Читать книгу Судьба-злодейка - - Страница 2

Жизнь, как известно, полна сюрпризов, и никогда не угадаешь, что приготовит тебе завтрашний день. Казалось бы, чёрная полоса осталась позади, но необъяснимая тревога всё ещё не отпускала, словно держала на коротком поводке, не давая полностью насладиться настоящим. Впрочем, если задуматься, моё волнение было вполне оправдано.

В воздухе витало предвкушение грандиозных перемен, которые вот-вот перевернут мою жизнь с ног на голову. Я лихорадочно вычеркивала последние пункты из бесконечного списка дел, которые нужно было успеть завершить до отъезда. Внутри бушевала буря эмоций: с одной стороны, головокружительный восторг от предстоящих событий, с другой – беспокойство перед неизвестностью. «Это же мой первый полёт за границу! И не просто так, а по приглашению на работу, да ещё и на такую, от которой дух захватывает!» – твердила я себе, пытаясь заглушить внутренний голос. Но, несмотря на все попытки убедить себя в радужном будущем, где-то глубоко внутри шевелился противный червячок сомнения. Он отчаянно сопротивлялся этой поездке, предчувствуя нечто непредсказуемое, что могло пойти совсем не по плану. Лишь когда пришло сообщение от Светланы, моей самой верной подруги, моё сердце немного успокоилось. Её слова всегда действовали на меня как целительный бальзам. Она обещала встретить меня в аэропорту, а дальше – всё как по нотам: заселение в отель, знакомство с городом и, конечно же, та самая, долгожданная встреча с месье Мартином, моим будущим шефом. Предвкушение этого момента было огромным.

Вспомнилось, как она в шутку окрестила наш последний телефонный разговор «допросом в гестапо». Удивительно, но она не отреагировала, как обычно, а терпеливо и методично, раз за разом, повторяла детали моего переезда в этот волшебный город. Мне нужна была уверенность, своего рода «страховка» на случай, если что-то пойдёт не так. Впрочем, я не единственная, кому она помогла освоиться в этом городе грёз. Светик, как я её нежно называла, уже три месяца жила в Париже и даже успела заключить свой первый рекламный контракт.

Каждый шаг по трапу самолёта сопровождался тихим повторением: «Катерина, у тебя всё получится». Лёгкая улыбка тронула мои губы, когда я вспомнила слова Светланы: «Верь в себя каждый день, и успех обязательно придёт». Эти наставления были для меня как компас, указывающий верный путь, и я сознательно настраивалась на эту волну позитива и веры. Уложив ручную кладь и заняв своё место, я закрыла глаза, отдаваясь потоку приятных воспоминаний. В этот момент наш лайнер плавно начал движение, сначала по рулёжной дорожке, а затем и по бесконечной взлётно-посадочной полосе. Короткий разбег, лёгкий толчок, и вот мы уже стремительно набираем высоту. Впереди – долгожданное путешествие, полное самых светлых ожиданий.

С самого детства мы со Светиком были неразлучны. Наши родители, наблюдая за нами, часто разводили руками: что может связывать столь непохожих девочек? Я – это скорее тихий ручей, где в спокойных водах отражаются мои раздумья, где каждое решение тщательно взвешивается. Осторожность – это моя вторая натура. А Светик – это бурный водопад, сверкающий брызгами энтузиазма, всегда готовый к новым открытиям. Её энергия была заразительной, а её стремление охватить все возможности вызывало восхищение. И именно эта наша непохожесть, эта разница в характерах, стала основой нашей крепкой дружбы. Мы были как две половинки одного целого, и в этом взаимном дополнении, в этой гармонии, заключалась наша сила.

Её часто клеймили легкомысленной, но я видела в этом не безрассудство, а редкую смелость браться за проекты, которые другим казались утопией. Препятствия не вызывали у неё ни жалоб, ни отчаяния. Она презирала оправдания, считая их проявлением слабости, и жила, руководствуясь собственными принципами, не обращая внимания на пересуды. Для неё важнее был не результат, а сам процесс достижения цели. Она искренне верила, что именно пройденный путь определяет истинный успех. И когда наступал момент выбора, она действовала быстро и решительно, не тратя время на излишние размышления. Её жизненная философия перекликалась со словами знаменитого полководца Наполеона Бонапарта: «Сначала ввязаться в сражение, а потом разбираться». Последствия её не пугали. И именно тогда вступало в силу моё жизненное правило: «Отвага, безусловно, важна, но она не является залогом успеха во всех начинаниях». Поэтому, прежде чем ринуться в авантюру, я за нас обеих тщательно анализировала ситуацию, взвешивая все возможные риски и выгоды. Я старалась убедить её, что поспешность – плохой советчик, что позволяло нам избегать серьезных ошибок. Хотя, признаюсь, порой даже моего ангельского терпения не хватало, чтобы оградить её от неприятностей.

Внезапный толчок в бок вывел меня из задумчивости. Моя соседка, дама с весьма специфической внешностью, напоминающей персонажа из детской сказки, этакая Фрекен Бок, пыталась привлечь моё внимание. «Что-то случилось?» – спросила я, заметив её затруднение. Стюардесса как раз предлагала напитки, и моя соседка, видимо, не могла дотянуться до своего стаканчика. Поняв, что ей просто хочется поболтать, я, сославшись на головную боль, передала ей стакан с соком и снова отвернулась, закрыв глаза. Сегодня я была совершенно не настроена на светские беседы.

Окончив школу с золотой медалью, я могла поступать в самые престижные вузы нашего города, но Светик уговорила меня пойти в «Большой кулёк» – так в нашей тусовке шутливо называли Институт культуры им. Н. К. Крупской на Дворцовой набережной. «Мы будем массовиками-затейниками, мы будем дарить людям радость», – восторженно говорила она, и её энтузиазм был заразителен. В семнадцать лет сложно сделать окончательный выбор жизненного пути, а тяга к творческому самовыражению у меня присутствовала. «Почему бы и нет?» – решила я тогда, поддавшись её уговорам.

Лёгкое прикосновение к локтю вырвало меня из дрёмы. Я открыла глаза. Надо мной склонилась стюардесса с приветливой улыбкой. «Вам курицу или рыбу?» – спросила она. Аппетита особо не было, поэтому я выбрала рыбу и, приняв поднос, без особого энтузиазма поковыряла вилкой в белом филе. К моему удивлению, всё оказалось вполне съедобным. Даже вкусно. Быстро расправившись с едой, я откинулась на спинку кресла и снова погрузилась в свои мысли. Воспоминания настойчиво тянули меня назад, в прошлое.

В стране начались грандиозные перемены. Перестройка и гласность ворвались в нашу жизнь стремительно. Общество лихорадило от новых веяний, вчерашние догмы трещали по швам. Телевизор, бывший рупором единственно верной правды, теперь пестрел дискуссиями и разоблачениями, показывая мир с неожиданных ракурсов. Светлана, однако, сохраняла безмятежность. Её девизом было: «Прорвёмся! У нас целая жизнь впереди!» – и никакие мрачные прогнозы не могли поколебать её уверенности.

С дипломом на руках, мы, выпускники, грезили о богемной жизни, о софитах и овациях. Нам казалось, что до славы – рукой подать, что мы – будущие звёзды телеэкрана. Наивность юности не позволяла увидеть пропасть между мечтой и реальностью. Действительность оказалась куда более прозаичной. Без должного опыта и полезных знакомств, наши амбиции столкнулись с суровой правдой жизни.

Страна бурлила, открывая двери в мир новых возможностей и соблазнов. Светлана, чья яркая внешность притягивала взгляды, решила не упускать этот шанс. Её манила заманчивая перспектива международной модельной карьеры. Несмотря на скептицизм знакомых, осведомлённых о подводных камнях индустрии, Светлана была полна решимости. Она не собиралась отступать. Следуя советам, она изучила перспективные агентства, подготовила профессиональное портфолио, собрала все необходимые документы и с головой окунулась в этот новый, захватывающий мир.

Стройная, невысокая фигура Светланы дышала спортивной грацией. Густые каштановые волосы обрамляли её гармоничные черты лица. Её красота была не кричащей, а скорее утончённой, проступающей в каждом движении. В ней чувствовалась внутренняя гармония, которая делала её облик ещё более привлекательным. Грация, данная ей от природы, проявлялась в лёгкости походки и изяществе жестов, будто она сама была воплощением лёгкости и естественности. Стоило ей улыбнуться – и мир вокруг словно оживал. В её глазах, тёмных, как спелая вишня, вспыхивало озорство, а вместе с ним – неуёмная жизнерадостность. А её звонкий, заразительный смех обладал поистине волшебной силой: он рассеивал любую печаль, подобно тому, как солнечный луч прогоняет туман.

Светлана была уверена в своих силах и предвкушала, что, едва появившись перед жюри, её буквально засыпят предложениями. Однако путь к заветной цели оказался куда более извилистым, чем она предполагала. Первые кастинги принесли лишь разочарование – её рост стал непреодолимой преградой. После нескольких месяцев безуспешных попыток удача наконец улыбнулась ей в лице модельного агентства «The Northern Crown». Период бесконечной бумажной волокиты и томительных ожиданий превратился для неё в настоящую пытку. Но всё это стало лишь далёким воспоминанием, когда она в конечном счёте ступила на парижскую землю. Оказавшись в самом сердце мировой моды, она испытала ни с чем не сравнимое чувство эйфории, ощутив себя на вершине счастья.

Позвонив из аэропорта, она сообщила, что её уже встретили и она направляется в отель. Предупредила, что связь будет редкой – возможно, раз в три недели – и попросила не волноваться. Каково же было моё удивление, когда она позвонила гораздо раньше! Всего десять дней прошло с её отъезда в город грёз, а голос в трубке звучал так, будто она прожила там целую жизнь. В нём звенел неподдельный восторг, когда она взахлёб делилась впечатлениями о головокружительных перспективах и удачном развитии своей карьеры. Она искренне верила и убеждала меня: в жизни нет ничего невозможного, если по-настоящему этого захотеть.

Невероятно, но факт: она показала мои снимки своему агенту, месье Мартину. Он, разглядев мой потенциал, проявил интерес! Уверенность Светика была настолько заразительной, что я почувствовала, как во мне просыпается желание последовать её примеру. Я оказалась на распутье. Передо мной расстилалось множество дорог, но я не знала, куда сделать первый шаг. С одной стороны, меня неудержимо манила её новая, полная неизведанного жизнь. С другой – мой привычный, безопасный мир казался таким надёжным. К тому же, перспектива работы моделью представлялась мне чем-то чуждым, далёким от моих истинных желаний. Светлана, казалось, устала повторять одно и то же. «Выбор за тобой, ответственность тоже, – говорила она, и в голосе сквозила смесь заботы и лёгкого раздражения. – Но потом, когда упустишь шанс, кусать локти будешь только ты». Её слова, как холодный душ, должны были прогнать туман неопределённости, окутавший меня. Фраза, которую она повторяла как мантру: «Мы сами кузнецы своего счастья», – звучала убедительно, даже вдохновляюще. Но стоило мне оказаться перед реальным выбором, перед необходимостью принять решение, как я снова впадала в ступор. Все аргументы таяли, уверенность испарялась, и я оставалась один на один со своим страхом сделать неправильный шаг. Светик была так далека, словно за тридевять земель. Я не видела её глаз, и её слова, доносившиеся издалека, казались мне чужими. Пока я колебалась, наши бывшие одногруппницы Мила и Вера уже вовсю наслаждались жизнью в Париже, а я всё никак не могла решиться на собственное путешествие.

С Сергеем, моим бывшим, мы были на разных волнах, особенно когда дело касалось развлекательной индустрии – ему это было совсем не близко. Забавно, но его мама видела во мне потенциал для другой карьеры. Она, заметив мою неутолимую жажду знаний, воплощенную в бесконечном чтении, предложила мне стать библиотекарем. По её мнению, это было бы идеальным сочетанием: моя страсть к чтению и работа, которая бы её подпитывала. Но, как говорится, не судьба. Его предательство оставило глубокую рану, и до сих пор, вспоминая об этом, меня охватывает буря эмоций и непонимание: «Как он мог так поступить?»

Чувство несправедливости и обиды стало той искрой, что зажгла во мне идею, предложенную Светиком. Ситуацию осложняло непонимание со стороны самых близких. Они не могли взглянуть на мир моими глазами, а уж тем более разделить моё стремление попытать счастья за границей. Сколько бы они ни пытались убедить меня, приводя веские доводы, меня поглощало одно желание: забыть Сергея и ту боль, которую он мне причинил. Мне отчаянно хотелось заполнить образовавшуюся пустоту чем-то новым и ярким.

Несмотря на домашние споры, где родители, пытаясь отговорить меня от поездки, в итоге перешли на комплименты, справедливо замечая, что проявить себя можно и не покидая родных мест, где всё знакомо и «стены помогают», их слова имели обратный эффект. Теперь я была твердо уверена: «Пожалуй, стоит попробовать. А если мне не понравится, я всегда смогу вернуться домой».

Самолет плавно пошел на посадку. И в этот момент в животе завязался тугой узел. Все мои накопления были вложены в этот билет, и теперь, когда пункт назначения был так близко, страх сковал меня. Что, если я ошиблась? Что, если это не то, что мне нужно? «Дыши, просто дыши, – твердила я себе, но волнение нарастало, жар разливался по телу, и щеки покрывались румянцем. – Не волнуйся. На три дня и на обратный билет у меня точно хватит денег». Эта мысль должна была снять тревогу, но вместо этого лишь подливала масла в огонь.

– Какая же вы красивая и такая пугливая, – услышала я голос мужчины, сидевшего рядом. – Не стоит так переживать, всё будет хорошо. К международным рейсам допускают только самых опытных пилотов, прошедших специальную подготовку. Его слова, призванные, видимо, унять мои нервы, только добавили мне красок. Комплименты всегда смущали меня, а сейчас, когда я была на взводе, они казались неуместными.

– Стюардесса, принесите, пожалуйста, девушке стакан воды, – услышала я его обращение к бортпроводнице.

Вот ведь странно, но именно сейчас меня осенило: а как я вообще выгляжу? И главное – произведу ли такое же впечатление вживую, как на тех студийных фотографиях? Светик забрала с собой мои снимки, сделанные в новом, уже нашумевшем петербургском фотоателье. Она уговорила меня туда сходить, и я ни разу не пожалела. Там царила какая-то волшебная атмосфера. Эти фотографы, настоящие «мастера мгновений», умели раскрепостить даже самых стеснительных людей. А уж когда к этому добавлялся профессиональный макияж, тщательно подобранные детали и стильные аксессуары, получался просто сногсшибательный результат. Это было не просто фото, а настоящее произведение искусства.

И вот со снимка на меня смотрела девушка с благородными чертами и безупречной фигурой. Золотисто-рыжие локоны каскадом ниспадали ниже плеч, а большие зеленые глаза, обрамленные густыми ресницами, смотрели внимательно и сосредоточенно. Темные брови придавали лицу выразительность, делая его по-настоящему запоминающимся. Изящный, чуть вздернутый носик добавлял игривости, а слегка припухшие губы казались соблазнительными. Конечно, в обычной жизни я не настолько эффектна. Но для пропуска в «гламурный рай» другой фотографии быть и не могло. Больше всего меня поразило, как фотографу удалось запечатлеть в моих глазах те чувства и эмоции, которые я испытывала в тот момент.

«Глаза – зеркало души», – эта фраза, сказанная нашей классной руководительницей, не раз всплывала в моей памяти. Сергей, кажется, понимал её как никто другой. Он говорил, что, глядя в мои глаза, он словно попадал в какой-то волшебный мир. И это неслучайно. Цвет моих глаз – настоящая загадка. В зависимости от света и настроения, они переливаются всеми оттенками зеленого. То они прозрачные, как чистый изумруд, то глубокие и насыщенные, как малахит. Когда я счастлива, они искрятся, как солнечные блики на утренней росе. В моменты печали или раздумий они становятся мягче, темнее. А если меня разозлить, то цвет их сгущался, становясь почти черным, как омут. Но даже эта магия не смогла защитить меня от его подлого предательства.

Самолет наконец-то приземлился в аэропорту Орли в Париже в 10:30 – на десять минут раньше запланированного времени.