Читать книгу Парижская фарфоровая кукла - - Страница 2

Сидя за столиком с видом на Сену, я ждала Луизу. Столик у перил казался островком спокойствия в вечерней суете Парижа, а огни на воде дрожали, будто моё собственное нетерпение, вплеснувшееся в реку. Прохлада металла стула проникала сквозь тонкую ткань платья, и я куталась в лёгкий палантин, чувствуя, как внезапная волна стыда смывает первоначальную спешку. «Забыла. Снова забыла о ней», – стучало в висках в такт далёкому шипению кофемашины изнутри кафе.

Её смех в трубке всё ещё звенел в ушах – не обидный, а тёплый, всепрощающий, от чего в горле вставал комок. Луиза всегда принимала мою хаотичность, как земля принимает дождь: без упрёков, лишь с тихой готовностью впитать и прорастить что-то новое. Я сжала руки на коленях, наблюдая, как отражение фонарей на воде разрывает проплывающий под мостом бато. Она заслуживала большего, чем вечные извинения, большего, чем подруга, вечно витающая в облаках.

Внезапный порыв ветра донёс аромат свежеиспечённого круассана и далёких духов – сандала и жасмина, её запах. Чёрный силуэт в конце моста обрёл форму, походку, стремительную и лёгкую. Луиза. Она ещё не видела меня, её лицо было освещено экраном телефона, и на губах играла та самая беззаботная улыбка, которая делала мой мир устойчивее. Я почувствовала, как что-то внутри разжимается, согревается – благодарность, острая и невысказанная.

Она подняла взгляд, и её глаза, зеленые даже в этом полумраке, нашли меня. Улыбка стала шире, освещая всё её лицо обрамленными рыжими кучеряшками, и она помахала рукой, сделав пару быстрых шагов вперёд. В её движении была вся её сущность – энергия, которая тянулась ко мне, как магнит. Я привстала, и обняла подругу.

«Я уже начала заказывать тебе шоколад шу», – весело произнесла я вместо приветствия.

–«Фу, за что ты меня наказываешь!» – скорчив лицо проговорила она.

Усевшись, мы сделались заказ и начали делиться новостями.

–«Эм, ты бы видела какой он горячий! Это невообразимо!!! А что он делает в постели, особенно свои языком!» – неугоманивалась Лу рассказывать про ее нового парня. Как его там…Карл, нет нет…

– «Даниэль еще планирует улететь вместе на зимовку, вот только еще не решили куда именно.» – продолжала она.

Ах да Даниэль. Они уже месяц вместе – удивительно.

– «А ты… ты счастлива?» – спросила я, сама не зная, чего жду в ответ.

Луиза на миг замерла, потом рассмеялась тот самый смех, от которого теплело внутри.

– «Счастлива? Наверное. Он… он другой. Не такой, как все.»

«Другой». Это слово повисло между нами, как туман над Сеной. Но в отличие от прежних раз, в нём не было тревоги – только предвкушение.

Я внимательно разглядывала её: как свет фонарей играет в рыжих кудрях, как блестят глаза, как она невольно касается пальцами браслета на запястье – той самой привычки, которая появлялась, когда она волновалась от хорошего.

– «Расскажи подробнее, – попросила я, подаваясь вперёд. – Что в нём такого… другого?»

Она задумалась, подбирая слова, а потом вдруг улыбнулась – широко, безоглядно.

– Он слушает. Не просто кивает, а слышит. Когда я говорю о картинах, которые хочу написать, он задаёт вопросы. Когда рассказываю о детстве, запоминает мелочи. А вчера… – она залилась румянцем, он привёз мне кофе в постель и сказал: «Ты пахнешь, как утро в Провансе». Глупо, да?

– «Не глупо, – я рассмеялась. – Это мило.»

– «И ещё… – она понизила голос, – он не пытается меня изменить. Ни «остепениться», ни «быть серьёзнее». Просто… принимает. Как ты.»

Моё сердце сжалось от нежности.

–« Потому что ты идеальна такая, какая есть.»

Луиза взяла мою руку, сжала крепко.

– «Спасибо, что не пытаешься меня «спасти» от этого счастья. Знаю, ты переживаешь.»

Я хотела возразить, но она продолжила:

– Нет, правда. Многие подруги в таких случаях начинают: «А вдруг он не тот?», «А ты не торопишься?». А ты просто радуешься за меня.

– Потому что вижу – ты светишься.

Она откинулась на спинку стула, глядя на огни города.

– Знаешь, я никогда не думала, что можно чувствовать себя… на своём месте. Даже с тобой, хоть я обожаю наши безумные прогулки и разговоры до рассвета, всегда было ощущение, что чего‑то не хватает. А теперь…

– Теперь ты нашла свой пазл, – улыбнулась я.

– Точно!

Мы рассмеялись, и я почувствовала, как тает последний осколок тревоги, прятавшийся где‑то в груди.

В этот момент к столику подошёл официант с нашим заказом: шоколад шу для меня, капучино для неё. Аромат горячего шоколада смешался с запахом дождя, который начал накрапывать за окном.

– Давай выпьем за тебя, – предложила я, поднимая чашку. – За то, чтобы это чувство «на своём месте» никогда не заканчивалось.

Луиза чокнулась со мной краем своей чашки.

– И за тебя. Чтобы и ты однажды нашла того, кто будет смотреть на тебя, как Даниэль на меня.

Я смущённо опустила глаза.

– Мне и так хорошо. У меня есть ты, Париж, мои зарисовки…

– Но ведь можно иметь всё это и любовь, – она подмигнула. – Просто пока твой человек, где‑то заблудился.

– Или я не заметила, как он прошёл мимо, – пошутила я, но в глубине души задумалась.

Дождь за окном усилился, превращая огни города в размытые акварельные пятна. А мы сидели, разговаривали, смеялись, и мне вдруг стало невероятно спокойно. Потому что счастье подруги – это не угроза моему одиночеству, а его дополнение. Как два разных, но гармоничных цвета на одной картине.

– Пойдём? – Луиза вдруг вскочила, схватив меня за руку. – Хочу показать тебе одно место. Там сейчас особенно красиво из‑за дождя.

– Куда?

– Увидишь!

И мы выбежали под дождь, смеясь, пока капли не пропитали волосы и платье. Париж вокруг нас ожил – огни, шум, музыка, запах мокрого асфальта.

––

Выйдя из душа, я уселась на диван и начала просматривать соц. сети и наткнулась на ЕГО фотографию.

В тот момент я вспомнила, как Дима восхищался моими дизайнами, как искренне смеялся над моими шутками, связанными с модой, и как его поддержка всегда была для меня твердой опорой. Он был частью моей творческой жизни, а теперь это все казалось таким далеким. Я чувствовала, что моя мечта – работать в Париже – может стать для него невыносимым бременем, как если бы я заставила его оставить свою зону комфорта и погрузиться в мой мир.

Вспомнив его лицо, когда я наконец осмелилась рассказать о предложении, я ощутила укол жалости. Я понимала, что, возможно, сама меняла его жизнь, благодаря своей стремительности. Он всегда был более приземленным, а я – мечтательницей. Теперь я стояла на пороге невероятной карьерной возможности, а он, остался там.

Вспоминая тот день, я испытал целый калейдоскоп ярких эмоций…

Дзынь! Звуки его сообщения прервали сбор моих чемоданов. Я взглянула на экран – это было его имя. Сердце забилось чаще. Мгновение сомнения, и я спокойно, хотя и с трепетом, открыла сообщение.

– «Привет. Я подъеду через пару часов. Очень надеюсь, что ты не против встретиться».

С каждой буквой я ощущала, как во мне нарастает волнение. Подойдёт ли он ко мне с той же искренностью, с которой мы начинали нашу историю? Или это будет встреча, полная неловкости и противоречивых чувств? Я решила, что мне нужно собраться с мыслями. Очевидно, мне нужно понять, что я хотела бы ему сказать.

Я встала с кровати и начала убирать в комнате, стараясь сосредоточиться на чем угодно, что отвлекло бы меня от плывущих волн сомнений. Убрав разбросанные вещи и расставив кружки, я думала о своих чувствах и о том, как много изменилось. Возможно, я не знала, как и что сказать, но точно понимала: это встреча может изменить всё.

Когда часы на стене пробили два, я взглянула в зеркало – образы недавнего времени отразились в моих глазах. В них были смятение, страх, а также и капелька надежды. Я по-прежнему ощущала себя неуверенно, но знала одно: нужно явить искренность во время нашей встречи.

Дверной звонок прозвучал, и я замерла на мгновение. Вдохнув, я подошла к двери, чувствуя, как мечты и реальность сталкиваются воедино. Открывать или нет? Вероятно, в этом решении кроется ответ на все мои вопросы.

Я решилась и открыла дверь. Дима стоял на пороге, слегка волнуясь, с букетом цветов в руках. Все эти дни ожидания, тревоги и отчаяния слились в одно.

– Привет, – произнес он, и его голос, хоть и дрожал, все же был родным. – Я не хотел уходить и оставлять тебя одну. Подумал, что я нужен тебе там, в Париже».

Его слова, словно лучик света, прояснили мои мысли. Я кивнула, заставляя себя сказать: «Давай поговорим».

Он вошёл, и я сразу ощутила, как напряжение, накопившееся за весь этот период, начинает постепенно растворяться. Я постаралась улыбнуться – искренне, хотя внутри всё переворачивалось от эмоций. Дима поставил букет на стол, и яркие цветы, словно символ новых начинаний, сразу заполнили пространство свежестью.

– Ты прекрасно выглядишь, – сказал он, принимая место на краю дивана, но его глаза метались, будто искали поддержку и понимание.

– Спасибо, – ответила я, стараясь говорить уверенно, хотя голос предательски дрожал.

Внутри меня велись бесконечные споры – как начать разговор, что сказать в первую очередь. Всё, что я наготовила в уме, казалось незначительным по сравнению с тем, что было, между нами. За эти дни я осознала, что не хочу терять все те моменты, которые делали нашу связь такой уникальной.

– Знаешь, я думала о том, как далеко мы зашли, – начала я, стараясь настроиться на откровенность. – У тебя всегда была сдержанная поддержка, кажется, я могла бы за это держаться.

Дима кивнул, в его глазах проскользнула искорка понимания.

– Я не знаю, как это сказать, – продолжала я, – но я чувствую, что возможность работы в Париже может изменить не только мою жизнь, но и твою. Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя обязанным следовать за мной.

На его лице отразилась смесь эмоций: где-то между нежностью и сомнением. Он задумался на мгновение, затем сказал:

– Я всегда восхищался твоими мечтами, Эмилия. Когда ты говорила о Париже, глаза у тебя горели. Я не хочу быть тем, кто затушит этот огонь. Наоборот, я хочу поддержать тебя, даже если это значит, что мне придется идти за пределы своей зоны комфорта.

Я почувствовала, как в груди сколыхнулась волна тепла. Дима вдруг оказался не тем простым парнем, с которым я делила шутки о моде; он стал человеком, который верит в меня. Но ведь это ведь настоящая любовь – поддержка, даже когда на серых горизонтах возникают новые тени неуверенности.

– Ты готов к этому? – тихо спросила я, глядя ему в глаза. – Не хочешь ли ты остаться, чтобы всё осмыслить?

Он резко встряхнулся, как будто вырываясь из раздумий.

– Я не знаю, что именно меня ждет впереди. Но одно я знаю точно: ты – часть моей истории, и я не могу просто так отпустить это.

Я наблюдала, как он немного растерянно почесал затылок, и тепло разлилось внутри меня. Мы оба знали, что нас ждет непростая дорога, но при этом было что-то невероятно вдохновляющее в волнующем неизведанном. Мы можем создать что-то новое – и, возможно, вместе, несмотря на все страхи.

Пауза в разговоре затянулась, и я решила, что настало время.

– Может быть, начнем с того, что я покажу тебе свои новые идеи? – предлагаю я, и, почувствовав, как зреет в воздухе надежда, встала с дивана. Вдохновленная, я подошла к своему столу, где уже лежали мои наброски и идеи, которые ждали момента быть представленными.

Дима, следуя за мной, пристально посмотрел на бумаги, и в его глазах загорелся огонёк заинтересованности. Я начала объяснять свои задумки о платье и целой коллекции, показывать новые ткани и концепции. С каждым моим словом он словно всё больше погружался в мое творчество, искренне восхищаясь тем, что я создаю.

Это было невероятное ощущение – знать, что он не просто рядом, а намерен быть частью моего мира, даже если он ещё не до конца понимает, что это значит.

– Эмилия, твои идеи великолепны. «Я хочу помочь тебе», —сказал он, и в этом решении я ощутила легкость и радость.

В тот момент, когда он взял мой эскиз и начал его комментировать, я поняла, что между нами вновь загорается искра – волшебство, которое заставляло сердца биться чаще и давало надежду на новое начало.

Какая я была наивная…. Дима так и не прилетел.