Читать книгу Хозяйка Долины ветров - - Страница 11

Все еще немного раздраженная после разговора с Витмаром, я умылась и приступила к готовке. Кость для волка лежала на большой тарелке. На ночь вынесу ее во двор и оставлю. Пусть зверь забирает и уходит.

Приготовила себе обед, хотя время уже было около четырех. Ну что поделать, готовить я умела, но не так, чтобы мастерски и быстро. Однако рагу и салат получились очень даже вкусными.

Овощи, которые я купила у Мэг, выбрала специально местные, чтобы попробовать. На вкус они ничем не отличались от других, разве что шкурка потолще да пожестче. Скорее всего, это из-за нехватки воды. Но в целом они не были ни вялыми, ни безвкусными. Значит, и мои смогут здесь расти.

Только я расположилась с чашкой травяного чая – на другой у меня пока не было денег, как в дверь осторожно постучали.

Мельком глянула на часы, скоро уже начнет темнеть. Но дверь пошла открывать.

– Добрый день, мне сказали, что вы ищете работников.

На пороге стояла женщина лет сорока пяти, а за ее спиной прятались двое мальчишек. Точнее, прятался только один, а второй паренек лет двенадцати осмелел и вышел из материной юбки и хмуро посмотрел на меня.

Все они были бедно одеты, женщина странно держала правую руку. Присматриваться пока не стала: все же это невежливо. Пусть одежда и зияла заплатками, а кое-где и откровенными дырками, но лица и руки у всех чистые, значит, не совсем бродяжки.

– Я с сыновьями могу выполнять любую работу за еду и ночлег.

Женщина говорила без заискивания, однако в ее глазах и тоне звучала обреченность. Видимо, не так-то просто найти работу с двумя детьми, да еще и с больной рукой.

– У меня не будет легкой работы, – сразу обозначила я.

– Мы согласны на любую.

В глазах женщины вспыхнула надежда.

– А младший не маловат для работы?

Я посмотрела на мальчика, который глядел на меня, прикрывшись маминой юбкой. Мальчику не больше шести лет. В таком возрасте надо играть, а не работать.

– Что вы, госпожа, – вдруг заговорил подросток. – Дэнис шустрый и схватывает на лету. Мы с ним можем за троих работать, маме надо немного поправиться, потом она присоединится.

– Сойер, – одернула его мать. – Простите, госпожа, у сына слишком длинный язык. Я тоже могу работать. Рука скоро заживет.

Окинула взглядом это семейство. Их было жаль, но я в первую очередь должна думать о себе, о своем деле, однако и о человечности нельзя забывать. Они явно попали в затруднительное положение. Если действительно готовы работать, то я дам им шанс. Почему нет?

– Хорошо. – Я распахнула дверь шире и посторонилась. – Жить пока будете тут. В доме нужно будет убраться, потом приберем амбар и подумаем, где вы будете жить. Пока же займете комнату на первом этаже, там есть две кровати, чистое белье я дам. Но кому-то придется спать на тюфяке, так как больше кроватей нет.

– Нам сгодится, – снова ответил за мать Сойер, а женщина дернула его за руку. – Я на тюфяке посплю.

В доме действительно больше нет кроватей, хотя комнаты еще были. Здесь в целом немного мебели.

– Хотите есть?

– Нет.

– Да, – снова влез Сойер.

– Перестань, – зашипела на него мать, – радуйся, что сегодня будешь спать под крышей.

Я же сделала вид, что не слышу их перешептывания, и пошла на кухню. Рагу я наготовила много и накормить трех человек смогу. К тому же это дети, а оставить их голодными не сможет ни один порядочный человек.

– Мойте руки и садитесь. Потом займемся вашим ночлегом.

Тару, как представилась женщина, и ее мальчишек я устроила в другой спальне. Тюфяк пропах мышами, но Сойера это, кажется, не заботило.

Тара осторожно попросила немного воды, чтобы обработать рану на руке. Я показала умывальник и черпак в ведре, где плескались остатки воды.

– Что с твоей рукой?

Интересовалась не из любопытства, а по необходимости. Есть такие болезни, которых даже магия не лечит.

– Ушиб, – не поднимая головы, ответила Тара.

Женщина начала разматывать тряпку, пропитанную кровью.

Рана постепенно открывалась, и была она отнюдь не ушибом. Это что-то другое.

– Кто это сделал? Тара, это надо показать врачу, лучше к целителю обратиться.

– Да ничего, леди, – тихо проговорила женщина, – заживет.

– Нет, ты рукой двигать не сможешь.

Ладонь женщины не просто поражена: похоже, кто-то ей раздробил кисть. Несколько костей точно сломано, да еще и рваная рана.

– Завтра пойдешь в город и сходишь к врачу или целителю, если есть такой в городе.

– Да что вы, леди, – вскинулась Тара. – У нас нет таких денег.

У меня тоже их немного, но все так оставлять нельзя. Еще заражение начнется, и тогда Тара потеряет либо руку, либо жизнь.

– Я дам – отработаешь, – отрезала я. – Хорошенько промой. Сейчас найду чистую ткань для перевязки.

Я отошла в комнату, где в комоде лежала старая простынь с расползшейся дырой, которую я отложила на тряпки.

– Мама не пошла в дом с зелеными занавесками после смерти отца.

Обернулась. К косяку привалился Сойер. Мальчик был хмур.

– За это Рэм-громила молотком разбил ей руку. Сказал, захочешь руку сохранить – приползешь. Но мама пока держится. Вы очень вовремя приехали, еще несколько дней – и она бы пошла. Ни еды, ни крыши над головой у нас нет.

– Завтра проводишь мать в город, к врачу.

Я оторвала длинную широкую ленту и посмотрела на мальчика.

– Спасибо, леди.

– Зови меня Аделина.

– Лучше – хозяйка, леди Аделина, – улыбнулся Сойер.

Спать улеглись уже ближе к одиннадцати. Я помогла Таре забинтовать руку. Чудо, что рана не загноилось. Но все равно выглядела ужасно. И само такое вряд ли заживет.

Потом нагрела воды для мальчишек и предложила хоть немного обтереться. Все-таки они несколько дней ночевали на улице. Думала, придется уговаривать, однако парни сами в две руки унесли ведро в ванную и там завозились. Вышли умытые. А чтобы не надевать снова грязное, я предложила старую, но чистую мужскую одежду, которую нашла в одном из шкафов.

Дэнису досталась только рубашка, которая волочилась по полу, а Сойеру – и рубашка, и штаны. Все было велико, но мальчик закатал штанины, рубаху заправил за стянутый веревкой пояс. Переночевать пойдет, а завтра постирают свое, и на такой жаре все высохнет вмиг.

Мои работники устроились в комнате, а я пошла к себе.

Мельком глянула в окно, но там никого не было, только темнота, осветленная лунным светом.

Умылась и улеглась в постель. Что-то устала за сегодня. Зато дело сдвинулось: у меня появились пусть и такие, но работники, я побывала в городе и почти решила проблему с водой. Быт-то налаживается.

Проснулась от уже знакомого чувства. Посмотрела в окно и даже не удивилась, увидев там волка.

– Кость! – приглушенно воскликнула я, мигом вспомнив, что так и не вынесла на улицу купленную косточку.

Пришлось одеваться и идти отдавать обещанное.

Волк будто не просто понимал, что происходит, – он вообще выглядел разумным. Под пристальным взглядом желтых глаз поставила миску с большой костью.

– Вот как обещала.

Волк посмотрел на кость и тяжело вздохнул, будто я ничего не понимаю в костях.

– Не нравится – не ешь, – отрезала я и собралась уходить.

Но у двери обернулась.

– Ты, наверное, не приходи больше. У меня работники появились, испугаются тебя. А у меня много планов на эту землю.

Волк пригнул голову к земле, словно внимательно слушал, а потом взял кость из миски и пошел за калитку, куда-то в темноту.