Читать книгу Наследник Чёрной бороды - - Страница 4

«Что требуется для Инициации?»

Эхо собственного вопроса звучало в ушах Аррана глуше голоса Элайры. Комната замерла; даже узоры на стенах остановились, словно прислушиваясь.

Элайра смотрела на него, и в её взгляде промелькнуло удовлетворение – не личное, а скорее, удовлетворение мастера, нашедшего нужный инструмент. «Требуется решимость. И готовность увидеть космос не по учебникам». Лёгкий жест рукой – и пол под ногами стал прозрачным, как чёрный лёд. Внизу, в бездонной глубине, проплывали пульсирующие энергетические шлейфы и контуры незнакомых кораблей. «Вы покинете «Стремительный» через Сеть. Это эффективнее».

Гор, бледный, но собранный, шагнул вперёд. «Мой экипаж? Корабль?»

«Увидят, как буксир забирает вас на трибунал. В архивах появится запись. Никто не пострадает, кроме ваших репутаций, – пояснила Элайра, её тон был бесстрастен, как отчёт. – В момент «передачи» – подмена. Ваши биологические шаблоны считаны. Дроиды-дублёры завершат процедуру, а затем уничтожатся со всем журналом буксира. Два офицера исчезнут. Появятся новые активы. Чистая бухгалтерия».

Арран почувствовал холодный укол в шею. Движение замедлилось, взгляд затуманился. Последнее, что он видел, – капитан Гор, оседающий на колени, и безжалостно спокойное лицо Элайры. «Не сопротивляйся. Это транспорт. Ты ценный груз».

Сознание не угасло, а растянулось. Он падал по бесконечной трубе, стенки которой были из спрессованного света и данных. Мелькали обрывки: схемы гиперпространственных коридоров, лица в тенях, строки из поэм Кейда, светившиеся, как указатели. Его дар, внутренний компас, буйно радовался, пьянея от этой концентрации чистой навигационной информации. Он не болел – он пел.

Пробуждение было резким, от перепада давления в ушах. Он лежал на твёрдой, прохладной поверхности. Воздух пах металлом, озоном и чем-то чуть сладковатым, незнакомым.

Он открыл глаза.

Потолок над ним был низким, арочным, высеченным из тёмного, почти чёрного камня. Но камень светился изнутри тончайшей паутиной голубоватых жилок. Он был не в космическом корабле. По крайней мере, не в таком, какой знал. Арран медленно сел. Он находился в небольшой, аскетичной камере. Кроме каменной плиты, на которой он лежал, здесь был только стол из того же светящегося материала и… чаша с водой. Вода была невероятно прозрачной и неподвижной, как будто вырезанной из стекла.

Он провёл рукой по стене. Камень был тёплым, почти живым на ощупь. И в момент прикосновения голубые жилки под его пальцами вспыхнули чуть ярче, послав вглубь камня слабую волну света. Где-то вдали, за пределами комнаты, слышался мерный, гулкий звук – не механический, а органический, словно биение гигантского сердца. Но Арран слышал его не только ушами. Его внутренний компас, обычно настроенный на космические аномалии, отзывался на этот гул слабой, синхронной пульсацией. Это было не просто убежище. Это было место силы, резонирующее с самой его сутью. База Лоцманов. И это был полный антипод Академии с её регламентированным пространством. Здесь не было видимых правил, но от этого было не свободнее. Чувствовалась иная, древняя и непонятная дисциплина, прошитая в самый камень.

В прямоугольном проёме без двери появилась фигура. Невысокий, щуплый мужчина лет пятидесяти, с умными, усталыми глазами цвета старого дерева и густой седой бородой, аккуратно заправленной за пояс простой коричневой робы. В руках он нёс свёрток. Но что поразило Аррана – это его руки. Пальцы были длинными, тонкими, покрытыми сложной паутиной старых, едва заметных шрамов – тонких, белесых линий, словно его руки годами водили по лезвиям бритвы или по краям нестабильных энергетических полей.

«Проснулся. И уже общаешься с Камнем. Интересно, – его голос был хрипловатым, но в нём чувствовалась странная, почти музыкальная интонация. – Меня зовут Орик. Хранитель Порога. И твой проводник на первых шагах. Если, конечно, не раздумал.» Он говорил, не глядя прямо на Аррана, а водя кончиками своих изрезанных пальцев по стене, словно считывая с неё невидимый текст.

«Где я?» – спросил Арран, вставая. К удивлению, тело слушалось идеально, голова была ясной.

«В Сердцевине. Геостационарная база внутри астероида, который для Флота – просто булыжник на окраине. Для нас – дом. И библиотека. И инструмент». Орик развернул свёрток. Там лежала одежда, похожая на его робу, но серого цвета, и мягкие ботинки. «Надень. Твоя форма Академии отслужила свою роль в спектакле. Здесь ты начинаешь с нуля. С чистого камня».

Пока Арран переодевался, Орик стоял у проёма, постукивая пальцем по косяку, отбивая какой-то сложный, неочевидный ритм. «Элайра докладывала. «Танец с пустотой». Редкая птица. Но дикая птица, не знающая стаи, рано или поздно разбивается о скалы. Или увлекает за собой других. Здесь мы учим летать строем. Даже если этот строй – против всех законов физики.»

«Что будет со мной?» – спросил Арран, завязывая пояс.

«Сначала – Испытание Видением. Не экзамен. Диагностика. Мы должны увидеть мир твоими глазами, чтобы понять, как с ним работать. Идём».

Орик повёл его по лабиринту. Место поражало: грубые каменные арки соседствовали с панелями, где текли водопады незнакомых символов. Встречные лоцманы – аскеты, ветераны, учёные – бросали на Аррана взгляды, в которых читалось не враждебность, а интенсивное, аналитическое любопытство, словно он был редким экземпляром флоры.

Они вошли в круглый зал. В центре – сложная мандала из светящегося камня. Над ней висела в воздухе сфера из абсолютно чёрного материала. Элайра и несколько лоцманов в робах с серебряной оторочкой стояли по кругу. В углу, в простой одежде, стоял Гор. Он поймал взгляд Аррана и коротко кивнул – жест солдата, готового к выполнению задачи, какой бы странной она ни была.

«В центр, Арран, – сказала Элайра. – Смотри в Сферу Безмолвия. Позволь дару говорить. Не контролируй. Чувствуй.»

Арран ступил на узор. Камень под ногами был тёплым, почти пульсирующим. Он поднял голову. Сфера – просто чернота. Затем поверхность задрожала, стала жидкой. И хлынул поток.

Чистые ощущения, переведённые в псевдозрение. Гравитационные склоны – цветовые волны. Узкие тропы в гиперпространстве – серебристые нити над бездной. «Рифы» тёмной материи. «Течения» излучений. И дыра. В самой дали зияла чёрная, рваная рана, из которой сочилась инверсия законов. Буря. Невообразимо огромная, медленно пожирающая серебристые нити.

Арран закричал. От перегрузки. Дар ревел, пытаясь объять необъятное. Он рухнул на колени. Из носа хлынула тёмная кровь. В ушах стоял оглушительный звон, заглушавший всё. Он видел. Видел, как Кейд Дэй, его предок, скользил по этим нитям, как паук, отмечая их в поэмах. Это была не магия. Это была наука, доступная лишь тем, кто мог её чувствовать.

Поток оборвался. Тишина обрушилась, став почти осязаемой. Арран, тяжело дыша, поднял голову. Звон в ушах медленно отступал, но стены зала ещё плыли у него перед глазами, как после долгого вращения. Все лоцманы смотрели на него. На лицах – спектр эмоций: от изумления у молодых до глубокой, озабоченной задумчивости у старших. Орик одними губами, беззвучно, что-то повторял, его изрезанные пальцы быстро перебирали что-то в воздухе.

Элайра первая нарушила тишину. «Интенсивность на грани структурного распада сознания, – её голос был лишён эмоций, но в нём вибрировало напряжение. – Ярче, чем у Кейда в его первой записи. Но и хаотичнее. Неотшлифованный алмаз режет руки и может расколоться сам».

Орик подошёл ближе, его усталые глаза сузились. «Эволюция дара… или его мутация? Предок чувствовал тропы. Этот… видит самую ткань мироздания и трещину в ней. Вопрос в том, выдержит ли ткань такого наблюдателя. И выдержит ли наблюдатель ткань».

Гор вышел из тени. «Что это значит на практике?» – спросил он грубо, по-деловому.

«Это значит, – Элайра подошла к Аррану и протянула руку, помогая ему подняться. Его ноги дрожали. В её прикосновении не было сочувствия, лишь оценка устойчивости материала. – что учение будет не просто обучением. Это будет обуздание стихии. Твой предок не просто открывал пути, Арран. Он бежал от края этой Бури и спрятал карту отступления в своих поэмах. Тебе предстоит её найти. И научиться не бежать, а лавировать. Потому что эта Буря идёт сюда. И у Флота нет для неё ответа, только пушечное мясо и уставы».

Она посмотрела на Гора. «А ваша первая задача, капитан, уже ждёт. В архивах Сердцевины есть отчёты о всех необъяснимых потерях кораблей Флота за последние пятьдесят лет. Найдите закономерности, которые указывают на пробуждение аномалий, связанных с приближением Бури. Составьте прогноз уязвимости ключевых маршрутов. Вы будете нашим стратегом, и это – ваше первое стратегическое задание».

Гор кивнул, и в его взгляде зажегся знакомый огонь – огонь анализа, миссии. Он уже был в деле.

Арран вытер кровь с лица, всё ещё чувствуя, как мир вокруг слегка колеблется, как мираж. «С чего я начинаю?»

Орик положил свою изрезанную руку ему на плечо. «Воды и отдыха. А завтра…» Он другой рукой достал из складок своей робы небольшой, потрёпанный том в кожаном переплёте, потёртом до блеска. «…с первой строки первой поэмы Кейда Дэя. Но не с копии. С оригинала. Того, что он держал в руках. Посмотрим, как ты читаешь между строк. В самом прямом смысле».