страстью одновременно к двум женщинам. Дабы примирить обе привязанности, он приказал удушить Госвинту, оставив все ее приданое у себя. Возможно «любовью короля» было названо восхищение его размерами. Другой король Роберт Благочестивый развелся с женой Сусанной Итальянской и не вернул графство Фландрию. Сусанна пыталась бороться, построила в Монтрейле крепость, препятствующую прохождению кораблей бывшего мужа, но, в конце концов, сдалась и удалилась на родину.

Ингеборг сдаваться не собиралась, хотя была совершенно подавлена случившимся. Узнав о решении короля развестись и об отвращении, которое она ему внушает, датчанка горько расплакалась. На родине ее красоту воспевали, а в Филиппа бедная девушка успела влюбиться и надеялась, что со временем он ответит на ее чувство. Но король продолжал наставать на разводе. Бедной Ингеборг ставили в вину даже молчаливость, а она не знала ни французского, ни латыни – этого международного языка общения Средневековья. Со временем, датчанка, конечно, овладела бы языком своей новой родины, но как раз времени у нее и не было.

Всего через несколько месяцев после свадьбы Филипп при поддержке французского духовенства и своего влиятельного дядюшки епископа Реймского добился аннулирования брака. Причиной было выставлено родство между супругами. Ингеборг не признала развода и обратилась с апелляцией к папе Целестину III. Датский король также направил ему послание, но папа не решился портить отношения с могущественным французским монархом и предоставил его решение местным иерархам.

Неожиданное сопротивление Ингеборг взбесило Филиппа, и он заточил ее в монастырь. Содержание упрямой датчанке было назначено самое скудное. Французский король надеялся, что, оказавшись в суровых условиях, избалованная принцесса будет сговорчивее и, наконец, уедет в свою Данию. Сам же он решил жениться в третий раз. Выбор у Филиппа теперь был не велик. Европейские владетельные особы не хотели отдавать своих дочерей и сестер королю, чье семейное положение было неясно, а участь жен печальна. Вспомнили историю первого брака короля, когда он угрожал развестись со своей первой женой Изабеллой Ганнегау. Еще жива была в памяти сцена, когда юная королева, одетая в простое, белое платье, босая со свечой в руке шла к собору, где Филипп и клирики решали вопрос о разводе. Народ открыто выражал жалость, и король, к ногам которого Изабелла припала, отступил и согласился оставить ее в женах.

Репутация у Филиппа была дурной не только из-за супружеских драм. Король был эгоистичным и непочтительным сыном, его мать Адель Шампанская даже покинула двор и переселилась в свои владения. Но французскую знать более всего раздражала нелюбовь короля к трубадурам. Филипп не держал при своем дворе поэтов и музыкантов, хотя это считалось обязательным для всякого правителя. Король заявлял, что вместо того, чтобы расточать щедроты дармоедам, он употребит эти деньги на помощь беднякам. В рыцарскую эпоху подобные слова признавались непростительными. Но короли долго одинокими не остаются, и невеста нашлась. Это была дочь баварского графа- умная и привлекательная Агнесса Меранская, обвенчавшись с которой, Филипп зажил в полном согласии.

Агнесса Меранская

Все шло прекрасно, если бы не Ингеборг. Филипп надеялся, что нужда, лишения и одиночество, если не сломят ее волю, то хотя бы сократят дни. Он не учел наследственности принцессы. В ее жилах текла кровь русских князей – воителей и храбрых морских разбойников – викингов. Мать Ингеборг, София Минская запомнилась датчанам, как дама чрезвычайно решительная. В сагах рассказывалось, что она сожгла в бане любовницу мужа и ранила его сестру.

Отец Ингеборг был прозван Великим, брат – Победителем, и не удивительно, что дева из подобной семьи проявляла редкостную стойкость и мужество. Ингеборг раз за разом повторяя посланцам короля, что она – законная, любящая жена короля и коронованная королева. Она продолжала обращаться в Рим, писала папе патетические послания, в которых описывала свое плачевное положение. Жаловалась, что с ней дурно обращаются, и что если помощь не подоспеет, то ей суждено вскоре умереть. Ни на одно из этих писем Целестин III не ответил, и подмога Ингеборг пришла только после того, как на папский престол вступил новый более решительный и энергичный понтифик Иннокентий III.

София Минская. Реконструкция по черепу

В январе 1200 года он наложил на владения Филиппа интердикт. В Средние века это была катастрофа. Французы не могли ни ходить на мессу, ни крестить детей, ни хоронить по христианским обрядам. Заколоченные церкви внушали ужас, священники заходили туда только для того, чтобы зажечь свечи, и народ, которого лишали надежды на грядущее спасение, начал роптать.

Филипп послал эмиссаров в Рим, но ни просьбы, ни взятки, ни угрозы не смогли заставить Иннокентия III изменить решение. Папские легаты и посланцы короля годами сновали взад – вперед, сам Филипп продолжал утверждать, что его околдовали, Папа в свою очередь уговаривал пойти на «эксперимент» и попытаться провести с ночь с датчанкой. Ингеборг томилась в заточении, страдала и новая королева Агнесса. Она родила королю детей, жила в роскоши и почете, но мысль, что из-за ее семейного счастья страдает вся Франция, подрывала здоровье этой порядочной женщины.

Наконец, король был вынужден уступить, отослал беременную Агнессу из дворца и призвал из монастыря Ингеборг, инсценировав примирение.

Датчанка, несмотря на долгие годы в заточении оставалась все такой же красивой, что не преминули сообщить Агнессе придворные доброжелатели. Отвращение короля к Ингеборг, впрочем, сохранилось, и когда Агнесса Меранская умерла в родах, король обвинил в ее смерти Ингеборг. Новорожденный тоже умер, и утешением Филиппу оставалось лишь то, что Иннокентий III удовлетворил его просьбу и узаконил детей от любимой женщины.

Симпатии подданных были на стороне Ингеборг, но Филипп вновь удалил ее в заключение на этот раз в замок Этамп, где она жила в еще более суровых условиях. Принесшая великое богатство Франции датская принцесса занашивала до дыр свои платья и терпела жестокую нужду. Терпела, не жалуясь, но и не соглашаясь на расторжение брака. В замке Этамп узница провела двенадцать лет, выжила и дождалась своего звездного часа.

Это произошло в 1213 году, когда возникла угроза войны с английским королем Иоанном Безземельным и германским императором Оттоном IV. Филипп, понял, что ему необходима поддержка датчан, вернее их мощного флота. Получить ее можно было, только освободив Ингеборг.Французский король сам отправился в Этамп, попросил у Ингеборг прощения за все нанесенные ей обиды и предложил вернуться во дворец, чтобы стать, наконец, его женой и королевой. Он даже смог поцеловать ее – суеверный страх и отвращение странным образом исчезли.

Возвращение Ингеборг принесло удачу Филиппу. 27 июля 1214 года состоялась решающая битва с армией императора Оттона, превосходившей французскую почти в три раза, и победа осталась на стороне французов. Ингеборг оказалась не злопамятной и мудрой. Она прожила вместе с Филиппом десять лет, ни разу не попрекнув за долгие годы мучений и унижения. Король вел себя как любящий муж и на смертном одре попросил сына: «Заботься о королеве…Я причинил ей много горя».Ингеборг скончалась в аббатстве Святого Жана в Корбее, куда удалилась, теперь уже добровольно. Ее состояние отошло французской короне, а просьба похоронить рядом с мужем в аббатстве Сен – Дени была отклонена внуком Филиппа королем Людовиком IX.

Французская волчица

Знатная дама. Дж.Кольер

Изабеллу Французскую можно без преувеличения назвать одной из самых известных и выдающихся женщин Англии. Ее роль в истории островного королевства была огромна, а жизнь полна бурных приключений, мрачных событий и неразгаданных по сию пору тайн. Изабелле удалось осуществить единственное успешное вторжение на остров со времен норманнского завоевания и свергнуть с престола своего супруга Эдуарда II. За жестокость, проявленную в борьбе с ним, королеве дали прозвище «французской волчицы». Ирония же судьбы заключалась в том, что не получи Изабелла в мужья Эдуарда, то осталась бы в памяти как идеальная королева, добрая жена и мать.Эдуард II*вошел в историю, как один из самых злосчастных и трагических монархов. Он был слабоволен, потакал любым своим желаниям и открыто пренебрегал общественным мнением (король четыре раза запрещал в Англии (!) футбол, точнее ту игру, которая считается предшественницей футбола). Самым крупным талантом этого короля было умение наживать себе врагов, и самой опасной из них оказалась Изабелла.

*Эдуард II(1284- 1327) был первым принцем Уэльским. По преданию, его отец Эдуард I применил хитрость, чтобы добиться доминирования английской короны в Уэльсе. Когда он, достигнув внушительных военных успехов в этом крае, собрал валлийских князей и предложил им признать вассальную зависимость от Англии, те в качестве главного условия потребовали, чтобы принцем Уэльса был местный уроженец, не знающий ни слова по-английски. Эдуард тут же дал клятву соблюсти это условие и вынес им своего сына (будущего короля Эдуарда II), родившегося накануне в валлийском замке Карнарвоне, и воскликнул: «Вот вам принц Уэльский, уроженец вашей страны и он ни слова не знает по-английски!»

Эта принцесса, дочь знаменитого французского короля Филиппа Красивого, вышла замуж в двенадцать лет, но уже тогда о ней современники отзывались как о «красавице из красавиц всего королевства, если не всей Европы». Внешность принцесс обычно идеализировали, но Изабелла действительно была очень хороша собой. Об этом свидетельствует ее скульптурный портрет, сохранившийся в одном из йоркширских монастырей. На нем можно увидеть молодую женщину с округлым лукавым лицом, высокими бровями, вздернутым носиком и прелестным чувственным ртом. Красоту Изабелла унаследовала от своего отца, так же, впрочем, как и острый ум, сильную волю, дипломатический талант и безжалостность.

Изабелла Французская, скульптурная консоль в монастыре Беверли, Йоркшир

Ее брак с английским королем был заключен по политическим соображениям (его целью было примирить враждующие столетиями династии Капетингов и Плантагенетов), и имел все основания стать счастливым. Эдуард II обладал приятной наружностью, хорошими манерами, был высок, превосходно сложен и элегантен. Правда, он имел склонности, необычные для монарха и рыцаря. Эдуард ненавидел турниры и войны. От Плантагенетов ему достались только их внезапные взрывы бешенства. Король любил копать канавы, заниматься кузнечным делом, штукатурить стены и плавать на лодке. У него были также особенности, способные насторожить любую невесту. Эдуард имел фаворитов, «любовь к которым превышала любовь к женщинам».

Портретная скульптура в гробнице Эдуарда II в Глостерском соборе, 14 век

К моменту свадьбы с Изабеллой это был некий Пирс Гавестон – мелкий провинциальный дворянин из Гаскони, привязанность к которому возникла у Эдуарда еще в его бытность наследником престола. Принц пытался добиться у отца земельных владений для своего любимца, но получил обратный результат. Великий король и воин Эдуард I Длинноногий страшно разгневался на сына и выслал Гавестона выслали во Францию. Изгнание продлилось недолго. Всего через несколько месяцев в июле 1307 года Эдуард Длинноногий скончался, и на трон взошел его сын, который мгновенно вернул фаворита ко двору. Эдуард II даровал Гавестону титул графа Корнуолла, который обычно сохранялся для наследника короля, женил на своей племяннице и предоставил огромную власть. Он назначил фаворита регентом на то время, пока сам будет находиться во Франции, заключая брак с Изабеллой.

Гавестон повел себя с английскими дворянами вызывающе. Он был иностранцем, его мать сожгли как ведьму, и таким образом, фаворит, вероятно, компенсировал свои вполне оправданные комплексы, но баронов поведение пришлого выскочки бесило и заставляло копить злобу.А Гавестон все более и более распускался. Он был превосходным воином и легко побеждал английских рыцарей на турнирах.

Эдуард II и его фаворит Пирс Гавестон.Маркус Стоун, 1872

Но этого казалось Гавестону мало, и он начал издеваться над знатными баронами, давая им позорные прозвища вроде «толстобрюха», «старого борова», «рогоносца» и «черного пса». И чем более меткой оказывалась кличка, тем более остро его ненавидели. Раздражала и выставляемая напоказ связь короля и фаворита. В средние века гомосексуалистов приравнивали к еретикам. Кары были жестокими – отлучение от церкви (самая мягкая мера), кастрация и даже сожжение на костре. Разумеется, монархов не наказывали, и Эдуард игнорировал всеобщее неодобрение. Это было роковой ошибкой многих властителей, но первое время англичане, уставшие от правления властного Эдуарда I, надеялись, что под властью нового мягкого короля, они вздохнут свободнее, а в Англии воцарится покой. Расставаться с приятной холостой жизнью король не стремился и не спешил вступать в брак. Но когда из Франции пригрозили, что без Изабеллы английский король лишится своих владений на континенте, Эдуард решился. Свадьба состоялась 25 января 1307 года в кафедральной церкви Богоматери в Булони. Совсем юная Изабелла держалась со спокойным достоинством и была просто великолепна в своем роскошном синем, расшитом золотом платье и алой мантии, которую она будет потом хранить всю жизнь.

Прибытие принцессы Изабеллы в Англию

Принцесса понимала, что ее предназначение служить политическим интересам короны, не питала иллюзий по поводу страсти жениха, и все же будущее казалось ей прекрасным – красавец муж, богатое приданое, и великолепные перспективы на будущее.

Эдуард II на бракосочетании был несколько рассеян, но выглядел весьма импозантно. На свадебную церемонию прибыло восемь королей и королев – король Англии, король Франции и его сын, король Наварский, вдовствующая королева Франции Мария Брабантская; Альберт Габсбург, император Священной Римской империи и его супруга Елизавета Тирольская, Карл II, король Сицилии; наконец, мачеха Эдуарда II, королева Маргарита (тетка невесты). Приехали на свадьбу также Леопольд I, эрцгерцог Австрийский, герцог Брабантский и целая толпа князей и знати со всех сторон Европы. Присутствие высоких особ свидетельствовало о том, какую важность придавали «браку Англии и Франции» в западном мире.

Франция в начале XIV века была самой богатой и густонаселенной страной Европы, росло и благополучие стремительно развивающейся Англии. Это был во всех отношениях блистательный союз, но Эдуард не торопился консумировать его*. Женитьба ничего не изменила в его отношении к Гавестону, король не оказывал никакого внимания Изабелле и открыто пренебрегал ею.

*Консумация (лат. consummatio, «довершение») – термин, употребляемый иногда для одной из составляющих брака, а именно первого осуществления брачных отношений (полового акта). Во многих культурах сопровождается специальными обрядами (особые ритуалы вокруг ложа новобрачных, у дверей и окон спальни ставилась охрана для борьбы с силами зла и т. п.), с ней в ряде традиций тесно связана демонстрация доказательств девственности невесты. В Средние века часто в случае заключения фиктивного брака между несовершеннолетними (что практиковалось в среде высшей аристократии) консумация брака откладывалась до достижения ими совершеннолетия. Отсутствие фактических брачных отношений в Европе традиционно учитывалось церковью как уважительная причина для развода

Фаворит был в числе вельмож, приветствовавших молодожёнов на земле Англии, и пылкая радость, с которой король приветствовал своего друга, произвела крайне неприятное впечатление на сопровождавших Изабеллу французских дворян. Возмущение выскочкой достигло высшей точки на коронации Эдуарда и Изабеллы. Гавестон был одет в пурпурные одеяния, что было дозволено лишь особам королевской крови, и нёс корону Эдуарда Исповедника* – честь, которая по обычаю предоставлялась лишь представителю высшего английского дворянства.

*Эдуард Исповедник – предпоследний англосаксонский король Англии (с 1042 года) и последний представитель Уэссекской династии на английском престоле. Эдуард уделял большое значение уделял пропаганде христианских добродетелей и аскетизму, за что был позднее канонизирован и в настоящее время почитается как святой католической церкви.

Лорды еле сдерживались, Изабелла вела себя так, словно ее ничего не задевало, а Эдуард продолжал делать непростительные глупости. Можно только представить, какие чувства испытала новобрачная, когда король передал фавориту ее драгоценности – свадебный подарок Филиппа Красивого и часть украшений, входивших в приданое!

Лорды еле сдерживались, Изабелла вела себя так, словно ее ничего не задевало, а Эдуард продолжал делать непростительные глупости. Можно только представить, какие чувства испытала новобрачная, когда король передал фавориту ее драгоценности – свадебный подарок Филиппа Красивого и часть украшений, входивших в приданое!

Король

Филипп IV Красивый, из книги Жана де Тилле «Короли Франции»

Юная королева жаловалась в письмах к отцу на то, что стала «самой несчастной из жен». И не удивительно. Изабелле было всего двенадцать лет, она оказалась в чужой стране и столкнулась с проблемами, которые было сложно преодолеть даже взрослому и опытному человеку. Принцессу воспитывали, что должно уважать и любить мужа, но она видела, что ею пренебрегают ради фаворита. Еще ужаснее для дочери властного Филиппа Красивого оказалось то, что ее супруг совершенно не соответствовал образу монарха. Такого же мнения придерживались и бароны, терпение которых продолжал испытывать Гавестон. Они восстали под предводительством Томаса Ланкастера, и король был вынужден принять ряд постановлений, ограничивающих его власть. Нет сведений об участии Изабеллы в борьбе против фаворита. В отличие от мачехи короля, Маргариты*, которая дала на нее 40000 фунтов, Изабелла старалась держаться в тени и дипломатично посылала подарки Маргарет де Клэр, жене Гавестона.

*Маргарита Французская – родная тетка Изабеллы, французская принцесса, дочь короля Франции Филиппа III Смелого и Марии Брабантской, вторая супруга короля Англии Эдуарда I.

Королева даже помогла Эдуарду наладить отношения с баронами, и участвовала в переговорах, используя все очарование и ум, которыми ее богато одарила природа. Главным требованием баронов было навечное изгнание Гавестона из королевства, и Эдуарду пришлось отправить фаворита за пределы государства.

Отношения короля с баронами заметно наладились. В отсутствие Гавестона он стал лучше относиться к Изабелле, постоянно показывался вместе с женой народу и брал ее с собой во все поездки. Но к неудовольствию оппозиции, фаворит тайно возвратился в Англию, и Эдуард вновь стал проводить все свое время с ним время. Бароны, взбешенные нарушением соглашений, решили покончить с Гавестоном навсегда. Способ был выбран незаконный, но радикальный. Они захватили фаворита и обезглавили, а церковь отказалась захоронить тело убитого в освященной земле. Подобно многим в Англии священнослужители считали Гавестона колдуном, наложившим на короля злые чары.

Скорбь Эдуарда была безмерна, он жаждал наказать убийц, но не имел для этого достаточных сил. Об отношении же Изабеллы к гибели фаворита ничего неизвестно. Если она и ликовала, то ничем себя не выдала, постаралась вновь сблизиться с королем и наконец-то смогла выполнить свое главное предназначение.

13 ноября 1312 года в Виндзорском замке Изабелла родила сына, названного в честь отца Эдуардом. Настроение короля несколько улучшилось после появления наследника престола, и в последующие десять лет отношения супругов были вполне сносными. Изабелла же расцвела и превратилась в красивую, полную очарования женщину. Это была достойная королева, сознающая свой высокий статус и идеально исполняющая обязанности супруги, матери и Дамы, чьи вкусы служили украшению двора.

Королева со своими придворными дамами

Изабелла увлекалась музыкой и пением, тратила большие суммы на музыкальные развлечения, интересовалась искусством, много читала, и все же не была синим чулком. Королева следила за модой и диктовала ее, введя при дворе французский стиль одежды. Изабелла, отказалась от повязки, прикрывающей подбородок, и вместе со своими дамами решилась на революционный шаг, сделав вырезы платьев намного больше, чем допускалось на протяжении столетий. Она также ввела в моду не сшитые по бокам сюрко*, которые носили поверх платья и украшали по подолу и вырезу мехом или дорогой тканью. Она имела своего кутюрье – портного Джона де Фалеза, который нанимал шестьдесят мастеров для пошива, отделки, проветривания, чистки и починки одежды королевы.

* Сюрко – верхняя женская туника (платье) без рукавов либо с короткими и широкими рукавами, с глухим закрытым воротом.

Изабелла часто принимала ванну, что являлось привилегией аристократии. Трудно представить, но англичане до эпидемии чумы 1348-1349 годов почти не уделяли гигиене внимания. Моду на купание ввела Элеонора Кастильская, мать Эдуарда II, в родной стране которой сильно ощущалось влияние мавританской культуры. В других европейских странах омовения считались вредными и угрожающими здоровью, и Изабелла была приятным исключением из правил.

Она любила хорошую кухню, отдавая предпочтение устрицам, оленине и, разумеется, сыру, который для нее специально привозили из Франции.

Королева трогательно заботилась о своих приближенных, и ей было присуще сострадание. Из Шотландии Изабелла привезла с собой мальчика-сироту, «малыша Томлинуса», которого обеспечила питанием, одеждой и поместила в его дом своих музыкантов. Она справлялась о здоровье своих заболевших слуг и добивалась помилования попавшим в опалу придворным.

Впрочем, этот идеальный образ портили жесткий прагматизм и стяжательство. Королева жадно собирала земельные угодья, замки, поместья, города, деревни и зорко следила за своими доходами. Она богатела и обретала влияние, раздавая почетные должности, рыцарские пожалования, права опеки. Это не вызывало нареканий, и летописцы зафиксировали, что английская королева «само благоразумие, любезность и женственность».

Была в богатой событиями жизни Изабеллы еще одна история, так называемое «дело Нельской башни», которая наложила мрачную тень на ее образ.

В 1313-м году состоялась поездка королевской четы во Францию. Повод для вояжа был невинным и приятным. Филипп Красивый пригласил супругов на посвящение в рыцари братьев Изабеллы. Согласно хроникам, вскоре после возвращения в Лондон, английскую королеву серьезно обеспокоило поведение ее невесток, Маргариты, Бланки и Жанны, особ красивых и чрезвычайно легкомысленных. Их свекор так и не женившийся после смерти умной и благочестивой королевы Жанны Наваррской, занимался государственными делами, и двор, который ранее отличался строгостью нравов, возглавили особы шестнадцати, тринадцати и четырнадцати от роду. Невестки короля, как все подростки, любили веселье, экстравагантность и шокировали старых придворных рискованными выходками и юбками с весьма смелыми разрезами.

Жанна I Наваррская, принцесса из Шампаньского дома, супруга короля Филиппа

II

Красивого

Юные дамы развлекались напропалую. Ко времени приезда Изабеллы и Эдуарда при дворе начали поговаривать о неверности принцесс мужьям, а это уже было государственным преступлением.

Вероятно, слухи о недостойном поведении невесток дошли до Изабеллы, и она предприняла определенные меры. В июле английская королевская чета задала пир в Вестминстере, на который были приглашены французские рыцари и среди них – двое братьев Филипп и Готье д'Онэ. На поясах у этих высоченных красавцев висели роскошные кошельки, собственноручно вышитые Изабеллой и подаренные принцессам Маргарите и Бланке во время ее посещения Франции.

Тайное свидание. П. Ш. Комт

Хронисты утверждают, что Изабелла незамедлительно поделилась своим открытием с отцом. Сама она вела безупречную жизнь, считала, что коронованные особы не вправе поддаваться страстям, и, вероятно, действовала из лучших побуждений. Не исключено, что определенную роль сыграла зависть не познавшей взаимной любви женщины. Так или иначе, но Филипп Красивый проявил твердость, предав измену принцесс огласке и подвергнув Бланку и Маргариту судебному преследованию. Принцесс приговорили к пожизненному тюремному заключению и обязали присутствовать при страшной казни любовников, которых оскопили и колесовали.

Жизнь невесток Изабеллы закончилась трагично. Они были заключены в замок Шато-Гайар, содержались в чрезвычайно суровых условиях, а в 1315 году Маргариту по приказу брата Изабеллы Людовика, желавшего вступить во второй брак, убили. Преступление произошло на глазах Бланки, и ее разум помутился. Несчастная провела в заключении еще десять лет, пока ее не перевели из Шато-Гайара в замок Горей, а потом в монастырь, где она приняла постриг и умерла в возрасте тридцати лет. Мучила ли Изабеллу совесть? Скорее всего, нет. Изабелла высоко ставила государственные интересы и действовала в интересах отцовского королевского дома. Она не могла допустить, чтобы чистую кровь Капетингов* осквернили внебрачные примеси. Но каковы бы ни были намерения Изабеллы, во Франции ее поступок осудили как предательство невесток, а последствия дела «Нельской башни» оказались трагичными для обоих королевств.

Нельская башня, в которой по легенде, принцессы принимали братьев д’Оне

*Капетинги – династия французских королей, представители которой правили с 987 по 1328 год, а по боковым линиям – до 1848 года.

Происхождение единственной дочери Маргариты Наварской Жанны было признано сомнительным, так как существовала вероятность, что она рождена не от дофина Людовика, а от конюшего Филиппа д`Онэ. Три брата Изабеллы, недолго процарствовав, скончались, сыновей у них не было, дочерей отстранили от наследования из-за так называемого салического закона*.

*Салический закон – норма престолонаследия, согласно которой престол наследуется членами династии по нисходящей непрерывной мужской линии (сыновья государей, внуки (сыновья сыновей), правнуки (сыновья этих внуков) и т.д.

Молва приписала смерть французских королей проклятию великого магистра Ордена тамплиеров де Моле.

Филипп Красивый с невероятной жестокостью расправился с тамплиерами, и де Моле проклял его род до седьмого колена. Проклятие было произнесено из пламени костра. Это придало ему устрашающую убедительность, а события, произошедшие после казни магистра, заставили поверить в силу его слов. Отец и три брата Изабеллы ушли из жизни неожиданно и необъяснимо.

Казнь тамплиеров. Миниатюра из рукописи Дж.Бокаччо

Основная ветвь Капетингов прервалась, и Изабелла, оставшаяся единственной прямой наследницей Филиппа Красивого, потом предъявит свои права на французский престол. Так она развяжет войну Англии с Францией, которая получит название Столетней.

Как уже говорилось, десять лет прошли для Изабеллы в относительном благополучии, и ни о каких неладах в королевской семье не было слышно. Муж дарил королеве внимание и посещал ее спальню не часто, но достаточно, чтобы королева могла родить еще трех детей – Джона, Джоан и Леонор. Изабелла оказалась далеко не холодна и бесчувственна. Такой она была, только когда дело касалось политики. Она жаждала любви и начинала понимать, насколько обделена ею. И все же несколько лет Эдуард принадлежал только Изабелле и не пытался найти замену Гавестону.

Союз, совершенный по политическим соображениям, превратился в вполне успешный королевский брак. У супругов были общие интересы, в частности, они оба любили музыку. И хотя Эдуард своим безрассудным поведением сделал все, чтобы погубить любовь и уважение Изабеллы, она стала образцом преданности и верности, что должным образом оценили и бароны, и народ, у которых королева пользовалась необычайной популярностью.

Эдуард был достаточно умен, чтобы оценить способности своей супруги, относился к ней с почтением и проявлял щедрость, которая вполне отвечала стремлению Изабеллы к роскоши.

Но тучи сгущались над королевской семьей. Эдуард был некудышным полководцем и во время очередного столкновения с шотландцами потерпел сокрушительное опражение. Для короля это поражение стало катастрофой, он потерял доверие баронов, и вскоре власть в стране была фактически захвачена Томом Ланкастером, дядей короля.

Непопулярность Эдуарда II была так велика, что, когда некий, очень похожий на него простолюдин, объявил, что именно он настоящий король Англии, подмененный в младенчестве, многие поверили. Самозванец был схвачен и казнён, но этот инцидент глубоко обеспокоил Изабеллу. И все же пока она оставалась непоколебимо верной мужу и действовала в его интересах. Так продолжалось до тех пор, пока не появились отец и сын Деспенсеры. Особенно опасным оказался младший Хьюго Деспенсер – красивый, порочный, хитрый и честолюбивый молодой мужчина. «Свой» в среде баронов, он прекрасно разбирался в их методах борьбы и был чрезвычайно жесток. Справедливости ради надо сказать, что новые фавориты были способными и дельными администраторами, но их наглость и корыстолюбие перечеркивали все достоинства.

Деспенсеры очень быстро приобрели огромное влияние на короля. В народе говорили, что они водят Эдуарда, «как котенка за соломинкой». Но между Изабеллой и фаворитами пока не возникало никаких трений, хотя королеву, безусловно, не радовало их возрастающая власть.

Постепенно отношения портились. Деспенсер – младший не любил и откровенно презирал женщин, а к Изабелле питал особую неприязнь из-за ее влияния на короля. Вскоре, правда, у королевы появилась надежда на избавление от фаворитов.

В 1321 году бароны, объединившись, сумели добиться конфискации имущества и изгнания Деспенсеров, и они могли возвратиться в страну только с согласия Парламента. Деспенсер-старший, уехал во Фландрию, затем – в Бордо, а младший стал успешно и свирепо пиратствовать в водах Ла – Манша.

Увы, передохнуть без фаворитов Изабелле удалось недолго. Король не намеревался расставаться с ними и жаждал отомстить баронам, отправившим их в изгнание. Деспенсеры тайно возвратились в середине января 1322 года после того, как Эдуард II начал военные действия против оппозиции. Король разгромил мятежников, и репрессии против них были настолько жестоки, что этот период истории Англии иногда упоминается как «Тирания». Одних баронов публично казнили, других выслеживали и убивали на месте, а их родственников без суда и следствия заключали в темницы.

Деспенсеры использовали репрессии для своего личного обогащения, вымогая земли и деньги у вдов и сирот казнённых. Опыт пиратства пригодился младшему фавориту на суше и, видимо, он находил извращенное удовольствие в мучениях своих жертв. Одну из них, вдовствующую леди Бейрет, подвергли таким страшным пыткам, что она сошла с ума. Вдову вождя мятежников Томаса Ланкастера, казненного по приказу короля, Хьюго цинично и нагло обвинил в том, что именно она – главная виновница казни мужа и угрожал сжечь живьем, как мужеубийцу.

Угроза возымела действие. В смертельном страхе несчастная женщина отдала фавориту свои земли и выплатила огромную пеню в 20000 фунтов. Деспенсер похитил богатую наследницу Элизабет Комин и держал в заключении до тех пор, пока она не передала ему 10 000 фунтов и два поместья. Действуя подобным образом, он сколотил колоссальное состояние, собрал огромные земельные владения и не желал останавливаться на достигнутом. Все это проделывалось с благословения короля, отношение к которому в стране еще более ухудшилось. Люди роптали, что и один король достаточно плох, а три сразу просто невыносимы.

Изабелла пыталась унять Эдуарда. Ее возмущала жестокость, проявляемая к женщинам и детям, королева заступалась за них и иногда даже достигала успеха. Деспенсера – младшего вмешательство Изабеллы бесило, и он нарочно подталкивал короля к кровавым расправам. Власть фаворитов возрастала, а власть королевы уменьшалась. Рушилась и ее налаженная с таким трудом семейная жизнь. Эдуард обожал Хьюго, был полностью порабощен им, а тот свирепо ненавидел Изабеллу, остававшуюся последней угрозой его политическому господству.

И Деспенсеры стали методично уничтожать влияние королевы. Начали с финансов. Королеве перестали выплачивать положенную ей ренту. Изабелла, очень ревниво следившая за соблюдением своих финансовых привилегий, была жестоко уязвлена. Королеве дали ясно понять, что ее не уважают и защиты от мужа не будет. Но сломить Изабеллу было нелегко. Затаив гнев и продолжая улыбаться фаворитам короля, она стала всеми возможными способами сдерживать их влияние.

Случай представился, когда в Тауэр попали знатные лорды Мортимеры. Семьи Диспенсеров и Мортимеров враждовали с тех времен, когда в одной из гражданских войн дед Роджера Мортимера убил деда Диспенсера – младшего, и тот поклялся отомстить за его смерть.

Теперь, после неудавшегося восстания, в котором участвовали Мортимеры, Хьюго представилась возможность их уничтожить. Он уговорил Эдуарда приговорить узников к смертной казни. Но по неизвестным причинам, к удивлению придворных, и бешенству фаворитов, приговор был заменен пожизненным заключением в Тауэре. Скорее всего, это произошло, благодаря вмешательству Изабеллы. Она сознательно выступила против Деспенсеров в пользу их врагов, заявляя себя как противника, с которым следует считаться. Мортимерам сохранили жизнь, но провести ее предстояло в мрачной камере Тауэра.

Изабелла продолжала быть верной союзницей своему слабовольному супругу, пока не произошло событие, которое ввергло ее в ярость. Во время очередной неудачной войны с шотландцами, Эдуард трусливо бросил королеву. Это произошло уже во второй раз. Во время мятежа баронов он оставил беременную принцессой Джоанн Изабеллу во власти мятежников, а сам бежал. Теперь она могла попасть в плен к шотландцам.

Королева вместе со свитой находилась в одном из укрепленных аббатств, когда Эдуард получил спешное известие о приближении врага. И, прекрасно понимая, что его жена осталась беззащитной перед неприятельской армией, король удрал, бросив казну, государственные документы и свои личные вещи.

Изабелле, охраняемой небольшим отрядом сквайров, удалось скрыться, когда шотландцы были совсем рядом. Король же потерпел очередное поражение. Он был наголову разбит Робертом Брюсом, потери англичан составили около 8000 человек, и это поражение имело длительные и серьезные последствия.

Всем в Англии стали очевидны трусость Эдуарда, его безразличие к судьбе страны. В народе снова возникли слухи, что он подменыш. Король потерял остатки уважения и честь, а бароны указывали на младшего Деспенсера как на изменника, предавшего королеву. Изабелла же упорно настаивала на том, что ее жизни угрожает опасность. Она прекрасно осознавала, как далеко может зайти Деспенсер. Отвращение Изабеллы к фавориту было подстегнуто пониманием порочной причины его господства над королем, имелась, и еще одна особая, тайная причина для ненависти.

Позднее Изабелла жаловалась, что Хьюго пытался обесчестить ее. Это утверждение затем повторилось среди обвинений, выдвинутых против Деспенсера – младшего на судебном процессе в ноябре 1326 года, и было зафиксировано большинством хронистов. Предполагалось, что королева стала жертвой сексуальных домогательств со стороны фаворита, желающего унизить и запугать ее. Мог ли Хьюго попытаться осквернить королевское супружеское ложе или совершить насилие? Вполне возможно, учитывая его жестокость, извращенность и презрение к женщинам. Знал ли об этом король? Более чем вероятно, что все было совершено с его молчаливого согласия.

Эдуард опускался все ниже, дойдя до разврата с простолюдинами. В дворцовых документах за 1322 год есть записи о выплатах очень значительных сумм трем мужчинам самого низкого звания за то, что они «провели четырнадцать дней в обществе короля». Расплывчатая и деликатная формулировка почти не оставляет сомнений в характере времяпрепровождения, и Изабелла безусловно узнала о забавах супруга с людьми, прожившими при дворе две недели. Она стала открыто проявлять неудовольствие. Этим воспользовался Хьюго, сделав так, чтобы нелады между супругами превратились в разрыв.

Он воспользовался враждой, которая вспыхнула между Англией и Францией. Теперь у Деспенсеров появился повод обращаться с королевой – француженкой как с потенциальной предательницей, врагом английской короны. В этом Хьюго младший проявил незаурядную изобретательность. Сперва он потребовал, чтобы Изабелла присягнула на верность ему лично – она отказалась. Затем был наложен секвестр на владения королевы, а сумма, выделяемая на личные расходы, урезана более чем в десять раз. Затем королеву лишили всех ее друзей-французов, которых изгнали со службы королю. Изъяли все, предназначенное для королевы золото, и Деспенсеры стали «посылать ей из королевской казны столько, сколько сами хотели».

Но и на этом фавориты не остановились. Оставив Изабеллу без доходов, друзей, привилегий, они не могли лишить ее звания матери наследника престола. Тогда у королевы под предлогом, что она француженка и может подбить своих отпрысков на предательство короля, отобрали трех младших детей (наследному принцу Эдуарду был выделен свой двор).

Изабелла любила своих детей, и насильственное разлучение с ними стало еще одним источником страданий. Плохо пришлось и малышам. К ним относились крайне небрежно, и это не осталось без последствий в будущем.

Теперь Изабелла, по сути, потеряла все и сделалась пленницей, за которой следили, вскрывая все ее письма и фактически лишив связи с внешним миром. Хьго даже стал подбивать короля развестись с неуступчивой супругой, и король был уже готов отправить жену в изгнание, но счастливый случай дал Изабелле возможность самой покинуть Англию и отправиться в родную Францию. Более того, вскоре к ней присоединился старший сын.

Изабелла уехала под благовиднейшим предлогом борьбы за закрепление прав Эдуарда II на Гасконь и Потьё – единственных оставшихся на континенте владений английской короны. Во Франции Карл IV, последний из братьев Изабеллы, ждал, когда же английский король принесет ему оммаж – присягу на верность. Но Эдуард II все откладывал и откладывал поездку на континент, опасаясь оставить своего обожаемого Хьюго без королевской защиты. Сам фаворит был против отъезда Изабеллы, которая на свободе могла навредить ему. Но раз король ехать не мог, то решили послать вместо него наследного принца Эдуарда, который принесет клятву за отца. Это была фатальная ошибка английского короля. Совершенно не умея разбираться в людях, он надеялся, что его униженная, разлученная с детьми жена будет, как и раньше, преданно отстаивать его интересы. А Изабелла за два года страданий ожесточилась.

Весной 1325 года английская королева весьма эффектно прибыла в Париж, произведя на галантных французов самое выгодное впечатление своей элегантностью и красотой. Изабелла въехала в столицу Франции верхом на коне, одетая в черное бархатное платье, которое очень шло к ее светлым волосам, уложенным по бокам в цилиндрические футляры, сплетенные из золотой тесьмы. Прическа была самой модной, наряд изыскан, и соотечественники Изабеллы забыли о роли, которую она сыграла во время «Процесса Нельской башни».

В Париже Изабелла создала свою партию и начала действовать – скрытно, осмотрительно, тщательно рассчитывая каждый шаг. 30 мая был составлен мирный договор на очень жёстких для Англии условиях. Это был первый из ударов по Деспенсерам. Договор, неблагоприятный для островного королевства, должен был послужить дискредитации власти фаворитов, к чему и стремилась Изабелла со своими друзьями.

В их число вскоре вошел Роджер Мортимер. Этот человек, которому предстояло сыграть роковую роль в жизни Изабеллы и Эдуарда II, был самым могущественным из мятежных баронов. Выдающийся военачальник и талантливый стратег он долго оставался верным слугой короны и примкнул к оппозиции только после того, как король приблизил к себе Деспенсеров.

Мортимер был очень удачно женат на Джоан де Генвиль, которая родила ему двенадцать детей. Высокий, красивый и богато одаренный самыми разнообразными талантами, он был к тому же храбр, прекрасно образован и начитан. Но этот идеальный рыцарь обладал и типичными для средневековых баронов недостатками – дерзостью, алчностью, жестокостью и безудержным честолюбием. Оно зиждилось на твердом убеждении Мортимера в том, что его семья ведет свое начало от легендарного Брута, короля бриттов.

К концу 1325 года Мортимер и Изабелла стали любовниками. Это была истинная страсть и удачный политический союз – у обоих злейшими врагами были Деспенсеры.

Королева постепенно обретала силы для борьбы с фаворитами. Мортимер стал ее мечом, а при французском дворе она получила поддержку у нескольких вельмож, и прежде всего у своего кузена Робера д'Артуа.

В Париже тем временем собралось немало знатных баронов, туда приехал даже сводный брат короля граф Кентский, и всех оппозиционеров, пересекших Ла-Манш, возглавил Мортимер. Вести об этом дошли до Англии. Эдуард почувствовал тревогу и стал торопить Изабеллу с возвращением домой. Теперь, когда договор был заключен и оммаж принесен, он не видел никаких причин для того, чтобы королева и принц Эдуард оставались во Франции.

Но Изабелла не торопилась возвращаться. У нее в руках было мощное оружие – наследник престола. Без супруги король мог обойтись и не без удовольствия, а вот без наследника нет. Причина заключалась не только в политике. Эдуард при всех его недостатках был любящим отцом и искренне скучал по сыну. Кроме того, принц был завидным женихом, и его можно было использовать в политической игре, создав союз с могущественным тестем, который обеспечил бы военную и политическую поддержку королю. Изабелла пошла на опережение и вскоре создала такой союз.

Эдуард посылал ей приказы и просьбы вернуться домой. Но королева отказывалась, заявив, что не появится в Англии, пока между ней и её мужем будет стоять третье лицо, имея в виду Хью Деспенсера Младшего. Она заявила, что Деспенсер уничтожил её брак с Эдуардом, и в подтверждение своих слов стала одеваться как вдова. Теперь Изабелла носила только простые черные (траурные) платья с покрывалом наподобие монашеского и повязкой, прикрывающей подбородок, «как скорбящая дама, потерявшая своего господина». Эти строгие одежды только подчеркивали ее красоту и вызывали в мужчинах желание поднять меч за столь несчастную и совершенную даму.

В сложном положении оказался юный наследный принц. Он любил обоих своих родителей и разрывался между долгом перед отцом и жалостью к несправедливо обиженной матери.

Принц ответил Эдуарду II, что не может возвратиться домой и останется с королевой, которая очень несчастна. А Изабелла в письме предупредила мужа, что она и ее сторонники во Франции готовы совершить «то, что не послужит во вред господина моею короля, но лишь к свержению одного Хью». Это означало, что королева готова применить ради устранения фаворита военную силу.

Внешне казалось, что Изабелла жаждет воссоединиться с мужем, если тот согласится удалить фаворита. Но королева прекрасно помнила, как легко давал и нарушал свои обещания Эдуард. Фаворитов изгоняли, но они каждый раз возвращались, и все начиналось сначала. Изабелла была умна (гораздо умнее мужа) и понимала, что вернуться в Англию она может только в случае смерти обоих Деспенсеров.

Английский король был потрясен ультиматумом жены. Он выступил с короткой речью перед знатью и прелатами, публично жалуясь на угрожающе непристойное поведение королевы, и… не встретил понимания. Общественное мнение и сочувствие было на стороне Изабеллы, а та, первый раз в жизни потеряла голову.

Мортимер и Изабелла наивно полагали, что тщательно скрывают свою связь, но слухи о ней распространились со скоростью ветра и породили грандиозный скандал. Супружеская измена для женщин (но не для мужчин) всех сословий считалась в Средневековье страшным грехом, и чем выше было положение изменницы, тем более тяжким он считался, так как ставил под сомнение законность наследника. Когда же прелюбодейкой являлась королева Англии, измена расценивалась как государственное преступление.

Адюльтер невесток Филиппа Красивого привел к династическому кризису, и кара, постигшая их, была беспощадно жестока. Но Изабеллу, изобличительницу ветреных принцесс, не осуждали, оправдывая ее измену низким поведением мужа. К тому же французы, великие знатоки галантной науки, понимали, что на их глазах разворачивается величайший роман эпохи, и снимали перед ним шляпу. Возможно, что сперва королева и знатный лорд сошлись, руководствуясь прагматическими соображениями и жаждой мести. Но Изабелла была так ослепительно хороша и умна, а Мортимер обладал таким несокрушимым мужским обаянием, что «союз по расчету» перерос в сметающую все на своем пути страсть.

Кроме общих целей любовники обладали общими интересами и были интеллектуально близки. Оба увлекались легендами о короле Артуре, любили книги, искусство и роскошь. Доминировал ревнивый собственник Мортимер, и он же принимал решения – к огромному облегчению Изабеллы, которая семнадцать лет жила со слабовольным мужем и долго боролась в одиночку.

Королева впервые ощутила себя настоящей женщиной, и это было восхитительно. Теперь рядом с ней появился сильный, властный мужчина, на которого можно было опереться. Она, наконец, перевела дух и в полной мере наслаждалась страстью. Но при этом королева не забывала о главном. Изабелла вступила в переписку с оппозиционными баронами, которые неожиданно изъявили желание навестить свои владения на континенте и начали десятками покидать Англию.

Недовольство английским королем росло. Известие о союзе Изабеллы с Мортимером воодушевило тех, кто был сыт по горло режимом Деспенсеров, а Эдуарда и его фаворитов охватила паника. Король начал лихорадочно строчить письма, где он сообщал о постыдной беде в своем семействе. Он писал Папе, королям и владетельным князьям, сделавшись объектом презрения и насмешек в глазах всего христианского мира. Король написал и сыну, где затронул отношения супруги с Мортимером, обозначив их весьма деликатно: «…и с ним водит компанию в его жилище и за его пределами».

Изабелла начала волноваться за свою репутацию и, как оказалось, не напрасно. В ее разлад с мужем вмешался сам Папа, который пригрозил французскому королю отлучением, если тот не откажет сестре в приюте. Жалость Карла IV также уменьшалась по мере того, как меркла добродетель Изабеллы. Французский король не забыл, что по навету этой неверной жены его развели с обожаемой Бланкой Бургундской. Та скончалась в заточении, и наблюдать за счастливой Изабеллой и ее надменным любовником королю было тяжело. Но собирался ли он выслать по приказу папы свою сестру в Англию? Маловероятно.

Изабелла, испугавшись попасть в руки к Деспенсерам, бежала в графство Геннегау, а французский король вполне по-родственному не сделал ни малейшей попытки преследовать ее. Карл даже сделал отвлекающий маневр, собрав флот якобы для вторжения у берегов Нормандии, и отвлек внимание английского короля от Геннегау, откуда исходила настоящая угроза. Там правитель графства Гильом, поспешил пригласить Изабеллу и ее сына в Валансьен, «где их радостно и радушно приняли» хозяева города и горожане. Гильом был в восторге, когда Изабелла официально попросила руку одной из его дочерей для наследника английского престола. Сразу же были приняты меры, чтобы принц Эдуард, «юноша весьма обаятельный и многообещающий», проводил как можно больше времени в обществе дочерей графа – Маргариты, Филиппы, Жанны и Изабеллы.

Принц отдал предпочтение Филиппе; миловидная рыженькая девочка ответила ему взаимностью, и Изабелла сразу же получила приданое принцессы. Им стали войска, деньги и корабли, которые предоставлялись королеве еще до свадьбы. Французский король тоже помог сестре, выделив некоторые средства.

Теперь Изабелла могла воевать, и в сентябре 1326 года она высадилась на берегах Англии. Вторжение с полным основанием можно было назвать вражеским десантом. Королева вела войска против своего законного супруга и помазанника божьего. И, прекрасно понимая это, Изабелла, едва вступив на землю Англии, выпустила прокламацию, в которой обращалась к народу и объясняла, что вернулась в страну, дабы спасти церковь и королевство от бед и угнетения, в которых повинны Деспенсеры, присвоившие себе власть.

События развивались стремительно. Узнав о вторжении королевы, Эдуард II издал приказ о всеобщем сборе войск, а также обратился с воззванием к жителям Лондона, чтобы они сопротивлялись Изабелле (на призыв откликнулось всего четыре человека). Король также предложил дать 1000 фунтов любому, кто принесет ему голову Мортимера. Желающих вновь не обнаружилось, и, не встречая никакого сопротивления, мятежники продвигались к столице. Народ встречал их как спасителей, и королю ничего не оставалось, как покинуть Лондон и скрыться.

Возвращение Изабеллы Французской в Англию вместе с лордом Мортимером и графом Эно. Миниатюра из хроник Фруассара XV век. Национальная библиотека Франции.

Уже 18 октября Изабелла и Мортимер осадили Бристоль, где скрылся Деспенсер – старший. Там королеву ждали две ее маленькие дочки – восьмилетняя Элинор и пятилетняя Джоан, жившие под опекой фаворита. Город сразу же открыл ворота перед Изабеллой, и когда королева увидела маленьких принцесс, то, как писали хронисты «была вне себя от счастья, ведь она не видела их уже так давно».

Суд над Деспенсером – старшим состоялся в Бристоле. Изабелла, никогда не питавшаяся к нему особой вражды, старалась, чтобы старика пощадили, но ее не послушали. Старого Деспенсера повесили на городской виселице Бристоля.

Изабелла руководит осадой Бристоля

Обстоятельства пленения короля и Деспенсера младшего окутаны мраком. Известно, что они пытались скрыться по морю за границу, но природа была против невезучего Эдуарда. Ветер пригнал корабль к берегам Уэльса, и 16 ноября под проливным дождем короля с фаворитом задержали. Деспенсер был умен и, понимая, какая участь ему уготована, попытался умереть. Бывший фаворит отказывался есть и пить, был едва жив от слабости, но все же до суда его довезли. Приговор был ужасен. Деспенсера должны были повесить как вора, четвертовать как предателя, обезглавить за нарушение приговора об изгнании. Таково было обычное наказание за измену.

Сразу же по окончании суда осужденному надели на голову венец из крапивы, выкололи на теле стихи из Писания о дерзости и возмездии, а потом протащили в клетке по улицам на место казни, куда стеклись тысячные толпы народа. Королева вместе с Мортимером наблюдала, как Хьюго раздели донага, вздернули, надев петлю на шею, потом, полузадушенного, привязали к высокой лестнице, пятидесяти футов в высоту, «так что все могли его видеть; а рядом разожгли большой костер. Затем у него отрезали половые органы, поскольку он был еретик и содомит, виновный в противоестественных делах, с самим королем, чью привязанность отвратил от королевы».

Казнь Хью Диспенсера Младшего. Миниатюра из рукописи «Хроники Фруассара»

Кастрация Деспенсера была, видимо, личной местью Изабеллы, так как до 1326 года наказание за измену ее не предполагало. Но королева могла вспомнить страшную казнь братьев д'Онэ и, видимо, решила, что именно так следует карать за сексуальные преступления. Возможно, кастрация явилась доказательством интимных отношений Деспенсера с ее мужем, возможно и того, что Хьюго посягнул на честь самой королевы.

Современники не порицали Изабеллу за жестокость. Более мягкая казнь не удовлетворила бы народ, люто ненавидевший фаворитов. Однако репрессии ограничились шестью казнями. Самая малость по сравнению с действиями Эдуарда II, и переворот, совершенный Изабеллой, вышел почти бескровным, многих сторонников Деспенсеров вообще не тронули.

Королева была совсем не так кровожадна, как ее изображали впоследствии, и не стала проявлять мстительность. Но у нее оставалась одна очень серьезная проблема. Ее супруг Эдуард II, несмотря на все свои ошибки и тиранию оставался королем и помазанником божьим. Его было необходимо низложить, но как? До сего времени не имелось никаких прецедентов по законному устранению английских королей. И в Кенилворт, где был заключен Эдуард II, отправилась депутация, чтобы пригласить его на сессию парламента, но он с проклятиями отказался.

Тогда Изабелла созвала лордов, которые единодушно согласились, что короля следует низложить. Был созван Парламент, на котором Эдуарда обвинили во многом: в неумении править, в недостойных делах и развлечениях; в преследовании Церкви, в казнях, ссылках, заточении и лишении наследства многих именитых людей страны; в потере Шотландии, Ирландии и Гаскони, в разорении королевства. Декларация по низложению Эдуарда II была составлена умело, и ее авторы так старались, что не избежали некоторого лиризма, выраженного в фразах, подобных следующей: «Одних духовных особ он держал в темнице, а других в великой печали»!

С позволения вельмож, духовенства и народа было заявлено, что Эдуард II отрекается от короны в пользу своего сына. Собрание разразилось оглушительными криками радости. А Изабелла, привычно одетая в черные траурные одежды, не разделила общего ликования. Она «выглядела так, словно вот-вот умрет от горя», и то и дело разражалась слезами. Принц тоже казался подавленным. Он признавал необходимость низложения дурного правителя, каковым являлся король, но ему не хотелось принимать корону при живом отце. Эдуард наивно поверил в слезы матери и попытался утешить, пообещав, что не займет престол, пока отец не передаст его добровольно.

16 января новая депутация, представляющая все сословия страны, прибыла в Кенилворт, чтобы довести решение Парламента до Эдуарда II и убедить его согласиться на формальное отречение. Королю пригрозили, что в ином случае народ может отказать его детям в праве наследования престола и обратится к другому роду, не королевской крови. Подразумевалось, что Парламент вполне может избрать королем Мортимера. Это был блеф. Изабелла никогда не позволила бы лишить своего сына трона. Но угроза подействовала. Горько плача, король сразу же сдался. Он подписал отречение и тут же потерял сознание.

Правление Эдуарда III началось уже со следующего дня. Но король был несовершеннолетним, а потому настоящими правителями Англии стали Мортимер и Изабелла. Трения между ними и лордами возникли очень скоро. Изабелла жестко контролировала доступ к сыну, что сразу же не понравилось вельможам. Не вызывало восторга и растущее влияние Мортимера. Похоже, что главным в королевстве становился он.

Королева добилась всего, о чем боялась и мечтать, когда уезжала во Францию. Сразу же после коронации сына она получила обратно свое приданое и значительно увеличенное содержание. Необычайно щедро был вознагражден и Мортимер, который, тем не менее, продолжал накапливать богатства и расширять свои владения.

К низложенному мужу Изабелла старалась проявлять заботу. Она писала любезные письма Эдуарду II, интересовалась его здоровьем, и делала вид, что если бы не запрет Парламента, то с удовольствием навестила мужа, Она посылала ему подарки – красивую одежду, белье, изысканные деликатесы и прочие мелочи, скрашивающие жизнь. В замке Кенилворт, где комендантом был родич короля Генри Ланкастер, Эдуард чувствовал себя вполне комфортно. Но он продолжал жалобно упрашивать Изабеллу о встрече с нею и детьми. Эти просьбы королева оставляла без ответа. Узник же предавался отчаянью и сочинил трогательные в своей простоте стихи, где жаловался на коварство жены.

Одно из стихотворений называется «Песня короля Эдуарда, сложенная им самим»:

Горчайшее горе мне душу гложет,

И тело страдает, и сердце слабо

По воле прекрасной моей Изабо.

Я верил – верна мне, а ложь и обман

У ней в каждом слове, она же – мне враг.

Лишь черным отчаяньем дарит меня,

И радость мне всю обратила во страх».

Но даже страдающий, низложенный Эдуард II был опасен для королевы и Мортимера. Многие юристы в Англии утверждали, что независимо от решения Парламента, он всё ещё является законным королём.

В марте 1327 года был раскрыт первый заговор и Эдуарда перевели в неприступный замок Беркли. Сторожами были назначены лорд Томас Беркли, Джон Малтреверс и Томас Герни, которых потом объявят убийцами короля. Они входили в ближний круг Мортимера, пострадали при Диспенсерах и не имели причин хорошо относиться к Эдуарду. Жилось королю неплохо, но охраняли его строго.

Замок Беркли

В июле того же года группе заговорщиков удалось освободить Эдуарда. Они успешно осуществили штурм и разграбление замка и увезли узника. Как отыскали Эдуарда неизвестно, но водворили его в замок Беркли уже к 27 июля.

Третий заговор, раскрытый в сентябре, решил судьбу короля. От него следовало тайно избавиться, и Эдуард II внезапно скончался. На момент смерти мужа Изабелла и юный король находились в Линкольне. Там же они получили сообщение, в котором говорилось, что Эдуард погиб в результате «несчастного случая».

Эта загадочная смерть, навсегда погубила репутацию Изабеллы для потомков. Но знала ли она о готовящемся преступлении, и главное – был ли убит король? Ответ на этот вопрос важен, так как именно от него зависит справедливо или напрасно обвиняли королеву.

Историки разошлись во мнениях. Смерть злосчастного Эдуарда II окутана глубокой тайной и существуют различные версии об его кончине. Сразу же после смерти низложенного короля возникли слухи, что он «был подло и предательски убит» но никаких деталей преступления не приводилось.

Причины гибели Эдуарда указывали разные – болезнь, удушение, лишение пищи. Позднее в хрониках стали приводится леденящие кровь подробности: короля лишили жизни «…путем введения раскаленного железа через рог, вставленный в его зад». Поговаривали также, что Эдуард остался жив и скрывается. Сомнения в убийстве позднее высказывали и многие историки, основываясь на знаменитом письме Фиески.

Копия этого письма была обнаружена в 1878 году в архиве города Монпелье. Написанное на латинском языке, оно находилось среди официальных бумаг епископского реестра XIV века и адресовалось английскому королю Эдуарду III.

В письме содержался поразительный, но очень убедительный рассказ о том, как отец короля, узнав, что его готовятся убить, сумел бежать из замка Беркли. Обменявшись одеждой со слугой, он миновал стражу, убил привратника и покинул узилище. Затем прятался полтора года в замке Корф, уехал в Ирландию, перебрался в Нормандию и достиг Авиньона, где был принят самим папой. Позднее беглец побывал в разных странах и осев наконец, в одной из отшельнических обителей в Ломбардии, предался покаянию. По сообщению Фиески, все это ему рассказал сам низложенный король, желающий дать знать сыну, что он жив и молится за него.

Автор письма Мануэло де Фиески заслуживал доверия. Он обладал безупречной репутацией, был отпрыском знатной генуэзской семьи, занимал ответственный пост при папе Иоанне XXII и приходился дальним родичем английского королевского дома. В Англии Фиески владел бенефициями, виделся с Эдуардом II и, несомненно, узнал бы его, встретив на континенте. Подлинность письма, как такового, по мнению большинства исследователей не вызывает сомнений, но его содержание оспаривается. Попробуем восстановить ход событий этой страшной и увлекательной истории.

Итак, убив привратника король, бежал. Как он смог пройти мимо стражи, остается загадкой. Но, все были уверены, что король сидит под замком и покинуть свои покои не может. Видели Эдуарда немногие, да и одежда того времени служила прекрасной маскировкой – горожане и простолюдины носили шапки или капюшоны, полностью скрывающие волосы, а иногда и затеняющие лицо.

Обнаружив побег, сторожа запаниковали. За исчезновение столь важного узника их ожидала суровая кара, и они решили скрыть случившееся. По мнению сторонников правдивости письма Фиески, тело подменили и вместо короля положили привратника, которого тот убил при бегстве. Известно, что впервые в истории королевских похорон на катафалке везли не забальзамированное тело Эдуарда, а его деревянное изображение. Народу тело дали осмотреть «поверхностно, стоя в отдалении», а похоронили короля не в Вестминстерском аббатстве, а в Глостере.

Изабелла, видимо, испытывала какие – то сомнения. Втайне от Мортимера она вызвала ко двору знахарку, которая занималась бальзамированием тела Эдуарда и долго беседовала с нею. Скорее всего, королева пыталась выяснить, кто же был похоронен на самом деле, и спрашивала о каких-то приметах на теле мужа, знать о которых могла только она одна. В интересах любовников было сохранить это в тайне, и юный король, глубоко потрясеный внезапной смертью отца, сразу же заподозрил в причастности к ней Мортимера.Слухи об убийстве Эдуарда II распространились по всей Англии, и их попытались заглушить пышностью похорон, на которых присутствовал весь двор. Горе юного короля не утихало, но к счастью для него вскоре в Лондон приехала Филиппа Геннегау. Эта милая и «вполне женственная» тринадцатилетняя девочка была принята англичанами с восторгом, так как воплощала выгодный торговый договор с богатейшим графством.

Филиппа пленяла сердца не только тем, что несла надежду на благоденствие и процветание. Эта румяная полненькая фламандка была одарена обаянием и умением располагать к себе. Юный король Эдуард страстно влюбился в нее, Филиппа ответила не менее пылко, и когда в январский вьюжный день в Йорке состоялось венчание, молодые выглядели неимоверно счастливыми.

Королева Филиппа Геннегау. Э. Корбулда, 1849

Этот брак стал одним из самых успешных в истории королевских семей, и Филиппу называли «самой великой королевой Англии из тех, что правили после Джиневры». Эдуард, хоть и имел впоследствии увлечения, обожал свою жену. Она была умна, тактична, заботлива, милосердна и чрезвычайно популярна у народа. Брак продлился сорок один год, и за это время Филиппа подарила своему мужу двенадцать детей. Она стала образцовой женой, покровительницей людей искусства и законодательницей мод. Но это произошло не сразу. Первые годы царствования Эдуарда главной дамой английского двора оставалась Изабелла, а Филиппе даже не выделили отдельного хозяйства, положенного ей по статусту, не заходила речь и о коронации. Супругой короля пренебрегали, а он пока ничего не мог поделать. Изабелла ревновала сына к девочке, которая отодвигала ее на второй план, и не могла справиться с завистью.

Королева-мать старела, ее прославленная красота увядала, а невестке сразу же досталось все, чего сама Изабелла никогда не имела – красивый, умный, любящий муж и радости супружества. Она с горечью вспоминала свои унижения и крах брака, завершившегося мятежом и таинственной смертью мужа. У старшей королевы был возлюбленный, но любовь Мортимера не давала ощущения полного счастья, ее приходилось скрывать, и надежды выйти замуж не было. Жена Мортимера Джоан обладала крепким здоровьем и могла прожить долгие годы. Юную и бесхитростную Филиппу Изабелла опасалась из-за угрозы потерять власть. Она прекрасно понимала, что любимая жена могла влиять на короля гораздо сильнее матери и решила во всем ограничивать невестку, не давая ей средств для оказания влияния на баронов. Изабелла хотела править сама и надеялась, что пятнадцатилетний Эдуард еще долгие годы будет послушным и управляемым сыном. К тому времени королева – мать обладала огромными богатствами и наслаждалась невиданной для прежних королев Англии роскошью. Но счастливые годы ее регентства заканчивались.

Мортимер и Изабелла вместе отправились в поход на Шотландию и потерпели там сокрушительное поражение. Английская армия была разбита, слава Мортимера как удачливого военачальника потеряна, а популярность Изабеллы мгновенно уничтожена невыгодным договором с Шотландией, которая была завоевана ее свекром и потеряна мужем.

Прекрасно понимая, что войну не выиграть, Изабелла предпочла пойти дипломатическим путём. В результате был заключён Нортгемптонский договор, согласно которому, дочь Изабеллы Джоан выходила замуж за наследника шотландского престола Дэвида Брюса, а Эдуард III отказывался от претензий на шотландские земли. Это было единственно разумным решением, так как теперь Англия не должна была вести дорогостоящую и безнадежную войну. Но удачный в политическом смысле договор был признан в народе позорным и предательским. Молодой король был также недоволен и чувствовал себя униженным.

Королеву осуждали, и большинство прежних союзников постепенно отдалились от нее. Но Изабелла не собиралась отдавать власть и надеялась сохранить ее даже после достижения королем совершеннолетия. Для этого следовало укреплять положение Мортимера – ее главного союзника и защитника. А тот, совершенно потеряв ощущение реальности, вел себя столь дерзко, беспощадно и высокомерно, что сумел возбудить к себе сильнейшую ненависть в стране. Это чувство распространилось на Изабеллу, которая ничего не делала, чтобы сдерживать любовника. Королева продолжала одарять его все новыми и новыми привилегиями и воспринимала вызывающее поведение любовника, как признак силы и авторитета.

Ради безопасности Мортимера Изабелла дала ему от имени короля позволение путешествовать с вооруженной свитой, и с этого момента, куда бы он ни ехал, его сопровождали сто восемьдесят «диких» солдат-валлийцев. От этой неистовой стражи страдали многие, особенно женщины, и это также не способствовало популярности тандема. Наконец, Ланкастер не выдержал и в 1327 году покинул двор. Затем на его сторону переметнулся дядя короля граф Кентский, и в Англии вновь возникла угроза гражданской войны.

В конце 1328 года Генри Ланкастер решился на вооружённое выступление против Изабеллы и Мортимера, который возглавил командование королевскими силами. Мятеж был подавлен, Ланкастер подвергнут колоссальному штрафу, и, собственно, уничтожен как политик.

Победив оппозицию, Изабелла и Мортимер перестали притворяться, будто король лично правит государством, и некоторые приказы издавались теперь от имени «королевы и старшего сына короля». Но Эдуард взрослел, а Изабелла, подобно многим матерям не замечала этого. Правда, она пошла на некоторые уступки, и королеве Филиппе было обеспечено содержание в 1000 фунтов в год на бытовые расходы (для сравнения доходы Изабеллы составляли 13 000 фунтов).

Еще одной уступкой было позволение другу короля, сэру Уильяму де Монтегю, умному и благородному рыцарю «дo конца его жизни оставаться при короле вместе с двадцатью вооруженными людьми». Об этом назначении Изабелла и Мортимер вскоре пожалели, а Эдуарду, который продолжал любить и уважать мать, пришлось пережить сильное потрясение.

До него дошли грязные сплетни об Изабелле и ее любовнике. Королева -мать действительно совершила необычный поступок, назначив Мортимера наследником нескольких своих владений. До этого она лишь один раз делала завещание – перед первыми родами. Поэтому можно предположить, что королева – мать была теперь беременна от Мортимера и заботилась о будущем ребенка на случай, если не переживет родов.

Мортимер же продолжал возвышаться. На турнире по случаю свадеб дочерей он взял на себя роль короля Артура. Выбор был не случаен, так любовник королевы подчеркивал свое происхождение от мифического героя – троянца Брута, чье имя, согласно летописям, стало именем земли Британии. Не хотел ли таким образом Мортимер подчеркнуть свое королевское происхождение и право на власть? Законный король еще не достиг совершеннолетия и пока ничего не мог поделать с самовозвеличиванием любовника Изабеллы, но прекрасно понимал его опасность.

Эдуард все более разочаровывался в матери и обижался на пренебрежение, которое она выказывала его жене. Коронацию королевы Филиппы откладывали уже более двух лет, так как после нее Изабелле предстояло потерять свой статус, доходы и привилегии. Филиппа же забеременела, возможно, наследником трона, и было немыслимо, чтобы она произвела его на свет, не пройдя через таинство помазания. Наконец, 4 марта 1330 года, Филиппа была коронована, но это лишь ненадолго улучшило отношения королевской пары с Изабеллой и Мортимером. Страшная казнь дяди короля – графа Кентского спровоцировала новый конфликт.

КоронацияФилиппыГеннегау.Прижизненное изображение

Эдмунд, граф Кентский, чувствовал вину перед братом, в том, что примкнул к Изабелле. В смерть низложенного короля он не верил и организовал заговор с целью его реставрации. Заговор объединил самых активных противников Мортимера и поэтому был очень опасен. Но Кента быстро обезвредили. Два монаха вошли к нему в доверие и предложили передать письмо Эдуарду. Кент согласился, написал, изложив на бумаге свой план его восстановления на престоле, и письмо было сразу же отправлено к Мортимеру. Блистательно организованная провокация удалась, наивный Кент попал в ловушку. Графа схватили, и он во все признался. Молодой король был склонен простить дядю, но Мортимер и Изабелла, которой Кент приходился деверем и кузеном, были неумолимы. Парламент осудил заговорщика на смерть, и королева – мать, обеспокоившись, как бы Эдуард III не отменил приговор, не известив сына, приказала бейлифам Винчестера осуществить казнь немедленно. Однако городской палач сбежал, не желая убивать особу королевской крови, и только некий убийца согласился совершить это в обмен на помилование. Кенту отрубили голову, сделав это крайне непрофессионально и превратив казнь в зрелище, от которого стало плохо даже бывалым солдатам.

Мученическая смерть Кента вызвала всеобщее возмущение. Графу было двадцать девять лет, он был сыном короля, и расправа с ним казалась почти святотатством. Теперь никто «не осмеливался даже открыть рот ради блага короля или его державы» и никто не мог чувствовать себя в безопасности, даже король. На этот раз Изабелла и Мортимер зашли слишком далеко, и их правление стали называть тиранией, которая сменила тиранию Диспенсеров.

Королева – мать, безусловно, несла ответственность за создавшуюся ситуацию. Она позволяла Мортимеру творить беззаконие и помогала ему сосредоточить в своих руках всю всю полноту власти в Англии. Любовники были уверены, что им ничего не грозит, и прямиком катились к катастрофе. Ее ускорило радостное событие.

15 июня 1330 года при бурном ликовании народа Филиппа родила здорового мальчика и теперь, после рождения наследника король, которому исполнилось восемнадцать лет, в полной мере почувствовал ответственность за корону и не желал мириться с жалкой ролью безвластного государя. Скорая казнь дяди, обиды, причиняемые королевскому достоинству Мортимером, пренебрежение, выказанное любимой жене, известие, что мать, носит внебрачное дитя, переполнило чашу терпения.

Эдуард страдал от беспорядков в стране, вызванных плохим правлением незаконной четы и устал от неотступной опеки Изабеллы. Кроме того, до короля дошли слухи о том, что любовник матери «жаждал уничтожить королевский род и узурпировать королевское достоинство». Это становилось возможным при рождении у Изабеллы сына. Мортимер мог развестись, уговорить королеву выйти за него замуж и провозгласить бастарда королем. В странах, где царил закон, такое было немыслимо, в Англии, раздираемой гражданскими войнами, могло произойти все, что угодно. Мортимер становился опасным, и от него следовало срочно избавиться.

Помочь Эдуарду вызвались несколько преданных молодых дворян. Местом, где планировалось напасть на Мортимера, выбрали Ноттингемский замок, в котором должен был собраться Парламент. Но Мортимер принял серьезные меры безопасности. При нем постоянно находились сто восемьдесят уже упомянутых вооруженных валлийских телохранителей и по всему замку расставили стражу. Каждый вечер все двери и ворота запирались, ключи приносили Изабелле, и она спала, спрятав их под подушку. Четкого плана у заговорщиков не было, но помог верный Монтегю, предусмотрительно подружившийся с Уильямом д'Иландом, помощником коменданта замка. Мортимер высокомерно обращался с Иландом, и тот охотно сообщил Монтегю о существовании потайного хода.